Артур Прядильщик - Сирахама

«Проживать будем отдельно! Категорически! В разных домах! Городах! Странах!»

Когда такси доставило девушек (таксист сильно удивился, когда привез девушек в такое безлюдное место… и испугался, разумеется), нас с Миу ждал сюрприз.

— Хонока! А ты что тут делаешь?!

— Между прочим, аники, сегодня День Святого Валентина! Твоя безответно влюбленная в тебя сестренка, — Хонока очень натурально и убедительно зашмыгала носом. — Приготовила тебе шоколад! Всю ночь готовила — маме спать не давала! А ты… а ты…

По щеке Хоноки покатилась одинокая слезинка. Но аудитория подобралась совершенно неблагодарная — девушки спокойно расставляли походные раскладные стулья, а я — разжигал огонь в мангале, а потом — занялся костром — все-таки февральский вечер. Хоть и токийский.

— У нас столовые наборы — только на четверых. — Заметил я между делом.

— А я с собой взяла! — Вот же зараза!

— И стульев — только четыре!

— А я к тебе на коленочки сяду! Я легонькая!

— Фотоаппарат в темноте не сработает!

— Аники, ну ты совсем сеструху не уважаешь! — Возмутилась Хонока. — Есть такая штука — светочувствительность и выдержка!

— Смирись, Кенчи! — Фыркнула Ренка. — Никуда ее сейчас не денешь…

— А мама знает, где ты? — Озаботилась Миу.

— Знает! Ей Ма-сэнсэй звонил и договорился о ночной тренировке!

— Хм… Все-таки Саори-сан очень смелая женщина! После такого предложения от Ма-сана я бы ни за что не отпустила, — Мисаки прильнула ко мне. — Нашу дочурочку!

Щелкнул затвор фотоаппарата:

— Отлично, сеструха! А теперь повернись вот так… Аники, не стой столбом! Обними же ее!

Миу с Ренкой смеялись.

Девичий голос:

— Сакаки-сан. — Двадцать секунд и — новый голос. — Сакаки-сан. — Двадцать секунд и — третий голос. — Сакаки-сан…

— Три девушки в моей спальне! — Недовольно пробурчал Сакаки, крепче прижимая к себе подушку. — Жизнь у меня, конечно, бурная и интересная, но такого еще не было. Максимум — две! И то — вначале пришлось отбирать у них оружие и пинать ногами… — Сакаки посмотрел на часы и застонал. — Два часа ночи! Чего вам, пигалицы? — Рыкнул он.

— Сакаки-сан, — Взяла на себя ведение переговоров Миу. — Научите нас управлять мотоциклом! Пожалуйста, позаботьтесь о нас, Сакаки-сэнсэй!

Девушки одновременно согнулись в поклоне.

Сакаки Сио приподнялся на локтях. Лицо мастера сотого дана выражало неподдельное изумление… он даже рот открыл от удивления! Кто-то, находящийся у потолка, очень тихо хихикнул.

Маленький сгусток темноты проследовал к кровати Сакаки и с мявом запрыгнул на подушку. Из переводчика, висящего на ремешке на шее Миу, послышался мужской голос:

— Это я. Уходи, Большой. Буду спать. Мое место. Тепло. Тепло.

Девушки, все так же находясь в поклоне, синхронно вздрогнули плечами. Кто-то в коридоре пытался придушить смех.

— Маленький акума! — Воскликнул Апачай, сидевший на ветке напротив окна. — Кенчи поймать-посадить амулет маленький акума! Миу, помни кормить маленький акума!

— Брысь! — Девушек накрыло жаждой крови от Сакаки. — Ждите у ворот. Кыш, я сказал! Акисамэ, чего ты там ржешь?

— Радуюсь успехам ученика! — Донеслось из коридора, когда девушки пулей вылетели из здания и находились где-то на полпути к воротам. — Знаешь, какой самый лучший способ затащить девушку в спортивный зал?

— Чудан-татэ-цуки. И пока она в отрубе…

— Неандерталец! — Припечатали из коридора. — Чтобы затащить девушку в спортивный зал, нужно купить ей красивенькую спортивную форму!

— Он что… всем троим?! — Поразился Сакаки, будучи уже полностью одет и подхватывая со стола свой мотошлем.

— Ага! Сказал, что такой вариант Дня Святого Валентина ему не нравится ни капли и он покажет, как надо!

— Шельмец! Жаль, что сейчас очередь Апачая его мутузить… Апачай!

— Апа? — Ответили с улицы.

— Ты б кого посильней «скачал» на ваши с Кенчи тренировки… а то жажда крови — всего двадцать процентов от уровня Старейшего!

С улицы не ответили, а Акисамэ, посмеиваясь, объяснил:

— Зря стараешься, Сакаки! Кенчи несколько часов назад сделал щедрое подношение Демону Подземного Мира — привез ему трехлитровое ведерко еще горячего шашлыка!

— Шельмец! — Повторил Сакаки. — Слушай, а где Кэнсэй?

— Ну, если логически мыслить, то можно прийти к выводу, что старый китайский вуайерист готовит засаду на девочек там, куда ты их отправил!

— Засаду? — Удивился Сакаки, но быстро сообразил. — А-а-а… ну, нам надо терпимо относиться к этим его заскокам. Толерантность во имя Луны!

Девушки ожидали «инструктора» под уличным фонарем у стоянки рядом с воротами Редзинпаку. Их шлемы… один лежал на седле мотоцикла Сакаки, и два других — были повешены на руль.

— Как хотите девочки, но я смотрюсь отпадно! — Ренка изогнулась, приняв соблазнительную позу. — Красный цвет бросается в глаза. К тому же это повышает мою заметность, как участника дорожного движения! А это, — Ренка воздела пальчик и по складам произнесла. — Бе-зо-пас-ность!

Все девушки, как нетрудно догадаться и было вполне ожидаемо, были в новеньких мотокомбинезонах. У Ренки, например, мотокомбинезон был по мотивам «Евангелиона». Красного цвета. С цифрами «02» на груди.

Мисаки походкой от бедра прошлась перед подругами:

— Зато, мой комби наиболее соответствует моему благородному происхождению! Уж не знаю, где Кенчи достал такое чудо с рисунком зеленой чешуи, но уверена, что через месяц семья Рю завалит модельные агентства заказом на мотокомби — стоит мне в этом приехать в универ хотя бы разочек…!

— А я… а я зато уже мотоцикл себе в каталоге подобрала. — Не сдавалась Ренка. — А тебе на свой мотик еще копить и копить!

— Пф! Во-первых, видимо, Кенчи тебе твой костюм подобрал не просто так, а с намеком… а-а-а… ты ж «Евангелион» не смотрела… ну, посмотри, кто там такой же комби таскает — может быть тебе стоит задуматься о покраске волос в красный цвет! Во-вторых, мне достаточно в этом костюме один раз показаться на глаза маменьке, и мотоцикл у нас появится через неделю! Только надо будет узнать, где Кенчи достал такой костюмчик!

— Поскольку по сценарию я тоже должна что-то сказать. — Вздохнула Миу, скромно стоящая в тени. — Напомню, что вы обе забыли, и где находитесь, и как сейчас выглядите со стороны.

— М?

— Есть в Редзинпаку, — Пояснила Миу. — Один озабоченный фотограф…

Секунда на размышление — и Мисаки с Ренкой с тихим взвизгом теряются в тень столба, рядом с Миу.