Сотня: Казачий крест. Смутное время. Забытый поход - Эльхан Аскеров

В общем, пока всё дело встало именно из-за системы охлаждения. Но Матвей не особо и торопился. Спешить с внедрением даже такого простого механизма он не хотел. И так их с отцом мастерская стала притчей во всех окрестных станицах. Не забывал он и историю с защитой капища. Уж слишком много в ней было ему непонятно. Ну не укладывалось в голове у парня, что в начале двадцатого века кто-то всерьёз может говорить о колдунах и магии.

Хотя если вспомнить, каким образом он оказался в этом времени, то и разговоры на эту тему оказывались вполне оправданными. Так что Матвей просто занимался своим делом, попутно обмозговывая всё, с чем приходилось сталкиваться. К тому же усилия Настасьи по их сближению с Катериной начали приносить свои плоды. Девушка перестала дичиться и с удовольствием реагировала на его шутки. И даже позволяла иногда себя обнимать, не вздрагивая от любого прикосновения.

Так было и в тот день. Не торопясь поправив соседу косу, парень вышел во двор и, оглядевшись, широко от души потянулся. Было жарко, так что сидеть в кузне у разогретого горна не хотелось совсем. Присев на лавочку у кузни, парень откинулся на стену мастерской и, уставившись ленивым взглядом в бездонную синеву неба, застыл, вспоминая службу в армии. Уж очень вдруг захотелось снова оказаться там, наверху, и шагнуть из рампы, чтобы ощутить то непередаваемое чувство полёта.

Из задумчивости его вывели чьи-то шаги и голос неизвестного казака. Из-за плетня на него смотрел мужчина средних лет, с косым шрамом через левую скулу.

– Ты, что ли, Матвеем будешь?

– Ну я, – удивлённо хмыкнул парень. Этого казака он не знал.

– Дело к тебе имеется, – кивнув, осторожно высказался неизвестный.

– А ты, мил человек, кем будешь? Откуда? – включил Матвей режим особиста.

– Кузнец я. Из Тимошинки. Николаем звать.

– Ну, проходи. Николай Батькович. Погуторим, – подумав, пригласил парень. – Что за беда у тебя приключилась?

– Слух прошёл, что вы тут булат ковать умеете, – всё так же осторожно произнёс гость. – Так ли?

– А тебе что за интерес? Всё одно секрет это семейный, и обучать батя никого не станет.

– Оно понятно. Тут другое, – вздохнул казак.

– Да ты говори толком, а то мнёшься, словно девка. Зачем искал-то меня? – вспылил Матвей, не понимая сути этих вопросов.

– Ну, первым делом мне шашка нужна. Сыну купить хочу. А второе, так говорят, что ты в махинах всяких понимаешь добре, вот я и решил с тобой об такой махине поговорить, – решившись, признался гость.

– Блин, ну ты, барин, и задачки ставишь, – проворчал про себя Матвей, ероша чуб. – Ты Николай, хоть представляешь, сколько булатный клинок стоит? – спросил он после недолгого молчания. – И тут ведь дело не в жадности нашей. Мы с батей один клинок, почитай, неделю куём. Без сна и отдыха. Отсюда и цена.

– Слышал, – коротко кивнул казак. – Да только один сын у меня. Иных детей и нету. Не дал господь. А без доброго клинка ему в службе никак. А сыну по весне в реестр писаться. Вот и решил я вам с отцом челом бить. С деньгами-то у меня не шибко, а работать я умею. Глядишь, сговоримся. Да ещё и махину я придумал, чтобы она быстро всякое колесо крутила. Может, тебе интересно станет, раз ты махинами увлечён.

– Погоди, Николай. Вот батя вернётся, тогда и поговорим, – не стал спешить с ответом Матвей. – Ты когда в станицу-то пришёл?

– Так вот сейчас и пришёл, – устало усмехнулся казак.

– Так ты что же, пешком? – насторожился Матвей.

– Коня сыну оставил. Жена у меня болела шибко. Я всё продал, чтобы дохтуру заплатить, да не вышло спасти, – дрогнувшим голосом пояснил казак. – Три года уж как схоронил.

– Царствие небесное рабе божией, – перекрестился Матвей, пытаясь хоть как-то поддержать человека.

– Благодарствую, – кивнул Николай. – В общем, после похорон кинулся, а хозяйство всё порушено. Даже собаки на дворе нет. Только и богатства, что земли надел да инструмент, что в кузне был. Без него, сам понимаешь, и кузнец не кузнец.

– Это верно, – осторожно кивнул Матвей. – А соседи-то куда смотрели? Ведь знали же, что беда у вас, неужто не помог никто?

– Отчего же. Помогали, – вздохнул казак. – Было даже, что заместо меня надел мой вспахали да засеяли. Да только у каждого ведь своя забота имеется. Ну да чего уж теперь. Уж случилось, не изменишь. А тут сыну возраст пришёл в реестр писаться. Кинулись, а справы воинской только шашка отца моего, кинжалы старые да ружьё капсюльное. Пистолей и тех нет. Я ж, когда жена болела, едва и коня не продал. Соседи отговорили. Вот и решил хоть как сына снарядить.

– М-да, история, – растерянно протянул Матвей, ероша чуб.

Выбежавшая из дома Катерина подскочила к кузне и, толком не разглядев, что её жених не один, с ходу протараторила:

– Матвейка, обедать пошли. Мама Настя уже накрыла всё. Ой! – последнее вырвалось у девушки, когда она рассмотрела, что рядом с парнем сидит ещё кто-то.

– Скажи матери, пусть ещё тарелку поставит, – едва заметно улыбнувшись, велел Матвей. – Гость у нас.

– Ага, сейчас, – истово кивнув, ответила Катерина и вихрем унеслась обратно в дом.

– Жена? – нейтрально поинтересовался Николай.

– Пока невеста. По осени свадьбу играть станем.

– Хороша девка. Помогай вам бог.

– Благодарствуй. Пойдём, умоешься с дороги, да поснидаем, чем бог послал. Всё одно батю ждать надобно.

– Спаси Христос, хозяин, – вздохнул Николай, поднимаясь.

Показав ему бочку с водой, Матвей провёл гостя в дом и, усадив за стол, велел не стесняться. Они уже заканчивали есть, когда в дом вошёл Григорий. С порога увидев гостя, кузнец удивлённо вскинул брови и, рассмотрев, кто именно сидит за столом, обрадованно ахнул:

– Никола! Вот уж кого не чаял увидеть. Ты каким судьбами тут?

– Здравствуй, Григорий, – поднявшись, вежливо поклонился казак. – По делу я к вам.

– Да погоди ты с делами. Присядь, – остановил его Григорий. – После обсудим.

Усевшись на своё место во главе стола, мастер быстро пообедал и, бросив на гостя задумчивый взгляд, повернулся к сыну:

– У тебя в мастерской поговорим, – бросил Григорий. – Пусть бабы тут без нас управляются.

– Добре, – коротко кивнул Матвей, уже и сам желавший предложить то же самое. – Сейчас самовар вздую, там и посидим спокойно.

Поднявшись, парень вышел на крыльцо и, быстро раскочегарив самовар, присел на перила крыльца. Выскочившая следом за ним Катерина прижалась к нему плечом и, заглянув в глаза, тихо спросила:

– А это кто?

– Кузнец из соседней станицы. Вдовый. Сына нужно в реестр писать, а оружия толком нету.