Константин Калбанов - Несгибаемый. Не буди лихо…

— Крапива, стой, — голос незнакомца звучал твердо, если не сказать повелительно.

— Ты обороты-то сбавь, — полуобернувшись, бросил через плечо иван. — Не то две сотни человек, и конвойные в том числе, станут клятвенно заверять следователя в том, что ты сам споткнулся и упал на перо. Эдак, раз пятнадцать. Уяснил?

— Это вряд ли, — покачав головой, спокойно возразил мужчина. — Как сомнительно и то, что кто-нибудь привлечет к ответу меня, если тебе прямо сейчас вышибут мозги. Дело-то для этих мест привычное.

— Это ты местных казачков не знаешь. Они нынче жуть как лютуют. Им же за каждую такую выходку пистон вставляют, — все же оборачиваясь полностью, и невольно озирая окрестности, в поисках незримого стрелка, возразил Крапива.

— Возможно. Да только они станут искать инородцев или японцев. Ну, на крайний случай, такие же каторжные рожи, как у тебя. А не приличных людей из столицы, приехавших в эти благословенные места на охоту.

— Даже так? — вздернул бровь иван.

— А ты думал, что самый умный?

— Ну и откуда ты такой взялся? — вновь возвращаясь к диалогу, поинтересовался Крапива.

— Я же сказал, из Петербурга, — пожал плечами неизвестный.

— А я-то тебе зачем понадобился?

— Есть человечек, который наступил на мозоль серьезным людям. Мы помогаем тебе и твоим людям уйти в побег. Взамен, вы убираете неугодного нам человека. Причем вместе с семьей и его компаньоном.

— А ты часом меня ни с кем не перепутал, мил человек. Я ить за найм душегубством не пробавляюсь.

— Ну, хорошо, хоть агнцем невинным не выставляешься. А то знаешь как бывает. На человеке пробу негде ставить, а он из себя святого корчит.

— Что было, от того не открещиваюсь. По-разному случалось. Но не за найм.

— Ну, этого человечка ты и так с радостью приголубишь. Иль думаешь я зря именно на тебя вышел?

— И кто это?

— Пастухов Петр Викторович. Ты его все больше знаешь по кличке.

— Уж не про Купца ли ты говоришь, — расправляя плечи, скорее выплюнул, чем произнес Крапива.

— И про его жену.

— Твоя правда. И купца, и лярву его я кончу с удовольствием. Хм. Нет. Ее сначала отдам своим парням. И Студню в первую голову. Она в него три свинцовых гостинца вогнала. И за этих двоих мне платить не надо.

— Так а тебе никто платить и не собирается. Я тебе еще и в подробностях расскажу, где его найти, да как он хоронится. Ну, а в качестве благодарности, за побег и доставку в Петроград, в довесок кончите и дружка его. Инженера Кессениха.

— Да не вопрос.

— Вот и договорились.

— А кто сказал, что мы договорились? — вскинул бровь в искреннем удивлении иван. — Ты, мил человек, поешь-то складно. Да как бы веры тебе пока еще нет. К чему понадобился именно я, допустим понятно. Но вот кто поручится, что ты нас под стволы не поставишь. Сейчас среди деловых такая рубка идет, что только держись. А то может и сам Купец изловчился, чтобы меня порешить. Мужик он серьезный, а православный из него никудышный. Потому как прощать не умеет.

— А ты никак боишься Купца-то, — не удержавшись, хмыкнул незнакомец. — Так, может, мы не по адресу. Тогда счастливо оставаться. А то ведь мог уже к началу следующей недели быть в Питере.

— Это как "к началу следующей недели"? — искренне удивился Крапива.

— А ты думал, мы будем ждать пока ты на своих ножках по тайге дотопаешь до столицы? Ладно. Сам решай, веришь ты мне или нет. Знай одно. Мне убирать его не с руки. Есть причины. Потому и готовы потратиться, чтобы вывезти отсюда и тебя и твою кодлу. Поверишь… Мне плевать, как ты выберешься за забор каторги. На выезде из Выдрино есть придорожный белый камень. Под ним со стороны Байкала, будет схрон, в который я положу четыре нагана с запасом патронов. Надумаешь выбираться со мной, я буду ждать до утра в версте от этого камня в сторону Байкальска. Не появишься к рассвету, твои трудности.

Больше не говоря ни слова, так и не представившийся мужчина направился прочь. Только теперь Крапива обратил внимание, что тот был на грузовике. Устроился в кабине, да и тронулся себе. Отъехав сотни на две сажен, он остановился, и из леса к нему вышел другой мужчина, у которого по всему видать в руках была винтовка.

Вот оно значит как. Не блефовал выходит, мужик. И впрямь, стрелок за ними наблюдал. Сейчас-то Крапива припомнил, что мужчина все время стоял чуть в сторонке, чтобы не загораживать Крапиву от стрелка. Н-да. Получается, и впрямь с костлявой разминулся.

То, что это не ловушка служащих каторги, он понял сразу. Не клеился тут никаким боком и Купец. Очень уж все заковыристо. А он мужик простой и конкретный. Захотел бы, так давно уж приплатил бы тем же казакам. У него среди них знакомцев хватает. Они бы враз израсходовали кого угодно. А потом еще и сами же гонялись бы за стрелками. А такая заумь… Лишнее это и весь сказ.

В побег уходили всей кодлой. Ну, коль скоро неизвестный грозился вывезти всех. А вот к схрону Крапива отправил одного Варнака. Если вдруг там засада… Словом, остальные успеют вернуться обратно. Ну или повинятся в побеге, если там уж все всполошатся. Ничего, посидят в кандальной, не впервой. Зато живы останутся.

Но Варнак вернулся с четырьмя заряженными наганами, да еще и к каждому по пачке патронов в запас. Осмотрели оружие, и даже укутав его в тряпье, чтобы не шуметь, стрельнули разок. Исправное оружие, нормальные патроны. Получается, незнакомец ни разу не соврал. А ведь подельники сомневались в здравомыслии Крапивы. Но зато теперь смотрят на него, с нескрываемой преданностью, что заметно, даже в ночи.

Оно ведь как. Выбраться за пределы каторги не составляет никакого труда. Забор тут больше для порядка. Когда уходишь в бега, выйти за территорию это самое простое. Ты поди выберись потом из этих мест. В прошлый раз Крапива со Студнем добирались до столицы больше полугода. А тут, обещаются за неделю. И после наганов в схроне в это верилось легко. Чудные времена настали. Вот ей-Богу.

Незнакомец оказался именно там, где и обещался. Ровно в версте от придорожного камня. Было их трое. И у каждого в руках какое-то странное оружие, которое они держали очень уж умело. Если бы Крапива получше разбирался в оружии и был бы в курсе новинок и моды, то без труда узнал бы в этом оружии пистолеты-пулеметы Томпсона.

Признаться, на данный момент томпсон был единственным образцом подобного оружия, массово выпускающимся для армии. Остальные страны также старались не отставать от американцев, но у них с разработкой собственных пистолетов-пулеметов пока не ладилось. Нет, недостатка в конструкторах с самыми разнообразными предложениями хватало. Просто военные вели самый тщательный отбор. Потому томпсон сейчас и является бесспорным лидером. Хм. Вообще-то у него и конкурентов-то нет. Разве только опытные образцы. Но назвать их конкурентами, язык не поворачивается.