Артур Прядильщик - Сирахама
— Шакти-сама, мы договорились? — Напряженно улыбнулся Асамия Орочи.
Разговор происходил в одной из двадцати закрытых лож вокруг Арены. До начала поединка оставалось минут десять-пятнадцать. В огромном зале уже собирались зрители, стоял гул разговоров, звучала «фоновая» музыка… кажется, радио «Счастливчик».
— Это Арена, Асамия-джи. — Ласково пропела собеседница.
Смуглокожая и очень красивая женщина сделала плавный жест рукой в сторону, звякнув многочисленными браслетами. Глава клана Асамия судорожно выдохнул — настолько этот жест был… чарующим и чувственным.
— Да-да, я понимаю, Шакти-сама!
— На Арена мой ученица постараться убить его, да. Но убить ли получиться? Понимать, Асамия-джи, да?
Орочи с готовностью кивнул — это было даже больше, чем то, на что он рассчитывал. И осторожно предложенные деньги (огромная сумма!) были вежливо, но твердо отвергнуты: «Это Арена, Асамия-джи!»
Асамия по-европейски приложился к смуглой ручке, разрисованной каким-то рисунком и несущей тонкий цветочный аромат, а после — почтительно поклонился и вышел из ложи.
Шакти Рахманн посмотрела в сторону пустой пока Арены и усмехнулась.
— Учитель? — Послышалось из-за спины.
— Ты все слышала, Лин. — Безо всякого акцента ответила Шакти. — Нас, видимо, спутали с Гасящими. Все остается по-прежнему. Это — Арена. Это мир боевых искусств… — Она покачала головой и с усмешкой повторила. — Надо же — спутать нас с нашими врагами, Гасящими! Вырвать бы ему сердце за такое, но уж очень у него дочурка миленькая… И как у такой змеи подколодной могло вырасти… такое чудо расчудесное? И реформы в клане уже сколько лет продавливает… Удивительно! Вот, что значит политика! — Шакти встрепенулась. — Ты должна убить своего противника!
— Убить или постараться убить, учитель? — Улыбнулась Лин.
— Умница. Хороший вопрос. Постараться. Я абы кому цветы не дарю.
Лин сложила ладони перед лицом, поклонилась и вышла, направляясь к раздевалке Красного сектора Арены.
* * *В немаленьком зале было тесно. Как шепнул Ниидзима, в зале сейчас находилось порядка полутора тысяч человек, а веб-трансляцию сейчас смотрело примерно полтора миллиона по всему миру. И сколько-то там еще просмотрит завтра!
— Ты уж постарайся не сразу сливать бой, Сирахама! И не умирай сразу… я тут на тебя пару иен поставил.
— Нищеброд! Мог бы и больше поставить…
— Ты не настолько надежен, чтобы я рисковал своими деньгами по-крупному.
Освещенная клетка в темном зале Арены казалась висящей в пустоте. Четыре огромных телевизионных экрана показывали лицо человека, который находился сейчас внутри этой клетки. Конферансье — подтянутый джентльмен, состоящий из фрака с бабочкой, крючковатого носа на худощавом породистом лице и седой роскошной гривы — говорил, картинно отставив руку с микрофоном:
— Дамы и господа! — Глубокий хорошо поставленный голос опытного шоумена легко заводил публику. — Мы знаем, зачем собрались в этом зале! Сегодня, двадцать первого января — прекрасный субботний вечер для смертельного поединка! Сегодня отличный день, чтобы вновь ощутить дух боевых искусств! Узреть мастерство настоящих воинов! Почувствовать силу рискующих жизнью людей! Вновь встретить грудью будоражащий ураган мощи и напора воинского искусства! Встречайте! Люди, которые посвятили боевым искусствам всю свою жизнь… которые сейчас являются носителями воли боевых искусств… которые сойдутся сегодня в смертельном поединке! Те, кто рискует! Те, кто бьется! — Пауза, чтобы переждать овации. — Дамы и господа! Встречайте! Встречайте же!
Зазвучали фанфары.
— Красный угол ринга!
Луч прожектора метнулся к дальнему, противоположному от нас, входу в зал и выхватил белым кругом женскую фигурку в бело-желтом сари. Захотелось выругаться. Просто так. Лин Ченг Шин. А что! Вполне ожидаемо с тем оркестром роялей, который стал передвигаться за мной после смертельного удара Демона Подземного Мира.
Телохранитель Асамия Мурасаки и…
— Наш прекрасный цветок! Великолепная, но смертоносная роза в волшебных руках учителя Шакти Рахман из далекой загадочной Индии! Боец, — Пауза… Девушка, стоявшая до этого неподвижно, давая себя хорошенько рассмотреть, подняла обе руки и сари невесомым облачком опало вниз. — В-в-в-а-а-анадис!
«Ванадис… Главное, что не какой-то там Дикарь, который даже хуже какого-то там Композитора»
Зал взорвался криками и аплодисментами… кто-то, кажется, даже стучал ногами об пол.
Легкой походкой от бедра Лин Ченг Шин двинулась к Арене. Она была почти обнажена. Туго перекрученные полоски белой ткани закрывали бедра и, крест-накрест, грудь. («Там прикрывать-то нечего… я в аквапарке все-все видел! — Нервно хмыкнул Малыш. — И талии у нее нет! Галимый Пятый Элемент…») Лин шла босиком. За освещенными прожектором границами следовали две девушки в темных сари, легкими шлепками с улыбками отбивая руки поклонников, тянущиеся к Ванадис. («Интересно, Малыш, а их самих пощупать разве не пытаются? Девочки, вроде, симпатичные, аппетитные…»)
— Приготовься, камикадзе! — Ниидзима пытался выглядеть эдаким бывалым невозмутимым пофигистом… Но мы-то знаем: сейчас он волнуется не меньше меня. — Зря ты в раздевалке от чашечки сакэ отказался.
Кстати, он одел маску Тэнгу. Ну, эту… с длинным фаллосоподобным носом.
— Выронишь или выключишь телефон — убью!
— Ты сначала с Арены живыми выберись, убивальщик! — Хмыкнул Ниидзима, тем не менее, тронув карман, в котором лежал мой мобильный.
— Прости, я тебя в наушниках не расслышал… Но все равно — спасибо за пожелание удачи. Тебе — того же.
— Синий угол ринга! — Возвестил конферансье.
Прожектор несколько раз мазнул по нам… что за мазила там сидит? Тут мы! Тут! Правда, и хламиды никакой нет, чтобы ее так же картинно сбросить с себя, как это сделала Ванадис… Наконец, когда мы плюнули на ожидание и уже двинулись по проходу между креслами и столиками, и прошли уже треть пути, прожектор нас все-таки «поймал»… Ниидзима, правда, тут же выскользнул за край освещенного круга.
Впрочем, конферансье был профи — не сбился ни на миг! Дескать, так и было задумано!
«Осветителя, наверно, теперь премии лишат… или как тут у них положено: ноги — в тазик с цементом и — на дно Залива?»
— Загадочный боец, впервые ступивший на Арену! («Ну, вообще-то, я на этой вашей Арене уже кувыркался!» — «Малыш, потом предашься приятным воспоминаниям. А сейчас, заткнись, пожалуйста — мешаешь настроиться!») Впервые! Впервые — обладатель Розы Шакти. И что-то подсказывает, что мы еще услышим его имя… — Голос конферансье стал вкрадчивым. — Конечно, если он выживет сегодня! — Голос снова набрал силу. — И тогда мы сами дадим ему новое имя! Достойное этого бойца! А пока — боец… М-м-м-е-е-елкий!