Владимир Добряков - Фаза боя

—Сильная девушка. Но ты всё равно не слишком-то увлекайся. Еще неделя — другая, и мы здесь свою работу закончим.

—Знаю я, Андрей, всё знаю.

—Смотри, и тебе без неё придётся несладко, если сильно привяжешься.

—Думал я и об этом.

Сергей явно чего-то недоговаривает. И мне кажется, я уже знаю, что именно.

—И что же ты надумал?

—Андрей, — Сергей вздыхает и, словно ныряя в холодную воду, выдаёт: — Я остаюсь здесь.

—Вот как? — только и могу я сказать, хотя ждал именно этих слов.

—Да, так. Ты же говорил, что мы вольны остаться в любой из Фаз, через которые будем проходить.

—Говорил. И от слов своих не отрекаюсь.

—Так в чем же дело? Будешь меня отговаривать?

—Не буду. Это твой выбор, твоё право. Кто я такой, чтобы выбирать тебе судьбу? Хотя я рассчитывал сделать из тебя хроноагента.

—Не получится из меня хроноагент, Андрей.

—Почему ты так считаешь?

—Не хватает у меня, Андрей, для этого самого главного качества. Самоотречения. Ну, не нахожу я у себя такой черты характера, какая позволила бы мне забыть о себе, о любимой, забыть обо всём и отдать себя целиком на службу человечеству. Даже не человечеству, а бесконечному множеству человечеств. Слишком уж я люблю жизненные блага.

—А ты думаешь, мы их не любим? Посмотри на Лену. Это сплошные слабости, и она им предаётся каждую свободную минуту.

—Но когда доходит до дела, она о них моментально забывает. Оставляет их без сожаления. Нет, Андрей, хроноагентами, по-моему, могут стать только такие цельные, устремлённые личности, как ты и Лена. Я, к сожалению, не такой.

—Может быть, ты и прав, Сергей. Действительно, чтобы стать хроноагентом, мало пройти курс обучения и сдать экзамены. Недаром к этому курс допускают далеко не каждого. Но тебя-то я видел в деле. У тебя могло бы получиться.

—Но не исключено, что и не могло бы. Нет, Андрей, счастье каждый понимает по-своему. Я понимаю его так. Счастлив может быть только тот, кто может сделать счастливым другого. Я не нахожу в себе сил сделать счастливым всё человечество, а уж тем более много человечеств. Зато я могу сделать счастливым одного человека. Если останусь здесь. А ведь человечество как раз и состоит из отдельных человеков.

—И здесь ты прав. Только, по-моему, ты еще чего-то недоговариваешь. Колись.

—Знаешь, Андрей, — говорит Сергей очень тихо после минутной паузы, — я утратил веру в то, что вы когда-нибудь доберётесь до своих…

—Стоп, Сергей! — прерываю я его. — Не наступай на больную мозоль.

—Извини, — тихо говорит Сергей. — Но ты же сам сказал: «Колись».

—Извини и ты меня. Но что ты будешь здесь делать? Чем будешь зарабатывать на жизнь?

—Здесь есть компьютеры. Значит, грамотный программист работу всегда найдёт. И потом… — Сергей запинается.

—Что потом?

—Есть одна идея. Мы с Викой её уже обсудили. Но без вашей помощи я не обойдусь. Я еще подумаю, хорошо?

—Подумай. Но, Сергей, ты же знаешь, что в этой Фазе уже действуют «прорабы перестройки». Тебя это не останавливает?

—Но ведь они действуют только в Америке. Вряд ли они сумеют справиться с Федерацией. Этот орешек будет им не по зубам.

—Ты так считаешь? Сергей, ты же знаешь, «прорабы» никогда не останавливаются на полпути. Их девиз: «Или всё, или ничего!» И мы знаем только одну Фазу, которая смогла отразить их вторжение.

—Пока только одну.

—Хм! Впрочем… Знаешь, поезжайте в город, а мы с Леной обмозгуем одну идею. Может быть, как раз и хорошо, что ты решил здесь остаться.

Я поднимаюсь на третий этаж, где за компьютером сидит Лена. Вчера, перед тем как застать за любовными игрищами Викторию с Сергеем, я получил ответ на вопрос: «Можно ли противостоять деятельности «прорабов» в этой Фазе? А если можно, то каким образом?» Компьютер выдал мне такое, что я тогда вынужден был на время оставить работу, чтобы привести свои мысли в порядок.

Вернувшись, я обсудил с Леной предложенный компьютером вариант. Он заключался в том, что мы должны остаться в этой Фазе и координировать противодействие «прорабам», используя свои возможности прогнозирования и анализа ситуаций. То есть просматривая «игру» на несколько ходов вперёд. Лена просмотрела то, что выдал компьютер, и надолго задумалась. Наконец она решительно и категорически ответила:

—Нет, этот вариант не годится. Надо искать другое решение. Я не сомневаюсь, что наше присутствие здесь серьёзно сдержит экспансию «прорабов» и, возможно, даже остановит её. Но, Андрей, на сколько нам придётся для этого задержаться здесь? На годы. Но ведь «прорабы» действуют не только в этой Фазе. Если бы это было так, я, ни на секунду не задумываясь, безоговорочно приняла бы такой вариант. Но пока мы будем работать здесь, кто остановит их в других Фазах? Ведь о них знаем только мы и Старый Волк. И ему даже в ЧВП не верят. Нет, Андрей. Мы сейчас в разведке. Ты же помнишь: лётчик, находясь в разведке, не имеет права вступать в бой. Он должен уклониться от боя всеми способами и доставить разведданные. Мы сейчас в таком же положении. Так что извини, этот вариант не катит.

—А что если кому-то из нас остаться здесь? Он вступит в бой, а остальные доставят разведданные? К тому же «прорабы» наверняка поймут, кто им противостоит. Они решат, что мы остались здесь, и прекратят нас преследовать в других Фазах.