Егор Чекрыгин - Злыднев Мир.

– Так может ты и есть Правильный Парень, который войском-то командует?!?!?! – вдруг озарило меня.

Тут Благородный Воин замялся, и начал нести какую-то чушь.

Я бы из этого всего, наверное бы и слова не понял, да общение со Стариком да Седым, меня кой-чему научило…..

– Так выходит, это крестьяне ваши сами в поход пошли!!!! А вы дворяне так, вроде как примазались?

Он опять начал всякую чушь нести, дескать – «Не примазались, а возглавили». Но судя по роже его смущенной, моя догадка правдивой оказалась.

Ну дальше, порасспросил я его про количество войск у Правильного Парня, и сколько народу в Отряде Достойных состоит. И где был это Отряд, до нынешней ночи. И…….

Но в общем и целом, ничего нового не узнал. После чего, хотел было сопляка этого нашим отдать, пусть мол сами допросят, да прирежут на потеху народу. Но потом глянул лишний раз на доспехи его, который небось подороже всего кабака Нехромого стоили, и смекнул его себе оставить. Может потом выкуп получить удастся?

Ну да в общем, на следующее утро Нехромой в Управе, наврал с три короба, и малость начальство наше городское успокоил. А то ведь у них там конкретная истерика началась, уже кое-кто и город сдать предложил. Ну и тут Нехромой значит и говорит, – «Дескать не сцыте, господа хорошие, все дескать по плану специальному делается. Так что теперь победа чисто в наших руках будет».

А еще до этого, жопа хитрая, лично с Городской Головой с глазу на глаз перемолвился, так что на общем собрании получилось, будто и Городской Голова про все дела знал и заранее одобрил.

Ну народ там духом воспрянул, Нехромого начальником над всем городским войском поставил, а меня вроде как его заместителем.

Так что следующую совещанию на высшем уровне, мы уже в моей кухне втроем проводили. Я значит, Нехромой, да Грамотей.

Нехромой, как психовать перестал, сразу мозгой работать начал. И первым делом, велел мне связаться с Малышом, и сказать, что б значит, ночью они вылазок не делали, а ждали когда вражина на приступ пойдет.

Я конечно связаться то был не против, вот только как энто делать не знал, поскольку я и до Этого, в магах не числился, а уж опосля Этого, так и вообще!

Грамотей вроде как начал что-то трындеть про то, что думать надо «сильно», мысленно вызывая образ Малыша. Но да я его со всеми этими фокусами послал подальше, и завместо этого предложил просто человека с весточкой послать, как раньше делали, когда с магами еще знакомства не водили…..

Нехромой меня поддержал, и тут же высвистал Рыжего. Рыжий, который дюже пережевал, что Седой его в свою Лучшую Тысячу не взял, выслушав нас, сразу же в Заречный лес бежать намылился.

Но Нехромой его притормозил, и велел сперва еще пару таких же обормотов, навроде Рыжего отыскать. Желательно из местных. Что бы и окрестности знали, и шустрить умели, и где чего украсть не дураки были, и подраться….. А главное, – что бы семьи в Трехе у них были, что бы значит к врагу не вздумали перекинуться.

Рыжий побежал друганов своих звать, а Нехромой тем временем, планы начал рассказывать, как значит, город от долгой осады уберечь.

Я его выслушал, одобрил обчее направление мысли, хотя и разругал планы его вдрызг. А все потому, что для планов его нам войску раза в два поболее иметь надо было.

Нехромой начал на меня орать, и чуть в драку не полез. Но тут Грамотей, (недаром кличку такую получил), предложил дела наши, обсудить с наиболее толковыми вояками города. Дескать, одна голова хорошо, а две…..

Ну, две не две, а с десяток голов мы собрали. Тут и Рыжий прибежал, и два десятка пацанов с собой приволок лет от десяти до семнадцати-восемнадцати. Мы ему конечно за такое по шеям надавали. Самых малых прогнали к мамкам, однако тех кто постарше, все же к делу решили приставить.

Но первым делом Рыжего, и еще пару пацанов отправили с поручением к Седому, чтобы ночью с вылазкой не трепыхался. Нехромой им еще попутно сказал чего врать надо, ежели к врагам в лапы попадут. А я поделился кое-какими воспоминаниями, про то, что обычно враг творит, когда города штурмом берет, с намеком на родню их значит.

Ребята побёгли. Ну а мы значит, заседать начали.

Заседали ах до самой ночи. Я даже стерпел, что Солома в моей кухне, при мне кошеварит, и даже не убил его ни разу, и даже словом его ни за что не попрекнул, потому как от совещания отвлекаться не хотел.

Но к ночи мы план все-таки высидели. И признаться, пара моих мыслей по энтой части, были даже очень не лишними.

Ну не скажу, что б на следующий день, а вот через два дня, все у нас как по писанному получилось. Будто вражина тоже наш план знал, и по тому плану действовал.

И первым роль свою отыграл, как это ни странно Грамотей.

А дело так было, – нам надо было врага на приступ выманить, да ни куда-нибудь, а конкретно к Южным воротам.

Долго мы мозговали как сделать это можно было, а потом Грамотей возьми да и ляпни…. «Мол наслушался я, как ты Нехромой ребятам чего врать советуешь, и подумал, а не послать ли кого к врагу, под видом перебежчика, и пусть тот соврет, что в городе у нас разлад и шатание. Что мол лучший отряд бойцов из города уже сбежал, и мол этой ночью, самые богатые купчины в городе застрявшие, через Южные ворота побегут, да не пустые, а с самым скарбом своим богатым. Мол тот бы скарб перехватить…….».

Ну да ясно дело было, что вражина, узнав что у нас ворота открыты будут, постарается не дать нам их закрыть, и ударит как раз в то самое место, куда мы его заманить хотели.

И что самое удивительное, Грамотей сам и вызвался тем перебежчиком быть!

Я возражать начал, – «Что дескать Грамотей, на слово тебе никто не поверит, и на всяк случай коленным железом по телу пройдутся. А ты конечно парень хороший, но сразу видно что не боец, и боли терпеть не сможешь……».

Ну а Грамотей мне в запале сказал, что боль он терпеть может получше многих, и посмотрел на меня так…., выразительно!

Тут я и смекнул, что он же вроде как тоже из магов будет, и что Старик рассказывал, как у них там в Школах, контролировать свои чувства учили….. Вот как раз болью то и учили.

А Корень, – сотник с Западного конца, сказал, что дескать это хорошо что не боец. Потому как бойца точно пытать будут долго и тщательно. А на Грамотея только цыкнут разок, да пару раз по морде зазвездят. Тут мол ему и самое время сломаться и рассказать все, что он тут напридумывал. Все, включая меня, это дело одобрили, поскольку в словах Кореня, много резону было.

Так что вражина пошел на приступ, как раз тогда и туда, где мы его ждали. А ждали мы его у Южный ворот, как раз потому, что лагерь его располагался напротив северных. Потому, чтобы «незаметно», к южным воротам подобраться, вражьему войску большой крюк делать пришлось. Да еще и ночью непроглядной, поскольку мы «побег», на самое утро наметили. Уставшие были, не выспавшиеся, в отличии от нас.