Хиллари Клинтон - Тяжелые времена

В течение следующих тридцати лет я возвращалась в Израиль снова и снова, заводила новых друзей и постигала принципы работы с выдающимися руководителями Израиля. Когда я была первой леди, у меня завязалась тесная дружба с премьер-министром Ицхаком Рабином и его женой Леей. Правда, я не думаю, что Ицхак простил меня за то, что я прогоняла его на холодный балкон Белого дома, когда он хотел курить. (Позже, когда Рабин обвинил меня в том, что это правило подрывает наши мирные взаимоотношения, я смягчилась и сказала: «Договорились: если наше сотрудничество и дальше будет способствовать мирным усилиям, то я отменю данное правило. Но это относится исключительно к вам!») Подписание 13 сентября 1993 года Рабином и Арафатом Соглашения в Осло, подкрепленное знаменитым рукопожатием на южной лужайке Белого дома, было одним из самых замечательных событий во время президентского срока Билла. А убийство Рабина 4 ноября 1995 года было одним из худших. Я никогда не забуду, как сидела с Леей и слушала душераздирающую прощальную речь его внучки Ноа на его похоронах в Израиле.

Не забуду я и тех израильских жертв терроризма, которых повстречала за эти годы. Я держала их за руки в больничных палатах и слушала врачей, которые сообщали о количестве осколков в теле этих пациентов. Я посетила пиццерию в Иерусалиме, которая была подорвана в феврале 2002 года во время самых тяжелых дней второй палестинской «интифады». Несколько тысяч палестинцев и около тысячи израильтян были убиты в период между 2000 и 2005 годами. Я ходила вдоль «стены безопасности» возле иерусалимского квартала Гило и общалась с семьями, которые знали, что в любой момент на их дом может упасть ракета. Эти переживания навсегда останутся в моей памяти.

В качестве примера я приведу только одну историю израильтянина из всех тех, которые глубоко тронули меня. В 2002 году я встретилась с Йохаем Поратом. Несмотря на то что ему было всего двадцать шесть лет, он был уже состоявшимся медиком и работал в израильском агентстве «Маген Давид адом»[67]. Он курировал программу подготовки иностранных добровольцев. Я принимала участие в церемонии вручения дипломов этой программы и помню выражение гордости на его лице, когда выпускалась очередная группа молодых людей, готовых спасать жизни людей. Йохай был резервистом Армии обороны Израиля[68]. Через неделю после нашего знакомства он был убит снайпером возле блокпоста вместе с другими солдатами и гражданскими лицами. В память о нем «Маген Давид адом» присвоил его имя своей программе подготовки зарубежных волонтеров. Вернувшись сюда в 2005 году, я познакомилась с его семьей, которая увлеченно рассказывала о том, насколько важно продолжать оказывать поддержку миссии «Маген Давид адом». Когда я вернулась в США, я решила начать кампанию, чтобы убедить Международный Красный Крест признать агентство «Маген Давид адом» после его полувековой изоляции своим полноправным членом. В 2006 году решение об этом было принято.

Я не одинока в своем стремлении принять личное участие в обеспечении безопасности Израиля и его успехов. Многие американцы восхищаются Израилем как страной, граждане которой после длительного гнета готовы ежедневно защищать свои демократические убеждения. В истории Израиля мы видим отражение нашей собственной истории. Истории людей, которые борются за свободу и право самостоятельно определять свою судьбу. Именно поэтому президент Гарри Трумэн в 1948 году ждал всего одиннадцать минут, чтобы признать новое государство Израиль. Израиль — это больше чем страна. Израиль — это мечта, пронесенная сквозь поколения людей и воплощенная реальными мужчинами и женщинами, которые отказались отступать даже перед тяжелейшими испытаниями. Более того, это страна процветающей экономики. Это ярчайший пример того, как инновации, предпринимательство, демократия и процветание могут выстоять даже в очень суровых условиях.

Я также была одной из первых, кто привлек внимание общественности к вопросу палестинской государственности. В своем сопутствующем комментарии на молодежном саммите на Ближнем Востоке «Семена мира» в 1998 году я сказала молодым израильтянам и палестинцам, что вопрос создания Палестинского государства «останется в списке долгосрочных интересов США на Ближнем Востоке». Я озвучила эту идею за два года до того, как ее предложил Билл ближе к окончанию своего срока президентства как часть плана, который принял премьер-министр Израиля Эхуд Барак, но отверг Арафат, и за три года до того, как администрация президента Буша сделала это одним из официальных направлений американской политики. Поэтому моя идея привлекла тогда внимание средств массовой информации.

Администрация президента Обамы начала свою работу в тяжелый для Ближнего Востока период. На протяжении декабря 2008 года боевики экстремистской палестинской группировки «ХАМАС» с территории Сектора Газа, которую они контролировали с 2007 года (после того, как вытеснили соперничающую палестинскую группировку «ФАТХ»), обстреливали ракетами территорию Израиля. В начале января 2009 года израильские подразделения вторглись в Сектор Газа для того, чтобы прекратить эти ракетные обстрелы. В последние недели работы администрации президента Буша израильские войска вели бои с отрядами движения «ХАМАС» на улицах густонаселенных районов. Операция «Литой свинец» была признана военной победой Израиля. «ХАМАС» понес тяжелые потери и лишился значительной части своих ракетных запасов и другого оружия, но с точки зрения мировой общественности эта операция привела к катастрофе. Погибло более тысячи палестинцев, и Израиль столкнулся с суровым осуждением международного сообщества. 17 января, всего за несколько дней до инаугурации президента Обамы, премьер-министр Эхуд Ольмерт объявил о прекращении огня начиная с полуночи, при условии, что «ХАМАС» и другая радикальная группировка в Секторе Газа, «Палестинский исламский джихад», прекратят ракетные обстрелы. На следующий день боевики согласились. Боевые действия прекратились, однако Израиль сохранил номинальную блокаду Сектора Газа, которая перекрывала границу для транспортного движения и коммерческой деятельности. «ХАМАС», используя подземные туннели на границе с Египтом для обеспечения контрабанды, немедленно занялась восстановлением своего арсенала. Два дня спустя президент Обама принял присягу в Вашингтоне.

Так как кризис вокруг Сектора Газа привлекал внимание общественности, Ольмерт был первым из иностранных руководителей, кому я позвонила в качестве госсекретаря США. Мы сразу же обратились к проблеме сохранения хрупкого перемирия и защиты Израиля от дальнейших ракетных атак, а также к вопросу решения острых гуманитарных потребностей в Секторе Газа. Мы также обсудили вопрос о возобновлении переговоров, которые могли положить конец давнему конфликту с палестинцами и обеспечить для Израиля всеобъемлющий мир. Я сообщила премьеру, что мы с президентом Обамой хотели бы позже в тот день объявить о назначении бывшего сенатора Джорджа Митчелла новым специальным представителем США на Ближнем Востоке для обеспечения мирного процесса в этом регионе. Ольмерт назвал Митчелла «хорошим человеком» и выразил надежду, что мы сможем сотрудничать во всех областях, которые мы обсудили.