Фантастика 2026-183 - Алла Железнова

Как я уже говорил, обручение — это серьёзно. Первый шаг сделал старый генерал. Он официально объявил об этом событии. Был бы жив мой отец, то этим бы занимался он. Затем Ратманов старший разослал письма родственникам и московское общество узнал о предстоящем событии.

Прикольно, Катя мне объяснила причину, по которой мы так торопимся. А она весьма банальна, князь Кантакузин-Наксосский приехал в Москву и Мария Игоревна просто объяснила тому причину отмены планов, но предложила достойную замену. Вот так, это уже политические игры. Великая княгиня сохранила лицо и все вроде бы довольны.

До события всего неделя и мне многое нужно успеть. Купить кольца, пошить новый мундир. Да, я должен появиться в храме в гусарском мундире. Так положено. Обручение произойдёт в домовой церкви великой княжны и это сразу подымает уровень мероприятия. Это статусно и более интимно что-ли. Церковь небольшая и никакой праздной толпы зевак не будет, только ближайшие родственники.

Сама церемония произошла быстро. Батюшка прочитал молитвы, мы обменялись кольцами и соединили руки. С этого момента мы почти супруги. И в конце к нам подошла сама Мария Игоревна. Она обняла Катю, а мне на прощание сказала:

— Ну что же. Теперь я спокойна. Только, Александр — второй раз сердце моей Катеньки я Вам ломать не позволю.

Сказано было мягко и с улыбкой. Но это было как приказ, — и не забудьте пригласить на венчание.

А дальше я перестал контролировать ход событий, венчание назначили на конец октября. Типа, чего уж тянуть. Невеста засиделась в девках и нет обстоятельств, заставляющих ждать.

А вот я начал сомневаться. Катя вдруг стала холодна ко мне. У нас и раньше не было охов-вздохов при Луне. А сейчас у меня появилось такое ощущение, что она меня избегает. У неё постоянно находятся дела, как правило связанные с её службой. И если мы остаёмся наедине, она сразу же начинает плохо себя чувствовать. Неужели опять эта хрень с независимостью? Да, как жених я начал решать за нас двоих. А как иначе, мне что бегать за разрешением к невесте по малейшему поводу?

Катя безупречно вежлива, принимает моё поклонение, но неизменно старается не оставаться со мною наедине. Я уже начал подозревать у неё другого поклонника. Но нет, ничего подобного на горизонте, я бы узнал. Тогда что, чёрт побери? До свадьбы считаные дни, а она холодна как снежная королеве.

Это случилось в доме старого князя. Он уже ушёл спать после наших почти семейных посиделок. Николай с Лизой сегодня в опере, а мы неожиданно впервые за долгое время остались одни.

— Извините, Саша, мне ещё нужно разобрать бумаги, — сказала она тихо и повернулась к двери, собираясь оставить меня одного.

— Нет.

Она остановилась и медленно обернулась.

— Простите?

— Сегодня — нет, — и я подошёл ближе. Вот момент расставить все точки над «и».

— Катя, Вы две недели избегаете меня.

— Вам показалось, — Екатерина опять одела неприступную маску придворной дамы.

— Вот и сейчас Вы сбегаете. Если Вы опять скажете про мигрень или усталость, я окончательна решу, что Вы передумали.

Девушка чуть побледнела, — Саша… Александр Викторович.

— Хватит, теперь послушайте меня пожалуйста, — вот сейчас я полностью завладел ещё вниманием. Она стоит у двери, готовая сбежать, но пока не уходит.

— Через несколько дней венчание. А у меня такое ощущение, будто моя собственная невеста не может провести со мной и четверти часа наедине. Как же Вы собиратесь жить со мной в одном доме? Если Вы передумали — так скажите.

— Я не передумаю, — слишком поспешно ответила она.

Чёрт, опять ребусы.

— Тогда скажите, чего Вы боитесь?

Катя очень долго не отвечала, но я настойчив и умею ждать.

— Себя, наверное.

-Что? — сейчас Катя вдруг напомнила мне совсем молоденькую неопытную девчонку и она растеряна.

— Наверное это ужасно глупо в моём возрасте.

Ну вот опять про свой возраст. Да она на пять лет младше меня.

— Я всю свою сознательную жизнь пыталась разумно управлять своей судьбою и рассчитывать привыкла только на себе. А тут вдруг Вы… И мне так странно, что я часто о Вас думаю. Слишком часто.

Хм, неужели это неловкое объяснение в любви. Ну надо же.

— Мне не по себе, когда Вы долго не приходите. Неприятно, когда на Вас слишком долго смотрят другие женщины. Я ловлю себя на том, что жду ваших слов, ваших визитов и ваших… глупых замечаний. И мне это очень непривычно. Вам смешно?

Я в самом деле облегченно рассмеялся, и я взял её руку в свою, — Катя, ты когда-нибудь меня с ума сведёшь. Я уж тут себе напридумывал, что у тебя есть кто-то другой, или ты передумала выходить замуж.

— Фу, скажешь тоже.

Ну надо же, она флиртует со мной. Неумело, но явно. А в доме все спят и мы одни. Как я удержался от самого вкусного — сам не знаю.

Мы сели на диванчик, и я начал целовать Катю. Та сначала была пассивна, потом начала отвечать. И мы так увлеклись, что я позволил себе немного лишнего, моя шаловливая ручка пробежалась по её груди и даже полезла пол юбку.

В себя я пришёл от горячечного шепота, — Саша, Саша, миленький. Ну не надо. Саша, пожалуйста.

Это меня отрезвило, — Так, Екатерина. Ты закончила с подвенечным платьем? Нет? А ведь осталось совсем мало времени.

Тут главное отвлечь девушку и перевести разговор в деловую плоскость. И она моментально позабыла про мою настойчивость. А дома я долго вспоминал вкус её губ, мягкость груди и шелковистость кожи на внутренней стороне бедра. Это всё, что я успел. Но теперь мне нужно всё.

Наше венчание происходило в церкви Святителя Николая в Хамовниках, так захотела Катя. Около сорока гостей и свидетелей, включая и небольшую свиту великой княгини.

Московские сады уже стояли без листвы, по утрам лужи подёргивало тонкой коркой льда, а тяжёлое серое небо обещало скорый снегопад.

В храме было тепло и таинственный полумрак разгоняли десятки свечей. Высокие своды терялись в золотистом сумраке, огоньки свечей дрожали у образов святых. Гостей немного, торжественный и чересчур серьёзный