Владимир Чистяков - Попадают по-разному

– Понял, могу тебя потерять. Так толком не сказав ничего и не сделав для тебя. Там внутри твоё имя. Как у нас.

Не знаю, что сказать. Мне приходилось терять. Только не помню. В голове всё перемешано. Я ведь безродная сирота, притом круглая.

Слишком хорошо знаю, кто он. Пусть пока, в первую очередь, только сын своей матери. Но и я не пустое место.

Либо разойдёмся, как в море корабли. Либо… Не слишком ли о себе возомнила? Вовсе нет. Слишком памятен пример Великого Генерала. И Линки, втихую ненавидящие единокровных сестёр. Жест принца шириной от одного океана до другого. И вряд ли о кольце не знают Верховный и её дочь. Во казначей, да, может и не знать.

– Я не из тех, кто в телохранителях нуждается.

– Это мы ещё поглядим. Мне как-то твоя голова и всё остальное нужно в целом состоянии. Планы самые серьёзные.

Пинаю в бок полушутя. Он так же с усмешкой замахивается. Отстраняюсь.

– Не надо, там болит, – больно уж охота на испуганного сына Еггта посмотреть. Хотя и вру насчёт боли. Немного.

– Точно всё хорошо? А то ведь знаю тётину привычку изображать цветущее здоровье при почти смертельных ранениях.

– Сам сказал слово "почти".

– Так и ты – не тётя. И она с телохранителями ездит. Вот и ты будешь.

– Своих-то где потерял?

– Так этим делом сообразительные люди занимаются, они и сами понять могут, когда в них не нуждаются.

– Императорские посланники поодиночке ездить не боятся.

– Ха! Кому они нужны? Их убивать себе дороже. Вот ты мне нужна. Знаю, сейчас что-то другое говорить надо. И даже знаю, что. Но не лезут в голову слова.

– Если лезут, я не поверю.

– Почему?

Смеюсь.

– У одних и тех же учились изящной словесности и хорошим манерам, принц.

– Только ты большинство этих уроков, как говорят, прогуляла.

– По уважительным причинам.

– И это знаю. Не просто же так ты так хорошо теперь считаешь.

– Вообще-то, лучше всех, по крайней мере от этого места до старой линии.

– Скромная ты!

– Ага. Есть такое. Как выражается Верховный: "лучшее украшение девушки – скромность и полупрозрачное платье".

– Ага, знаю. У сестры такое платье видел.

– У какой именно? А то их у тебя восемь, если не ошибаюсь.

– Представить в таком могу трёх. Ну, и тебя ещё, что самое интересное.

Лучше промолчать, я в таких платьях четырёх видела. Правда, остальных четверых только мельком видела.

Признаться, не думал, что с Мечом да попами управимся в одну кампанию. Опять немецкая военная мудрость сработала. Хотя сначала все, включая Дину, явно готовились к затяжной войне. Меч разгромлен, попы перевешаны, столица наместничества гуляет. Только вот что-то такое витает в воздухе. Может, это остатки Рэндэрдовской интуиции мне что-то нашептывают, а может это я сам уже разбираться стал в местных реалиях.

Приходят обозы. Я знаю, что в них – оружие, порох и продукты из тех, что могут долго храниться. Лагеря развёрнуты почти на новой границе, обозы идут туда. Кое-кому из Друзей Империи приказано собирать вспомогательные войска. Что-то затевается. Не надо быть гениальным стратегом, чтобы понять – Дина планирует поход на Заречные племена. Причём, не просто поход, а окончательное покорение.

Местные Заречных опасаются. Хотя сами ребятки не мирные. С мужеством у них всё в порядке было. Да, мы их покорили, но это только потому, что, при прочих равных, регулярная армия всегда побьет племенные ополчения, пусть их даже в несколько раз больше.

Бывшие подданные Меча и Заречные относятся к родственным, более того одно из племён делится на Северных и Южных, но Северные относятся к Заречным, а Южные добровольно признали нашу власть.

По вере, или ещё по каким причинам, но народ уже раскололся. Не приди сюда мы – через пару сотен лет река могла бы стать границей между разными народами. Но мы сюда уже пришли – и скоро река станет одной из водных артерий Империи, а иначе грош нам всем цена!

Чтобы стронуть с места лавину, достаточно маленького камешка. Тем более, если очень нужно, чтобы этот камешек появился.

Дина отправилась проверить самый дальний из Новых лагерей.

Генерал сообщил, что вчера к нему прибыл один из Друзей Империи с жалобой на одно из Заречных племён – мол, нарушили освященный предками договор, перешли Реку разграбили несколько приграничных селений. Друг Империи того вождя знает – воинов у него втрое больше чем у князя. Меча больше нет, вот вождь и обнаглел, а силы Империи он ещё не знает. Вот Друг Империи и просит покарать наглеца…

Встречи с самой Рогатой Ведьмой князь явно не ожидал. Видно было, что Дины он боится. Генерал-то, по его представлениям, военный вождь вроде него самого. Но Дина-то мало того, что Великий вождь, так ещё и великий колдун.

Впрочем, просьбу свою вождь повторил и даже сказал, что готов выступить совместно с нами в поход. А я про князя этого явно много не знаю. У него на панцире (нашей работы) кроме знака Друг Империи есть золотой медальон с профилем Дины и надписью какой-то особой разновидностью иероглифов, я прочесть не могу, но это и не важно. Важно, что эта награда даёт князю полноправное имперское гражданство и причисляет его к военному сословию. То есть, с формальной точки зрения, пред нами стоит точно такой же армейский офицер, как и мы. И покушение на его земли – покушение на земли Империи. Поэтому, напав на его земли, Заречные объявили Империи войну.

Примерно так ему Дина всё и изложила.

Князь побледнел. Понял, во что ввязался. К нам перешёл искренне, помогал, но как и все люди, хотел чтобы война шла где угодно, лишь бы подальше от стен его дома. Силу Заречных он знает не понаслышке. Наши силы – тоже.

В общем, если очень надо, повод для войны найдётся всегда.

За Рекой не могут не знать, что тут войска накапливаются. Линии тут нет, и постройка не планируется. Заречные, несмотря на недавний конфликт ездят к местным торговать, местные тоже к ним ездят, к тому же Заречные и местные сплошь и рядом в родстве друг с другом.

Ярн тоже должен был участвовать в походе. В Кэреттограде так сказать и. о. наместника должна была остаться Кэретта.

В лесах с каждым днём неспокойнее всё чаще стычки между разъездами. Лазутчики доносят – Заречные племена устроили какой-то великий съезд вождей и решили избрать Великого военного вождя – такого несколько сотен лет не было. Что же, от Меча и попов несколько лет назад они отбились. Рассчитывают отбиться и от нас, тем более Заречные-то и родичей с нашего берега считали изнеженными бездельниками. А нас они мнили кем-то вроде взявших оружие женщин, то есть чем-то вообще несерьёзным. Дину это очень забавляло.