Александр Кузнецов - Звездный час иуд

– Водолазы на глубине пятьдесят метров в трехстах метрах от берега нашли огромный пассажирский корабль. Таких в мире еще не было. Многие приборы для нас непонятны. По обнаруженным на борту документам, это итальянский корабль. Вышел в рейс в июле 2012 года. Геликоптер согласно бортовому журналу построен на Казанском вертолетном заводе в 1992 году. Последний вылет в июле того же 2012 года. В районе Анадыря обнаружен биплан Ан – 2. Пассажирский самолет в прекрасном состоянии. Экипаж не обнаружен.

Судя по оставленным следам, летчики отправились на поиски людей.

Обнаружить их не удалось. Самолет доставлен сюда. Молодой конструктор Антонов считает, что машина полностью соответствует его недавним расчетам. Думаю, через восемь месяцев мы сможем наладить массовый выпуск. Испытатели после первых пробных вылетов от этой машины в восторге. Идеальный универсальный самолет для пассажирских и грузовых перевозок.

– Вот такие необычные подарки из прошлого и будущего меня настораживают, – вздохнул Сталин, – Лаврентий, ты все таки, постарайся к концу этого года переучить сто тысяч бойцов. Полагаю, что это важнее новых танков и самолетов. Пусть выпуск «Живой воды» наладят в три смены.

Японцы все таки, рискнули в Монголии развязать конфликт. В прошлом году Хасан, теперь уже Халхин Гол. Вот они, две войны на Востоке. Думаю, надо две роты испытать в деле. Пусть они будут отдельной маневренной группой НКВД. Проследи, чтобы на японские пулеметы в лоб их не бросали. Дадим возможность им воевать так, как умеют. Подготовь свои предложения. Прошу тебя, обеспечь полную секретность.

Берия кивнул головой и вышел. Сталин задумался, нажал кнопку вызова. В кабинет заглянул Поскребышев.

– Узнай у историков, что за праздник Чернобога, и в какие дни его отмечали в старые времена. Пригласи ко мне товарища Шапошникова, Ворошилова и Молотова. Через два часа Кагановича. В двадцать часов политбюро в полном составе.

Вечером Поскребышев положил перед Сталиным тонкую папку с несколькими машинописными листами. Вождь бегло просмотрел их и задумался. «Двадцать первого декабря праздник Чернобога. Самый короткий день и длинная ночь.

Что может случиться через два дня? На нас нападут? Кто? Обычно все войны начинают поздней весной и летом, когда просохнут дороги. Не подходит. И когда это произойдет, в этом, 1939 году? Или на будущий 1940 год?».

Сталин пытался найти ответ, и не находил его. А от этого на душе было муторно. Никому не дано знать своего будущего. Самый всесильный правитель просто физически ощущал, как стране катастрофически не хватает времени. Государство просто задыхалось от его нехватки.

Курсантов проверяли целую неделю. К изучению возможностей привлекли многих специалистов из ведущих научно – исследовательских институтов страны. Тут были медики, психологи, физиологи, даже физики и спортсмены.

Гоняли их днем и ночью. Всем хотелось получить наиболее полную информацию по своим направлениям. К тому же это дало повод для новых научных работ. В кулуарах перешептываясь между собой, они все приходили к единому мнению, что это совсем необычные солдаты. С такими показателями по физической, моральной, психологической и умственной подготовкой они еще не сталкивались. Карповский в этих исследованиях не принимал никакого участия. Ему и без этого хватало забот. Проект утвердили на самом высоком уровне, и потребовали к концу года создать сеть учебных лагерей по округам. Особое внимание уделялось Дальневосточному краю. На свежепроизведенного академика и будущего лауреата Сталинской премии первой степени, а кто бы сомневался, возложили задачу максимального производства препарата «Живой воды». С легкой руки вождя это название прижилось сразу. По всем подсчетам даже с максимальной нагрузкой и работой без выходных, их опытно – научное объединение еле – еле выходило на требуемое количество ампул. Вся надежда на новый, спешно возводимый фармацевтический комбинат. Для нужд отечественной медицины начнут выпускать современные лекарства. А в секретных цехах «Живую воду». Вот тогда можно быстро и за короткие сроки переучить всю армию. О начале ударной стройки официально сообщили во всех центральных газетах. Сообщалось, что с его вводом в строй закупка нужных стране лекарств за рубежом прекратится. Правильно говорят, хочешь спрятать лист, спрячь его в лесу. В авральном режиме подготавливали методички, и начали обучение инструкторов. Все проблемы с созданием материальной базы взяло на себя всесильное НКВД. Благо ресурсов и рабочих рук хватало.

Наконец курсантов ученые оставили в покое. Молодым солдатам дали немного времени на отдых. Затем выдали новые мосинки, пулеметы. Экипировали их серьезно. Каждому бойцу полагался кроме обязательной винтовки со штыком, наган с поясной кобурой, нож десантника, фонарик, саперная лопатка. На каждое отделение пулемет системы Дегтярева. Особое внимание уделили пристрелке оружия. Прошел слух, что их особую маневренную группу переводят на усиление в восточной части страны. Сложить вместе несколько сухих информаций о героических подвигах монгольских пограничников, которые гоняют в хвост и гриву японских агрессоров и их прихвостней, было совсем несложно. Командиры по поводу этого хранили молчание, а солдаты делали вид, что ни о чем не догадываются. Карповский в самый последний момент успел подъехать в часть, чтобы простится со своими питомцами. За время подготовки он узнал их всех. Даже сердце защемило от мысли, что многие ребята могут и не вернутся из этой странной командировки. Поздно вечером особую группу НКВД посадили на воинский эшелон, не в знаменитые теплушки, а обычные плацкартные вагоны. В довоенное время страна еще могла себе позволить такой способ перевозки личного состава. Пока массового передвижения войск не наблюдалось.

Матвей и Леня заняли самое лучшее место в середине вагона, подальше от туалетов. Да и полки попали нижние. Хотя, ничего не стоит молодым тренированным парням заскочить и на более высокие места.

– Ты теперь Мотька над нами начальник. Целый младший сержант. Стало быть, и место тебе положено внизу. Почетное, – с важным видом объявил Ленька.

– Ты, рядовой, а тоже, на почетном месте. Явное нарушение субординации, – с верхней полки свесил голову ехидный Миша Коротков.

– Я, может быть, личный адъютант при ихнем высокородии. Верно, Моть? Мне положено.

– В ухо двину, – пообещал Матвей.

– Всегда так, – вздохнул Лешка, – стараешься, стараешься. В ответ по старорежимному – в ухо.

– Как думаете, все таки с японцами будем воевать?- спросил всегда серьезный Игорь Большаков.