Между войной и миром - Владислав WISE
— Извините за вчерашнее нелицеприятное разбирательство, Мезенцева. В Париже вы вели себя достойно, как и положено, вести себя советскому человеку за рубежом. Жалобу французов мы письменно категорически отклонили. Вы можете продолжать свою учёбу на нашем факультете.
Небольшая пауза.
— Думаю, вам это следует знать. Нам сверху настоятельно посоветовали сменить парторга и комсорга. Ещё раз извините за мою несдержанность в выражениях, я не знал всех обстоятельств происшедшего.
— Я не в обиде, Тимур Гейдарович, — только и ответила опешившая от такого поворота событий Светлана, затем, попрощавшись с деканом, покинула его кабинет.
В приёмной — вновь откровенная тёплая и поощряющая улыбка секретарши. Светлана вежливо попрощалась с Инессой Фёдоровной, и вышла в коридор. И тут до неё дошло.
«Так она же вчера всё слышала», — догадалась Светлана и улыбнулась. — «Секретарша с таким стажем работы наверняка сотрудничает с госбезопасностью».
Улыбнулась вновь: «Наверняка парторга и комсорга турнули с её подачи».
Свердловск, 23 июля 1976 гола, кабинет Первого секретаря обкома партии
— Егор Егорович, как вы смотрите на командировку в Лондон?
Борис Николаевич Ельцин с интересом ждал реакции главы отдела обкома партии по перспективному развитию региона.
— Не понял, — честно признался Егор.
— Ввожу в тему. Наш МИД договорился с британской компанией «Коберроу» о поставках газокомпрессорного оборудования их производства на предприятия нашей области. Утверждено соглашение о намерениях. Подписание основного договора состоится в Лондоне. От нас свою подпись поставит Вадим Иванович Ждановец, директор Группы карьерных разработок. Вас как специалиста высокого уровня, я хочу отправить на подписание, как лицо, контролирующее сделку от обкома партии.
— Раз это ваше задание, разумеется, я поеду. Одно уточнение. Какие полномочия мне будут представлены и когда следует выезжать?
— Самые широкие полномочия, вплоть до отмены подписания договора. Выезжаете на Москву 2-го августа. Оттуда летите самолётом.
— Учёл.
— Что Алёна Михайловна?
— Ждёт, надеется, — с нежностью в голосе произнес Ермолаев-Оберлендер.
— Передайте ей привет от меня и Наины Иосифовны. Наина Иосифовна очень беспокоится за неё.
— Передайте Наине Иосифовне мою благодарность.
— Передам, — улыбнулся Борис Николаевич и жестом показал Егору, что тот свободен.
Свердловск, Вечер того же дня, квартира Ермолаевых.
— Алёна, меня отправляют в командировку в Лондон.
— Когда и насколько?
— Выезд из Свердловска 2-го августа, а там как получится. Думаю, долго не задержусь. Подпишем один договор с англичанами и вернёмся. Что тебе привезти из Лондона?
— Себя. Хотя, — Алена на миг задумалась. — Кажется, у тёти в Лондоне есть какие-то родственники. Я переговорю с тётей. Возможно, тебе будут поручения.
23 июля 1976 гола, 20:00 по Московскому времени. Разговор начальника 2-го управления КГБ по Свердловску и Свердловской области Строкова Юрия Юрьевича с подполковником Удимовым Вадимом Николаевичем по спецсвязи.
— Борис Николаевич пошёл нам навстречу. Ермолаев получил задание съездить в Лондон. От нас в состав делегации в качестве штатного переводчика включён младший лейтенант Васькин, знаток английского языка.
— Хорошо, будем ожидать результатов.
Глава 4
Ты свободен от всех обязательств
США, район Великих Озер. 27 июля 2025 года лаборатория профессора Кантора.
— Джейк, — профессор жестом остановил проходившего мимо него невысокого, сероглазого молодого человека лет двадцати пяти, заурядного и неказистого вида. Из-за этого вида девушки, как правило, не замечали парня, а если и замечали, то лишь для того, чтобы посмеяться над его внешностью или высказать парню своё презрение. Джейк, ещё в детстве понявший и принявший тот факт, что он не такой, как остальные, относился к подобным выходкам без эмоций, равнодушно пропуская мимо ушей шпильки и оскорбления в свой адрес со стороны представительниц слабого пола. Другое дело сильная половина человечества. Здесь Джейк не церемонился. Владея в совершенстве приемами джиу-джитсу, он без каких либо церемоний ломал кости тем, кто смел его задевать или оскорблять. В лаборатории Джейк работал ассистентом профессора. Профессор ценил парня за его трудолюбие, пытливый ум и широкие знания.
— Джейк, мне необходимо с вами конфиденциально поговорить.
— Слушаю вас, господин профессор.
— Пройдём ко мне в кабинет.
— Да, господин профессор.
Усадив ассистента на стул напротив себя, профессор, Кантор, начал разговор.
— Что у нас с шестым боксом? Ремонт рубильника не повлиял на режим его работы?
— Я проверял, всё в порядке, всё оборудование работает в нормальном режиме.
— Что с телом Стэнфорда?
— Без изменений.
— Хм, интересно. Ваше мнение о перспективах его хранения.
Если честно, я и Бобби считаем, что мы даром тратим на него энергию. Стэнфорду уже не вернутся в своё тело. Он умер в теле профессора Роулинза. Считать, что тело Стэнфорда оживёт и в него вернётся разум — наивные мечтания.
— Хотя, — глаза ассистента загорелись неподдельным интересом.
— Если профессор Вэньмин зашлёт в него своего агента…
Профессор Кантор рассмеялся.
— Вы умеете думать, Джейк. Я попрошу наших шефов, чтобы они намекнули профессору Вэньмину о таком варианте.
— Представляю, сколько головной боли добавится у нашей контрразведки, — улыбнулся ассистент.
— Это не наша проблема, — улыбнулся в ответ профессор Кантор.
— Наша задача провести эксперимент по оживлению тела Стэнфорда. И посмотреть, что из этого выйдет.
Сигрэйв, сидя в другом кабинете, прослушавший этот разговор, недовольно поморщился, снимая наушники.
— Чертовы яйцеголовые. Им любопытно, а ты мучайся. И, главное, помешать этому нельзя. Шеф наверняка заинтересуется таким хитроумным экспериментом.
Сигрэйв ещё раз поморщился, и вернулся к прослушиванию беседы профессора Кантора с подчинённым. К тому, чем занимался со дня своего прихода в качестве начальника охраны в лабораторию.
Тем временем беседа в кабинете профессора продолжалась.
— Это будет интересно, — согласился Джейк. — Я предупрежу Бобби о возможном оживлении тела Стэнфорда. А что с телом Оберлендера?
— Его трогать нельзя. Майор жив, и как можно судить по архивным документам, успешно выполняет своё задание.
— А что, разве с ним нет связи?
Изобразил удивление Джейк. Он, наконец, понял, зачем профессор Кантор затеял этот разговор в кабинете, напичканном подслушивающими устройствами. И понял, зачем ему сказано, что майор Оберлендер «успешно выполняет своё задание». Это была условная фраза для узкого круга сотрудников, посвящённых в сокровенные тайны лаборатории. И означало она то, что тело Оберлендера следует немедленно уничтожить. Джейк понимал, почему именно ему поручено выполнить данную акцию.
В отличие от прочих сотрудников профессора Кантера, ассистент Джейк Хорн был у банкиров и их контрразведывательных и охранных служб вне всяких подозрений. Это было связано с тем, что Джейка никто не считал расистом, последователем, участником и сторонником расистской группы Кренча-Росситера. В отличие от прочих своих коллег, исключая разве ассистента Бобби Кранца, Джейк был женат на негритянке.
В силу своей внешности: косоглазие, перекошенное лицо, крупный нос картошкой, — Джейк уже в подростковом возрасте понял, что создать семью с девушкой белой или иной другой