Фантастика 2026-155 - Николай Алексеевич Некрасов
— А-а-а-а… — босоногая фея моргнула и, подняв взгляд, заметила, что всеобщее внимание переключилось на неё. — Ну, как бы… Это… Нет-нет, всё хорошо! — заулыбалась и коробочку так — раз, единым движением захлопнула и спрятала за спину.
— Примеришь? — подпускаю в голос побольше мягкости.
— Потом, — в тон мне отозвалась девочка, не переставая сиять ангельской улыбкой.
— А может, сейчас?
— Нет, потом.
— Я настаиваю, — делаю маааленький подшаг ближе.
— Прости, но я всё равно вынуждена отказаться… — Вермилион, не меняя выражения лица, отступает на вдвое большее расстояние.
— Сефирот, что ты такое ей подарил? — не выдержала Люси накала страстей. Судя по эмоциям, она уже напридумывала себе кошмаров о неприличности содержимого коробки и теперь собиралась защищать ребёнка от такого страшного и злобного меня.
— Тапочки, — с самым честным видом признался я, стараясь не слишком сиять удовольствием от хорошо сделанной пакости.
— Чего? — не поняла блондинка.
— Моё тёмное злодейское сердце кровью обливается при виде того, как волшебница, основавшая мою любимую гильдию, вынуждена больше сотни лет ходить босиком. Этот факт заставляет меня чувствовать себя натуральной свиньёй, в том смысле, что гильдия — это семья, и как члены семьи, мы должны друг другу помогать, а тут я как будто на это наплевал и ничего не сделал.
Фейки задумались. Особо мощная работа мысли наблюдалась на лице Нацу, причём с каждым мгновением к ней прибавлялось этакое вдохновенное чувство глубокого внутреннего согласия, а смерив Первую взглядом, в частности, задержав его на босых ступнях, Драгнил ещё и солидно покивал. Но тишину первой нарушила Эльза:
— Действительно, — изучающий взгляд Нацу был повторён почти один в один, — как старшие маги Фейри Тейл, мы обязаны взять на себя ответственность! — глаза валькирии загорелись странным фанатичным огнём. Такой у неё иногда бывает, когда девушка собирается «пошалить».
— Эй-эй! Вы чего? — не на шутку перепугалась Мэвис, уже откровенно пятясь от нашей дружной компании. Не сказать, что прям все так уж резко воспылали жаждой обуть «призрака», Гажилу, Грею, Громовержцам, Эльфманам и семейству Милкович вся эта сцена была глубоко параллельна, в лучшем случае проходя по графе «интересно поглазеть со стороны, чем всё закончится», но у страха, как известно, глаза велики. А ведь тут ещё и Зереф вроде бы и только музыку слушает, а глазами происходящее отслеживает, с очень таким многозначительным прищуром, типа «вроде бы и не участвую, но помочь в благом деле готов в любой момент». — Т-Третий! Скажи что-нибудь!
— Да, — спохватился Макаров, — Сефирот, вы это… Ну… Прекратили безобразничать, шпаньё! Перед вами Первый Мастер!
— Вот именно! — выразительно поднимаю указательный палец. — Мы обязаны проявить заботу и участие, это практически вопрос чести.
— Э-э-э-э… — подрагивающая Вермилион упёрлась спиной в стену. — А, точно! Я только что вспомнила — у меня есть одно срочное неоконченное дело! Да-да, очень срочное! Я скоро вернусь! — и поспешно растворилась в воздухе.
— Она сбежала, да? — озвучила очевидное Люси.
— Господин Сефирот иногда очень напорист в общении с женщинами… — недовольно пробурчали справа от меня. — Джувию это тревожит…
Вот удивительное дело… Не успела она закончить, как я буквально кожей ощутил, что на мне скрестились сразу шесть взглядов, резко преисполнившихся вышеописанной тревоги, и это помимо эмоциональных флюидов самой госпожи Локсар. О, женщины, как быстро вы меняете настроение…
— Эм, Сеф… — молчавшая всё это время Венди аккуратно подёргала меня за рукав, чем опять переключила всеобщее внимание. Спасительница! — А короб… ой, — девочка заметила направленные на себя взгляды и, кажется, поняла, что влезла невовремя. — Простите, — за меня спрятались, — я просто хотела сказать, что коробка с подарком тоже исчезла. Я не хотела мешать!
— Всё хорошо, — одной рукой чуть приобнимаю ученицу и поглаживаю по голове. — Я это предвидел, так что делал с запасом — у меня ещё тридцать семь таких пар, так что никуда она не денется.
На данное заявление Макаров издал что-то вроде тоскливого всхлипа, страдальчески посмотрел на меня, потом на невозмутимого (витающего в нирване музыки) Зерефа, следом на девушек… на парней… на Ур (последняя вздохнула, бессильно разведя руками) и обречённо уронил голову, махнув на всё рукой.
-…Идём уже, что ли? — как-то неуверенно предложил он, похоже, уже изрядно опасаясь покидать транспорт, обоснованно ожидая за его пределами… всякого.
— Да, конечно, сейчас только дождёмся, пока Эльфман закончит с крепостью. Мне нужно многое вам показать. Хотя минуточку… — я остановился и перевёл взгляд на Джерара, о котором все опять умудрились забыть. Может, у парня аура такая? — Нужно решить, что делать с Джераром.
— И что ты планируешь с ним делать? — слегка напряглась валькирия, прекрасно знающая мой принцип «не оставлять живых врагов за спиной».
— Да вот, есть у меня одна мысль. Джерар всё-таки жуткий государственный преступник, чуть было не спровоцировавший начало войны… — Эльза невзначай закрыла собой опального мага. — А вот Зигрейн — уважаемый член общества, маг уровня Богоизбранного и один из состава Совета.
— Но ведь это же один и тот же человек! Он сам показал это в Башне, — Скарлетт пока что не понимала.
— Я это видел, ты это видела, Симон и… всё? — девушка задумалась.
— Кажется, да… Но я не совсем понимаю, к чему всё это.
— О, позволь я расскажу тебе увлекательную историю о двух братьях-магах, — все присутствующие (особенно Ур) подобрались и нет-нет, да поглядывали то на меня, то на Зерефа. Самому Зерефу было пофиг, у него под рукой был плеер, и более ничего для счастья ему не требовалось. — Итак, один брат был доблестным защитником, получившим за свои труды приглашение в Совет. Второй — сбрендившим маньяком, желающим воскресить Жуткого Чёрного Мага, — означенный Жуткий Чёрный Маг довольно сощурился на очередном аккорде. — Добрый брат узнал о страшных планах своего родича и постарался помешать им, но увы — убить собственного близнеца у него не поднялась рука, а вот его павший родственник заморачиваться не стал и поверг нашего героя. А после заточил