Валерий Белоусов - Спасти СССР! «Попаданец в пенсне»

Итак.

В этот самый миг — президент Татарстана Минтимир Шаймиев, вернувшись в Казань из Москвы рейсом «Аэрофлота», собрал президентский совет, ознакомил присутствующих с решениями ГКЧП и дал инструкции по их выполнению.

В тот же час жители Казани, собравшиеся на площади Свободы с плакатами «Долой Ивана Грозного!» были разогнаны милицией…

Что началось! Лидеры практически всех партий и движений Татарстана потребовали расследования этого инцидента и отставки президента Шаймиева…

Ответом им были белоснежные ягодицы «Отца нации», на миг появившиеся в окне Дома Правительства…

В этот самый миг в Ташкенте состоялось совместное заседание Президиума Верховного Совета и Кабинета Министров при Президенте Узбекской ССР с участием руководителей Каракалпакской АССР, областей и города Ташкента.

Ислам Каримов произнёс историческую фразу:

— Надо откровенно и правдиво сказать, что народу за шесть лет с начала так называемой перестройки надоели пустые слова и громогласные обещания… Мы задаем вопросы, какое же облегчение принесли нашему народу происходящие в стране изменения?

Какие бы силы ни выступали против нас, ни называли бы нас диктатурой, мы всегда, и этого никто не может отрицать, были сторонниками крепкой дисциплины и порядка!

В этот самый миг командование Камчатской атомной подводной флотилии во главе с адмиралом Фалеевым поддержало Правительство России. При этом надводные корабли, базирующиеся на Камчатке, твёрдо и однозначно поддержали ГКЧП.

В этот самый миг директор АНБ докладывал президенту США, что русские массированно атаковали их спутниковую группировку, на что президент недоумённо спросил, а к кому ему следует с претензией обратиться? Потому что по красной линии друг Misha не отвечает, а телефонов GKTCHP никто в Московском посольстве не знает.

А потом, где гарантия, что кнопки «Пуск» системы «Беркут» не нажимает сейчас какой-нибудь русский второй лейтенант, с детства больной на всю голову?

А шутить с русскими — тем более им угрожать, после того как Горбачёв дал полный расклад по СНВ-1, американский президент не рискнул бы… И пёрнуть американцы не успеют, как от Западного полушария останется одна сплошная воронка. Конечно, спутники связи жалко… Но ведь это пока не Большой Запуск?

Ну и ладно. Переведите Шайен[30] в Красный режим! Ах, он уже и так переведён, автоматически? Слушайте, что вы тогда мне голову морочите…

В этот самый миг «Голос Америки» передал развёрнутую версию причастности Горбачёва к событиям.

Мол, он слишком переусердствовал в своих манипуляциях…

Говоривший за американского диктора Додик Филькинштейн, студент третьего курса ВКШ при ЦК ВЛКСМ, факультет контрпропаганды, с удовольствием пил прямо из горлышка ледяную пепси-колу… недаром он участвовал в конкурсе пародистов в институтском КВН! Получилось у Додика точь-в-точь. И даже лучше.

В этот самый миг Москву по приказу Ельцина покинул Козырев — министр его иностранных дел. Он отправился в Брюссель, где на чрезвычайную встречу собрались главы внешнеполитических ведомств стран НАТО.

Козырев имел поручение призвать страны НАТО осудить насильственную узурпацию власти в СССР и взять под международный контроль ядерные средства Советской Армии…

Президент США Буш прервал отдых в штате Мэн и срочно вылетел в Вашингтон, в самолёте «ЮСАФ номер один». На пресс-конференции на борту самолёта он признал ГКЧП незаконным, а также сообщил о приостановлении экономического сотрудничества с СССР.

— Нет реформ — нет денег! — заявил он строго и погрозил пальцем. — Ну-ну.

«Вот автор… загнул! — воскликнет умудрённый нелёгкой (а у такого Читателя жизнь, в силу его имманентного ума и сообразительности, всегда тяжела и неказиста) жизнью демократический Читатель… И это где же такая станция?»

Там же, где и всегда была, — отвечу я. Аккурат между «Щукинской» и «Тушинской»…

Московское метро строилось проклятыми коммунистами — на вырост… Вот построят на месте аэродрома Центрального аэроклуба им. Чкалова жилой район — а станция метро под него уж и готова!

Да так себе, правда, станция — не «Комсомольская-Кольцевая» с её мозаиками или «Новослободская» с её витражами — обычная «сороконожка». Но удобно — один выход на Волоколамку, второй — пока в чисто поле, к улице Водников…

А пока что поезда проходили «Волоколамскую» без остановок.

…Борис Николаевич Ельцин, президент и вообще… гарант, с трудом разлепил опухшие после трёхдневного (с шестнадцатого августа) пьянства глаза…

Вокруг было темно и холодно. Вдали что-то ритмически прогрохотало.

Что-то тупое и жесткое немилосердно попинало его под рёбра:

— И что, ты хочешь мне сказать, что это вот — оно самое?! А кто тогда на танк лазал?

«Какой танк? — подумал Ельцин. — Да я и с моста-то падал, не то что с танка…»

Рядом опять что-то железно прогрохотало…

Неторопливо, мелкими глоточками потягивая из плоской стеклянной фляжечки прихваченный из буфета «Хенесси» («Вот она, свобода! Захочу, и ещё возьму! МНЕ теперь ПОЛОЖЕНО!»), Коржаков с насмешливой улыбкой смотрел на экран телевизора…

По внутренней телесети шла непрерывная трансляция из зала заседания.

Как раз сейчас вальяжно развалившийся на председательском кресле, как на деревянном ящике из-под яблок на грозненском рынке, Руслан Имранович Хасбулатов снисходительно предоставлял слово «полезному идиоту» — Сергею Адамовичу Ковалёву.

Следовало ожидать очередной порции мерзопакостнейшей грязи, готовой вот-вот политься из «трейтьего микрофона…» в адрес позора мировой демократической общественности — гнусного «совка».

Впрочем, Коржакову было глубоко плевать и на юродивого правозащитничка, и на этого слишком образованного чурку, и на так называемую Россию!

Кресло было мягким, «Хенесси» — старым, а на остальное — насрать и забыть… Зачем он когда-то поступал в КГБ?

Вовсе не за тем, чтобы быть в передовых рядах вооружённого отряда партии!

Отнюдь. Тогда затем, чтобы сытно жрать, сладко пить и ни хрена ничего не делать?

Не совсем. Хотя гораздо ближе к теме. Но! Еще ему до визга хотелось Власти — и трепета, в который вгоняла обывателя заветная красная книжечка.

Именно ради того, чтобы прикоснуться к ней, к власти — он последовал в республиканский КГБ (жалкое подобие союзного), куда стекалось всё отребье, а оттуда — после того как его сократили — прямиком в приёмную первого заместителя Госстроя, карандаши точить… Именно поэтому он терпел выходки этого свердловского алкаша!

И вот теперь его мечты сбывались — он будет рядом с Первым! По-прежнему ничего не делая, ни за что не отвечая, но сияя отражённым цветом величия Руководителя огромной страны.

Кроме того, с сегодняшнего дня ему шла двойная оплата — у себя в «конторе» и ещё — в валюте, выплачиваемая деловыми партнерами.

Дверь внезапно распахнулась…

На пороге стоял смертельно бледный Барсуков (полезный человек — есть МНЕНИЕ назначить его ПОТОМ комендантом Кремля) и испуганно блеял:

— Он исчез.

— Кто исчез? — не понял Коржаков.

— Да… Первый исчез!

Коржаков резко обернулся к телеэкрану — Ельцин по-прежнему сидел рядом с Хасбулатовым, всё такой же бодрый и весёлый.

— Ты что гонишь?! Да вот же он! — ткнул в экран пальцем главный охранник.

— Я не про него… Я про… того… настоящего…

— А-а-а. Не морочь себе голову! Кому этот куль обдристанный нужен. Небось, забурился куда-нибудь в подвал, зашхерился между тёплыми трубами и дрыхнет себе! Ни черта, оно проспится — и само вылезет.

— Но всё-таки… как-то неудобно…

— Не ссы, полковник! В случае чего — у нас (шёпотом) и ещё один, третий, в запасе есть… — и Коржаков с удовольствием глотнул ещё коньячку…

Старший лейтенант Скородумов, задумчиво ковыряясь пальцем в носу, неторопливо разбирал валяющиеся на его письменном столе бланки шифротелеграмм…

«ШтабКВО, Срочно, секретно ИШ-в. 1962

Куда: Москва

Кому: ГКЧП

Докладываю

На Украине стало известно обращение ЕЛЬЦИНА к народам России тчк Подавляющее большинство воинов округа отрицательно отнеслось к этому шагу и одновременно возмущением высказываются возможности ЕЛЬЦИНА свободно деструктивно действовать в отношении ГКЧП тчк Промедление смерти подобно тчк Мы же договорились зпт что ЕЛЬЦИНА надо брать первым тчк»