Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

Вскоре бутылка вина закончилась, а спирт ударил в голову достаточно, чтобы я начал ощущать, как теряю контроль над молодым телом Исаева.

— Ну, если мы не идем в клуб или за добавкой, то я домой, — вдруг озорно сказала Наташа.

Веселье Алисы стремительно испарилось, как туман на рассвете, а на ее лице отразились нехорошие воспоминания — наверняка о прошлом походе в заведение на теплоходе. Хотела она того или нет, а суд и признание Петрова, что он пытался ее похитить, напомнили ей о тех событиях.

— Нет, в клуб я пас… — тихо сказала девушка.

— А, да, извини, — поняла свою ошибку захмелевшая блондинка. — Кстати, ты ведь теперь, получается, пострадавшая! Можешь подать в суд на этого гада! Думаю, Михаил Александрович даст тебе своего адвоката, как только узнает…

— Нет! — встрепенулась девушка так резко, что даже я вздрогнул. — Если граф Воронов ничего не знает до сих пор, то пусть так и остается. Мне… мне не нужна ничья помощь. И вообще, домой пора — завтра рабочий день.

Скорость, с которой захлопнулась приоткрывшаяся ракушка личности Алисы, удивила. Но я решил ничего не говорить и не спрашивать. Просто задумался, что могло послужить причиной такой реакции? Воспоминания о том вечере или упоминание Воронова?

Селезнева быстро засобиралась домой, Наташа, пожав плечами, — тоже. В итоге обе девушки покинули лабораторию, оставив после себя атмосферу легкой недосказанности и непонимания.

Я тоже не стал задерживаться, потому что наметил еще дела на вечер. Целую кучу дел, если точнее. Расслабиться немного, конечно, хорошо, но работу свою делать надо. И на сегодня моя работа была в заключительной подготовке зелья для использования цветка Последней воли.

Вышел минут через пятнадцать после девушек и в холле столкнулся с Мариной Хлебниковой. Она пряталась в тени одной из колонн и вышла мне навстречу, когда открылись двери лифта.

Мы встретились на большом пустом пространстве. Девушка выглядела слегка нервной, если не сказать изможденной. Волосы уложены плохо, под глазами залегли темные круги, губы слегка подрагивают.

— Хочешь сказать «Прости, Исаев, что сдала тебя стражам закона»? — попытался угадать я.

Вместо простого и кроткого «да» ее губы, вдруг напрягшиеся, произнесли:

— Нет, я лишь хотела сказать, как ненавижу тебя!

Бросив это мне в лицо, она резко развернулась и пошла прочь. Меня даже качнуло от такого напора.

Мда, кажется, я слегка перебрал…

Но и от Марины такого не ожидал, если честно. Что только что, блин, произошло?

Черт, я явно не в состоянии еще и с этим сейчас разбираться. Да и не хочу. Желает меня ненавидеть? За беспокойства по этому поводу мне магических ингредиентов не дают, так что наплевать.

Хотелось проветриться. Домой шел пешком, подставляя разгоряченную спиртом голову холодному ветру. Душ и горячий ужин привели меня в полный порядок, и я уже было сел за работу, как в дверь вдруг резко постучали.

Роман еще не вернулся, так что дверь открывать пришлось мне. Кого это принесла нелегкая в такой поздний час?

Глазка на двери не было, так что дверь открывал, не зная, кого встречу на пороге. Внутренне был готов к кому угодно: к Григорию, восставшему из мертвых Мадьяру, к тем двоим из испорченной машины, да даже к полку олифанстких застрельщиков! Но не к этому человеку.

Бойлеров, жестикулируя, словно сигнальщик на взлетной полосе, отрывисто сказал:

— Ты. За мной. Ни слова.

В кабинете графа Воронова было темно. Свет далеких улиц, отражения фонарей с водной глади, блеклая луна — все это тонуло во мраке большого помещения, лишь слегка серебря стены.

Единственными источниками света в кабинете были тусклая настольная лампа и мертвенно-бледный монитор компьютера. Михаил Александрович перебирал свои записи и различные древние бумаги, которые он скрупулезно собирал тридцать лет, пока охотился за четырьмя японскими мечами. Также он искал информацию в интернете. Но нигде не мог найти упоминаний, почему прекрасные белые мечи могли вдруг взять и почернеть.

Он устало откинулся на спинку кресла и потер пальцами виски, разгоняя будто загустевшую кровь.

Ни слова. Ни намека. Во время Магической Войны Японский Сегунат сильно пострадал. Он подвергся беспощадной бомбардировке новым типом магических бомб и был практически стерт с лица земли. Сейчас осколки некогда великой цивилизации влачат жалкое существование на том, что осталось от Сегуната. Во время тех событий имена многих японских оружейников, их дневники и рецепты канули в небытие.

Граф сделал большой глоток из бокала, стоявшего рядом, и поморщился от крепости напитка.

— Загадка без разгадки… — задумчиво пробормотал он и стиснул стеклянные стенки бокала. — Но у любой задачи должно быть решение!

Ему захотелось швырнуть посуду в стену, но он сдержался. И как раз вовремя, потому что в дверь постучали. Она приоткрылась, впустив внутрь полоску яркого света.

— Ваша светлость, разрешите? — спросил Ланцов с той стороны.

— Да, заходи, Иннокентий, — позволил граф и прикоснулся к встроенному в столешницу пульту.

Зажглись светильники, в кабинете стало светло и уютно. Зашел адвокат, с утра побывавший в суде, и сел в одно из двух кресел перед столом главы филиала.

— Я уже читал новости, — сгреб бумаги в сторону Воронов. — Но хочу все услышать из первых уст.

Ему максимально подробно изложили ход заседания, особенно остановившись на сцене, что разыгралась за дверьми кабинета судьи. Граф сразу понял, что Ланцов, как профессиональный адвокат, специально оттягивает внимание на это незначительное происшествие. А причина была проста: это единственное происшествие, в котором у Иннокентия была хоть какая-то иллюзия контроля и понимание. Что произошло на самом заседании, он объяснить так и не смог.

— Хватит, — остановил его словоблудие граф. — Расскажи, что случилось потом с этим… Петровым.

— Доставлен в отделение, где его пытались допросить, но он уже больше ничего не сказал. Из того, что мне удалось выяснить, он замешан в похищениях девушек в ресторане Давида Воронова, вашего брата. Если вы хотите, господин граф, можем подать иск о клевете на сотрудника компании. В этот раз удастся приобщить к делу показания той девчонки. Она, кстати, работает вместе с вашим Исаевым в одном отделе и присутствовала сегодня на заседании…

— Стоп, — как ножом отрезал говор адвоката Воронов, уже зная ответ на свой следующий вопрос. — Какая девчонка?

— Алиса Селезнева, — ничего не понимая, сказал Ланцов. — Петров с подельником пытались ее похитить, если верить признанию Петрова.

— Нет! — ответил Воронов — слишком поспешно для человека, которому должна быть