Владимир Чистяков - Попадают по-разному

Её со мной отправили. Но не начнись у меня с Яграном, её бы в столицу выперли, причём, меня бы спрашивать не стали.

Я-то только один ум смущаю. Она же множество. Весёлая, яркая, игривая как кошечка. Причём, петь на самом деле умеет. Даже слов не подобрать, как! Из последнего бревна слезу вышибет. Камень смеяться заставит.

Я даже не знаю, как называется то, на чём она играет, когда поёт.

Давно Динка спеть попросила. Анид тогда что угодно сделать была готова, лишь бы уцелеть. Не поняла ещё, увешанные оружием странные девушки совсем не злые, а уж по сравнению с её прошлым владельцем вообще доброты воплощение.

Маленькое чудовище проняло. Аж слёзы выступили. Анид старалась, ибо хотела жить. Не знала, ей больше ничего не угрожает. Динка потом её часто стала звать. Только для песен. Я там когда была, когда нет.

Солдаты тоже слышали.

Ко мне как-то раз заслуженный пятисотенный пришёл. Предложил золота за то, чтобы она спела для него и друзей. Только спела, что ничего больше не будет, он лично ручается. Я сказала, только если она сама захочет. Анид не против была. Пришла потом довольная. Все её очень хвалили. Ещё золота дали. Всё мне принесла. Так из головы выбить и не удаётся, у рабов денег своих быть не может. Только хозяйские. Ладно, будем считать, я её деньги храню, пока война не кончится.

Часто её стали звать. Действительно, заслушаться можно. Да и сама она красива. Поклонники появились. Даже те, кто знали, откуда она взялась, давно про это позабыли. Все же прочие считают, она тоже из Замка, словно Эрия или я.

Косые взгляды поклонников плавно приближались к переходу в состояние мордобоя, а то и поножовщины, даром, что на благородном оружии.

Моя поездка пришлась как нельзя кстати. Анид и не догадывается, её намеренно выперли из столицы наместничества. В общем-то, по той же причине, что и меня. Засматриваться слишком стали. На неё – многие. На меня – один.

– Говорят, если она в той части дома долго сидит, то как выйдет – жди беды.

– А что там?

– Ты там жила раньше. Всё оставлено как тогда.

– Стопроцентная вероятность… – замечаю, как он с женой переглядывается. Кажется, слышали эту фразу уже много раз. Не от меня.

– Ой, а у тебя длинный меч есть?

– Тихо ты! – шипит на него мать.

Усмехаюсь. В пять лет такие вопросы простительны.

– Есть. И полный доспех.

– И конь?

– Не беспокой благородную госпожу Оэ… То есть, Осень.

– А почему ты Осень?

– Да хватит тебе!

Её муж смотрит не столько на меня, сколько на вышитую золотом на наплечнике звезду. Не в цене дело. Таких звёзд на страну десятка не наберётся, а он из тех, кто разбирается, раз она армейский поставщик, а мне приёмщиком бывать приходилось. Правда, их производства мне принимать не приходилось.

Сидим в хозяйском кабинете. Тут самых важных гостей принимают. Они рядом сидят. Я через стол. Тут ещё места для приказчиков есть. Но мы втроём. Кресла не слишком удобные, но дорогого дерева и с хорошей резьбой. У верховного да Меча покойного если и лучше, то ненамного.

– Бывают же чудеса!

– Бывают. Хотя и объяснить всё можно. Ни будь встречи на улице был бы приём. А там незаметным остаться сложно.

– Это так. Приглашение от лица Великого Генерала.

– Я же там просто обязана быть. Состояние укреплений проверяла, – ничего секретного, все знают, зачем приехали. Солдат в городе – каждый третий.

– И много недостатков?

– Плох генерал, кто ничего не найдёт. Да и я с должностью вроде справляюсь.

– Видим.

– Сейчас всё закончено. Уезжать собирались через несколько дней.

– А теперь?

– Не знаю. Разобраться надо в происходящем. Всем нам. Слишком уж всё изменилось.

– Правду пишут, за Линией никого не осталось.

– Опасных в этих краях? Нет. Те, кто там жили на нашу сторону переметнулись одними из первых. Своих буйных сами на ноль и помножили. Да и мы этими дорогами сюда возвращались. Подчистили недобитков. После Великого генерала живых святош не остаётся уже.

– Это все знают. А сюда вообще зачем собирались?

– Думаю, разряд крепости снизить, – тоже ничего запретного, весь гарнизон, включая командира, только об этом и рассуждали, когда мы приехали. Многие опасались дальних переводов. Командир же явно хочет дожить до отставки на этой непыльной должности. Да и после в городе собирается остаться. Что же, ничего по-настоящему серьёзного я в крепости не нашла. С моими выводами Линк вполне согласился. Что там дальше с крепостью будет – другие разбираться станут.

Особняк городского главы не хуже столичных выглядит. Да и архитектура похожая. Благо, готовые проекты вполне себе товар, да и архитекторы охотно в провинциях подрабатывают. Денег поменьше, но заказчики не такие капризные, материалы можно местными заменить, да и проще уговорить построить что-нибудь этакое. В столице слишком многие требуют, чтобы всё было как у людей, читай Еггтов и их ближайшего окружения. Они к архитектурным изыскам равнодушны. Казначей скорее за имя архитектора заплатит. За постройкой всех особняков Линка наблюдала его жена. Только Госпожа любит проекты всяких причудливых построек рассматривать. Признаюсь, кое-что, самое удивительное, не отказалась бы в камне увидеть. И знаю, не увижу никогда, без разницы, какие у меня есть или будут, доходы. Такое строить – только из государственной казны, или за средства людей с доходами Еггтов, а таких только они теперь и есть.

Не станет такого строить сама Госпожа, хотя и сумеет, если возьмётся. Она крепости строила, укрепления, мастерские, плотины. И воевала. Всю жизнь. Даже сейчас всё ещё воюет.

Но, видимо, остались с детских лет мечты о красивом.

Платье для приёма у Динни одолжила. У местных шить – звезда не позволяет. Раз столичная, то и выглядеть должна соответственно. Пусть и не по моде этого года. Линки не их отец и не сестра двоюродная, в доспехах на приёме красоваться не станут.

Сам-то Линк, не иначе на Динку глядя новый шлем с украшением из веера павлиньих перьев заказал, только у Динки веер сзади, у него спереди, у неё – из перьев обычного павлина, у генерала – белого, с угрожающим золотым гремучником под ним.

Могла бы и в обычном прийти, все же знают, столичные, особенно из окружения Ставки, обожают что-нибудь этакое устраивать. Но я ещё в столице поняла. В поддоспешнике на приём могут себе позволить только Еггты ходить.

Остальным безупречными надо быть, если не хочешь всякого разного в свой адрес наслушаться, причём от тех, с кем и не враждовал вроде.

Великий Генерал со свитой прибыли самыми последними. Я предпочла особо не светиться раньше времени, хотя и смысла особого нет, весь город только про нас двоих и болтает, хотя больше всё-таки не про нас, а про взаимоотношения генерала и Оэлен во время их бурной молодости, ей я сказала, приеду в свите.