Александр Казанков - Во славу божью. Книга 1 (СИ)

Глеб покачал головой. Он немного остыл, теперь сам не понимая, что он так разозлился. Может оттого, что он всегда думал, что когда он вырастет, то жениться, у него будут дети. И он будет воспитывать их сам. А выходит, что если Мабель родит от него ребёнка, то он, возможно, никогда его вообще не увидит.

Он подошёл к ней, обнял. Женщина не ожидал такой смены настроения. Но обнять себя позволила. Потом прижалась к нему.

— Можно я приду к тебе сегодня? — Прошептала она. — Скоро ужин. Граф ждёт вас. Но потом, когда вы освободитесь, мы можем увидеться?

— Да, — кивнул Глеб. — Сегодня ночью можно. Завтра мы уезжаем.

— Уже завтра? — Мабель отстранилась, заглянула ему в глаза. — Но ты же можешь задержаться.

— Нет. Мы и так уже слишком долго гостим у вас.

— Хорошо. Я привыкла к расставаниям. Но я сделаю всё, чтобы ты запомнил меня, Уильям.

Она поцеловала его на прощание и выскользнула из комнаты. Глеб смотрел ей вслед. Он тоже к ним привык. Что за жизнь: ни дома, ни покоя.

Глеб не успел насладиться одиночеством. Как только графиня покинула его, в комнату ворвались Джефри с Эдмундом.

— Желаете помыться, милорд, — спросил Джефри, снова напоминая Глебу о себе.

— Пожалуй, хочу, — согласился он. — Только быстро. Граф ждёт к ужину.

Оруженосец с пажом тут же развернули бурную деятельность. Джефри, определённо, старался заслужить прощение. Глеб по-быстрому помылся, переоделся в чистую одежду и спустился в зал для приёмов.

Вечер прошёл спокойно. Глеб был рад, что гостей было не много. Он поблагодарил Шрусбери за гостеприимство и объявил об их завтрашнем отъезде. Граф в ответ заверил сэра Уильяма, что всегда рад его видеть, но Глеб знал, что это не так. Ну, и пусть.

Ночь тоже пролетела незаметно в безумных ласках и жарких объятиях. Мабель очень хотела ребёнка, и Глеб теперь не возражал. Лишь на прощание, когда она на рассвете уходила из его комнаты, он взял с неё обещание, что если у него родится ребёнок, она известит его об этом. Глеб и сам не знал, что будет делать с этой новостью, но всё же знать, что станет отцом, желал. Мабель пообещала, но Глеб был не уверен в её словах.

Когда она ушла, ему удалось немного поспать, пока его не разбудил Артур. Полностью готовый к путешествию, он стоял посреди комнаты, отдавая распоряжения. Джефри теперь поглядывал на него не с таким энтузиазмом, как ранее. Ему не нравилось, что им оруженосцем благородного рыцаря командовал какой-то разбойник, пусть и спасший некогда ему жизнь.

Глеб с усмешкой наблюдал за этой сценой. Он встал с постели, оделся. Видя, как хлопочет Джефри, Глебу стало его, немного жаль. Вот и пришла пора объявить парню, что он не едет с ними. Что Глеб вообще больше в нём не нуждается.

— Артур, Эдмунд оставьте нас, — распорядился Глеб, решив больше не затягивать с этим неприятным делом.

Артур всё понял. Он положил руку на плечо пажа, немного проталкивая парнишку к двери.

— Пошли. Сэр Уильям решает обсудить важный вопрос со своим оруженосцем.

Когда они вышли, Глеб заметил, Джефри нервничает. Парень смотрел на господина, понимая, что тот сейчас скажет что-то неприятное. Он давно ждал этого разговора, с тех самых пор, как Лонгспи вернулся из монастыря. Но тот всё чего-то ждал, и Джефри надеялся, что буря не разразиться, что пронесло. Но видно нет.

— Милорд, — покорно проговорил Биго, решая, что примет любое наказание.

— Ты мне всегда нравился Джефри, — осторожно начал Глеб. — И я доверял тебе, не как доверяют своему слуге, а так, как доверяют другу. Ты знал тайны, о которых не знал никто. Но ты, — Глеб запнулся, подбирая нужные слова, — ты предал моё доверие.

— Нет, милорд, — замотал головой Биго.

— Не перебивай меня. Твоему поступку нет оправдания, — заговорил Глеб более жёстко, опасаясь, что пожалеет парня. — Ты меня предал. Из-за тебя, меня схватили на площади. Из-за тебя, меня заперли в монастыре. Из-за тебя эти несчастье случились с Эдитой, с ребёнком беззащитным, который тоже верил тебе.

— Но она….

— Кто? — перебил Глеб Джефри. — Ведьма? Ну, скажи. Брось свои обвинения в лицо. Скажи мне сейчас, а не за моей спиной.

— Милорд, я хотел спасти вас, — Джефри опустил голову, не зная, как ещё оправдаться.

— Дело не в том, что ты хотел, а в том, что ты сделал. Ты дал слово, держать в тайне всё, что касалось Эдиты, и ты не сдержал его. Я не могу тебе больше верить. Ты должен уйти.

Джефри был такой бледный, что Глеб испугался, как бы тот не грохнулся в обморок. Парень не мог поверить, что сэр Уильям серьёзно. Он же хотел, как лучше, он хотел защитить его.

— Простите, милорд. — Биго хотел ещё что-то сказать, но слова так и застряли в его горле. Да, он предал господина. Какие бы благие намерения у него не были, он это сделал. Господин не понял, да и не должен был понять. — Я сделаю так, как вы приказывайте. Я нарушил данное вам слово. Мне нет прощения. Но, если бы вы оставили меня на службе, в этом мире не было бы человека преданнее меня. Клянусь вам честью, памятью моего отца, которого я так боготворил, и которого вы так уважали.

Глеб слушал внимательно, не сводя глаз с парня. Он был искренен, Глеб это видел. Он вспомнил слова Эдиты, сказанные ему на прощание. Малышка простила Джефри, а ведь ей он причинил гораздо больше зла, чем ему.

— Ты так хочешь остаться, потому что я обещал посвятить тебя в рыцари?

— Нет, милорд. Я знаю, что не достоит носить рыцарское звание. Я хочу доказать вам, что заслуживаю доверия. И я должен верить, что когда-нибудь буду, достоин, стать рыцарем.

Глеб понимающе кивнул. Парень хотел остаться с ним, а вот он бы желал оказаться, где-нибудь подальше.

— Собирайся. Поедешь с нами. Только запомни, если у меня появиться повод сомневаться в тебе, в следующий раз ты так просто не отделаешься. Я убью тебя.

— Да, милорд, — закивал Джефри. Он был согласен на всё, лишь бы остаться на службе. Ему было некуда идти. Отец умер, но перед смертью успел разориться. У него не было ни дома, ни семьи, ни друзей. Только имя и возможность, когда-нибудь стать рыцарем.

Артур стоял на площади, держа за повод скакуна. Он не ожидал увидеть сэра Уильяма вместе с Биго. Лонгспи должен был его прогнать. Что случилось? Он что, простил его? Парень был в приподнятом настроении. Он совсем не походил на оруженосца, который лишился своей службы.

Артур покачал головой. Лонгспи явно размяк. Какой-то он странный. Хотя, Джефри был хорошим малым. Добрым, честным, порядочным. Только верил во всю эту нечисть.

— Я вижу, ты едешь с нами? — Усмехнулся бывший разбойник.

— Да, еду. — Оруженосец оглядел разбойника. Если бы он не был в хорошем настроении, он бы, наверное, разозлился. Уж кому-кому, но только не Артуру осуждать его. Не он же был в разбойничьей шайке.