Владимир Голубев - Побег в прошлое

На самом деле болгарская тяжелая конница уже переправилась через Самару. На следующий день легкая конница болгар вступила в бой с монголами. Болгары имитировали отступление и заманили монголов под засечную черту, где стояли лучники и копейщики. После этого, с тыла, ударили две огромных армии: тяжёлая болгарская конница и половцы. Неприступная засека с лучниками и копьеносцами не позволяла монголам сдвинуться вперед, сзади наседала тяжелая бронированная конница болгар и, практически такая же мощная, огромная армия половцев. Легкое оружие монгольской конницы было бессильно. Четырехкратное преимущество русских и болгар превратило битву в резню. Болгары не брали в плен никого. Десять тысяч непобедимых монгольских воинов вырезали за пару часов. Вечером, не успевшая отступить, двадцатитысячная монгольская армия, окружавшая Муромский город, была прижата к реке тридцати тысячной армией болгар и русских. По одному полку, от каждой половецкой дивизии, отправились захватывать монгольский обоз. Из города вышло пять полков пехоты, выехали два конных полка, новгородское и владимирское ополчение. Армии стояли, друг против друга весь вечер и всю ночь. Утром хан Шер предложил Судэбэю сдаться, обещая отпустить всех монголов за небольшой выкуп, один баран за человека.

Ожесточенное сражение шло целый день. За ночь русские набросали в поле тысячи борон, построили заборола, ни один из прорывов монголов в степь не удался. Новгородские и владимирские пехотинцы стояли насмерть. Большие щиты и длинные копья, плотный строй и надежный сосед, огромные луки и запас длинных стрел остановили легендарную монгольскую конницу.

Вечером, отчаявшиеся монголы оставили заслон во главе с Судэбэем. Основные силы попытались форсировать реку. Сумерки помешали русскому флоту уничтожить кочевников в реке, но болгарские сторожевые отряды ждали на правом берегу заклятых врагов. Безжалостно и методично уничтожали болгары кочевников. Повезло самым смелым. Болгары пощадили оставшихся в заслоне воинов.

Четыре тысячи человек и Субэдэй попали в плен. Хан Шер отпустил их за бараний выкуп. Нанимать на следующий год русское войско хан не стал. Дорого и незачем. Слухи о непобедимой монгольской коннице оказались преувеличены. Тяжелая бронированная конница болгар легко сломала их порядки и резала их, как овец.

Судэбэй запомнил болгарскую обидную издевку, половецкую жадность, новгородскую и владимирскую стойкость.

Ярослав возвращался домой героем. Победителем. Небольшие потери, богатые трофеи, одних лошадей семьдесят тысяч. Болгарское золото и серебро за военную помощь. Нерадостно ехал домой Ярослав. Он не выполнил приказ Никиты. Оправдание, что хитрый Шер провел, как ребенка, обидное. Судьба хана теперь незавидна, в одиночку болгарам не выстоять.

Макар был в ужасе от победы. Шер, перед визитом к Ярославу, подарил Макару очаровательную наложницу. Макар приказал его не тревожить, и охрана выполнила его приказ. ( Каждый охранник получил по десять плетей, а десятника Макар разжаловал. Но золотые гривны хана надо было отрабатывать. Что плохого в русской победе? Союзник-хан сделал, как лучше. Но начальство всегда недовольно. Его баба ублажает, сам приказал не беспокоить, а потом наказывает?) Макар был уверен, что Никита-Добрынич докопается до истины. Лучше самому упасть в ноги, повиниться. Может не всё так плохо, если повезет, то сошлют за море десятником воевать с дикарями датчанами.

– Хотели, как лучше, а получилось, как всегда, – сказал Никита свою присказку.

– Есть хорошие новости. Половцы великолепно держат удар монгольской конницы, – начал оправдываться Ярослав.

– Трофеи огромны! – поддержал Макар.

– Купец о победах, боец о деньгах. Вас переклинило? Может, покажешь, Макар, свой главный трофей? – усмехнулся Никита.

Макар смешался. Он не был жесток, но эту бабу давно бы удавил. Хорошо, что добродушие императора не было напускным.

– Появились шансы одолеть монголов, – сообщил Никита главную новость.

– Валера сделал пушки?

– Светлана подбросила монголам дезу с картами Европы?

– Ты договорился с Папой о совместном походе?

– Диверсанты вырезали чингизов?

– Валентин поставил производство мин на поток?

– Не так очевидно, не так невероятно. Нужно лет пять на подготовку и полная секретность, – Никита обнадежил соратников, но тайну не доверил.

– По поводу добычи. Всё, что захватили половцы, это их приз. Диверсанты и рязанский батальон обойдется жалованием и боевыми. Болгарские деньги отдадите ополченцам. Ярославу довольно славы? Макару – шерхановского подарка?

– Я уже подарил Ольге золотое ожерелье с самоцветами, и отдал Валентину плату за снаряжение, – возмутился Ярослав.

– Про Валентина забыл. Согласен, снаряжение нужно оплачивать. С ожерельем совсем просто, найди в своей казне такое же и отдай половцам.

Теплое весеннее утро способствовало приятной встрече шестерых старых друзей. С высокой террасы открывался великолепный вид. Огромная липа росла чуть в стороне, давая тень после полудня. На огромном столе лежали документы. Деловая встреча деловых людей.

– Займемся бухгалтерией, – предложил Никита.

– Бизнес-планированием, – поправила Светлана.

– Пусть так. В прошлом году доход империи составил десять тонн серебра. Всего. Это имперские налоги за вычетом невоенных расходов.

– Армия содержит сама себя. Каждый кадровый военный имеет для этого поместье. Я правильно понимаю? – Коробов, как всегда, не ориентировался в военных делах.

– В целом правильно. Но строительство укреплений идет в основном за счет казны. И, частично, закупки вооружений. Кроме того, есть батальон, оплачиваемый из казны. Набираем молодежь. Два-три похода, по результатам боев удачливые воины получают дворянство, остальных на дембель, – уточнил Никита.

– Мы вправе учитывать на период войны доходы королевств, герцогств, графств и баронств. Введем налог на войну, сумма сразу возрастет в пять раз. Сейчас слишком мало централизации, сплошную демократию развели, – Светлана скривилась от слова «демократия», как будто съела лимон без сахара.

– Ты не права, часть средств нужно оставить на местах, иначе ненависть к центральной власти сожрёт страну изнутри. На местах нужно оставить примерно половину налогов, – поправил Светлану Коробов.

– То есть, если перейти к экстремальной, военной модели управления, оставить на местах сумму налогов, которых хватит только для местных нужд, то сумма дохода империи возрастет трехкратно. Чиновники! Вот проблема, слишком много воруют. Обычное дело, – Никита отнесся с пессимизмом к предложению.