Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

В усадьбе мне тут же выделили комнату, где, растолкав спящего Григория, я оборудовал лабораторию. Спать совершенно не хотелось. Наоборот, загадка розовой плесени почти сводила меня с ума желанием ее разгадать. Бойлеров и Алиса же спали в отведенных им комнатах. Так что у меня был полный карт-бланш на действия.

Барон отметил на карте своих земель очаги поражения и отдал ее мне. Пояснил, что места, где они находили эти розовые пятна, его люди изолировали и обкапывали, но они все равно вновь появлялись уже в других местах. Не помогали никакие предосторожности. А барон, надо сказать, действовал грамотно. Кроме изоляции, весь использованный инструмент сжигался, одеждая рабочих — тоже, и все проходили простейшую дезинфекцию самогоном крепостью не менее семидесяти градусов.

Внешнюю. И как правило, внутреннюю тоже.

Но пятна появлялись вновь.

Карта баронства Капустиных оказалась подробной и заняла весь стол. Хорошо, что были и другие столы в этой комнате. Мне выделили какую-то большую подсобку, так что с рабочим пространством проблем я не испытывал. На плотной бумаге были обозначены все ручейки, поля, подсобные хозяйства, теплицы, пригорки и рощи. Стал понятен масштаб проблемы, и я даже удивился хладнокровию Капустина. Либо его недальновидности. «Розовых пятен» на карте хватало.

Способ их распространения, даже с картой, пока что ускользал от меня, поэтому сосредоточился на тестах.

Чашки Петри, различное оборудование, реагенты, температурные камеры. Я использовал все, что у меня было. Убил на тесты всю ночь, как выяснилось, и даже не заметил этого. Только откинулся на стуле от того, что затекла спина, как где-то за окном проснулся петух. Громко так проснулся. Но на то он и петух.

Тесты не внесли особой ясности. Выяснил только, что это все-таки не плесень, а грибок. Тут же память услужливо напомнила о грибороге, но, к счастью, тут был другой вид. Неизвестный даже памяти Исаева.

Черт… Как же это будоражит! Новая загадка! Как давно я не испытывал этого чувства.

Ладно, дальше. Грибок наиболее активен при температурах выше тридцати восьми градусов. При более низких он находится в состоянии покоя.

Больше всего удивляла его реакция на пестицид Вороновых. Он реагировал на Порчу и буквально пожирал ее. Поэтому и разросся так после экспериментов барона, пусть и в холодном погребе.

В этом были и плюсы, и минусы. Минус в том, что, если люди узнают о грибке, которого ничто не берет и даже, наоборот, усиливает, с нас начальство три шкуры спустит. А плюс: грибок имеет магическую природу. И это значит, что я был прав! Есть в баронстве магия, есть!

Осталось понять, как распространяется грибок. Воздушно-капельный путь я отмел сразу. Иначе все было бы в розовом налете. Через биологические жидкости или через контакт? Возможно, но нужен носитель.

И тут я вспомнил нору, которую видел в сырном погребе. Что, если носитель есть? Просто его еще никто не видел. Как тех же крыс, которые приносили с кораблей чумные болезни. Допустим, носитель есть, тогда почему его до сих пор не поймали? Значит, он где-то прячется.

Пришлось вернуться к карте. Взял кнопки и длинный шнурок, благо в подсобке они имелись. Стал соединять между собой самые далеко расположенные «розовые пятна», и большинство «линий» пересекались примерно в одной области. На карте там находился нетронутый лес, свободный от пятен. Но что-то мне подсказывало, что слуги барона туда просто не ходили, поэтому о них и не было известно.

Значит, их найду я.

* * *

— Ох… Умотал все-таки, черт… — со стоном поднялся с постели Бойлеров.

Голова не болела, чувствовал он себя так, как не чувствовал уже лет семь-восемь. То есть примерно с прошлой поездки. Выспавшимся и свежим. Последнее, что запомнил Иван Степанович, был закат над пасторалью Капустинского баронства.

— Не дай бог, снова на несколько месяцев тут застряну… — ворчал Бойлеров, свесив ноги с постели.

Положили его в комнате на втором этаже. Пахло деревом, немного смолой, разогретой солнцем, которое как раз заглядывало в комнату через воздушные занавески. Старинные часы на тумбочке рядом показывали полвосьмого утра.

Иван Степанович встал, умылся у небольшого алюминиевого рукомойника и решил, что хватит прохлаждаться. Надо скорее закончить работу и уезжать отсюда. Вышел из комнаты и тут же уперся в приоткрытую дверь, за которой, разметав огненные волосы, спала Селезнева. Бойлеров как следует постучал в дверь и грубо крикнул:

— Селезнева, вставай! Нас ждет работа!

Затем он спустился по скрипучей лестнице на первый этаж, где сновали слуги, узнал, где барон, и прошел на кухню. Капустин сидел во главе большого стола и степенно завтракал. По бокам стояли уже пустые тарелки его домочадцев.

— Ваше благородие… — почтительно поклонился Бойлеров.

— Да брось, Ваня. Этикет для городских оставь, а у нас тут люди попроще живут, — отмахнулся Капустин и пригубил горячий кофе из белой кружки. Дал знак слуге, стоявшему возле входа в столовую, и тот моментально накрыл стол для еще одного человека. — Садись, завтракай.

— Спасибо, Сергей, но позже, — ответил Иван и взял только кофе. — Работать надо — и так вчерашний день потеряли.

— Отчего же потеряли? Твой этот… как его? Исаев! Уже поработал. Всю ночь не спал, мудрил что-то в лаборатории, пробы взял в сырном погребе. Толковый парень — вон с утра уже ускакал куда-то. Кажется, он вообще спать не ложился… Мне бы таких парочку, а…

— Куда? — опешил Иван Степанович. — Куда он ускакал?

— Не знаю, — пожал плечами Капустин. — Я ему карту дал, где отметил все проблемные места. Осматривает их, наверно.

Бойлеров хмыкнул и сел за стол. С одной стороны, это не так уж и плохо. Если Исаев сделает всю черновую работу, то они смогут быстрее покинуть баронство. Да и полезно ему в земле покопаться для общего развития.

Через несколько минут спустилась Алиса. Тоже спросила, где Исаев, и барон дал ей тот же ответ. Пожав плечами, она села завтракать, но только пригубила кофе, как тут же выплюнула его тучей брызг.

— Что? — поддел ее Бойлеров. — Узнала вкус нормального кофе?

— Что? — не поняла рыжая лаборантка. Бойлеров считал ее слегка ленивой, но способной. Однако в быту она иногда безбожно тупила. — Нет, я просто вдруг подумала, что бы делала на месте Исаева…

— О, ты думаешь… — деланно удивился Иван Степанович.

Барон неодобрительно цокнул, а Селезнева просто пропустила его реплику мимо ушей.

— Если бы я знала, где находятся все места заражения, то установила систему и нашла