Александр Богатырёв - Самолет для валькирии

– Залезайте! Внутри он ещё более интересный, – заметив жадный блеск в глазах у Василия, – Я вижу ты такой же фанат всего летающего, как и мои сокурсники.

Василий с готовностью кивнул и шагнул, было вперёд, но тут же напоролся на руку Григория.

– Ты кое-что забыл. – услышал он.

Непонимающе взглянув на ухмыляющегося братца, он заметил, что в руке он держит очки.

– Ты забыл взять ПНВ. – ехидно заметил Григорий.

Василий хлопнул себя по лбу. Ведь собирался же взять это милое произведение технического гения Гайяны с собой. Но запамятовал. И только тут заметил, что Григорий-то как раз в очках.

– Уважаемые дамы, случаем, не интересуются стильными очками со скрытыми от аборигенов возможностями? – заметив интерес Натин спросил он. Но натолкнулся на некоторую ревность в глазах прогрессорши.

– У меня есть. – скромно ответила та. – И для Паолы найдётся. Так что спасибо.

ПНВ, действительно выглядели как красивые очки. Но имели такую кучу встроенных функций, что Василий в своё время изучавший их, упарился те функции считать.

– Ну… моё дело предложить – кивнул он Натин.

– Кстати, братец! Вояж будет удачным. – бросил он Василию – Ведь таки одну мелочь ты забыл. Добрая примета.

У Натин челюсть отвисла, когда она такое услышала. Но потом сообразила, что "Румата шутит". Ведь представить человека высокоразвитой космической цивилизации, верящего в приметы было не просто сложно…

– И что застыла? А ну на борт! Живо! – рявкнула Натин переключившись на Паолу. До той как раз наконец дошло, что все росказни патронессы про имеющийся в её распоряжении "личный виман", на котором она "с детства летает", не сказки и не розыгрыш. И осознание факта, что они вот-вот "полетят по небу" вогнало её в шок.

– Не трясись! Не уроним. На наших виманах ещё никто не угробился. – насмешливо заметила Натин и любовно похлопала по обшивке аппарата.

Восприняв сказанное как прямой приказ, Паола выпрямилась и с каменной физиономией, деревянным шагом направилась к трапу. В салоне зажёгся слабый, притушенный свет, показав вполне удобные мягкие кресла и уютненькую обстановочку.

– Куда положить? – спросил Василий, подходя ближе и скидывая рюкзак.

– Вон туда. Там видишь крепления? Для груза… – указала Натин за кресла в кабине.

– А дополнительный груз как… взяли? – тихо подкравшись спросил Григорий бархатным голосом.

– Я ничего не забываю! – несколько сварливо ответила Натин. И тут же предложила. – лучше помогите откатить крышу.

Как оказалось, крыша в амбаре открывалась над аппаратом в духе эпохи: имелся здоровенный ворот с ручками, хитрой системой из передач соединённый с цепями под потолком. И вращались все эти шестерни с передачами, хоть не с диким скрежетом и грохотом, но отнюдь не бесшумно.

Когда крыша откатилась и стала на упор, над головами показалось слегка поблекшее звёздное небо, Натин полезла в потайной кармашек и протянула Григорию ключи.

– Когда взлетим, закрой, пожалуйста всё как было. Это ключи от двери амбара.

– Будет исполнено! – галантно поклонившись ответил Григорий.

– Да! И при взлёте, быть снаружи! – бросила Натин, на что Григорий посмотрел на ту чуть ли не обиженно.

– Ну… как-то не дураки! – с некоторой издёвкой сказал он и отсалютовав, пожелав всем счастливого пути, направился наружу.

Василий заметил, что когда дело дошло уже до отлёта, страх как-то улетучился. Осталось только здоровое опасение случайно выдать некую тайну, которая не для этой особо взрывоопасной принцессы. Он даже помог Паоле пристегнуться, пока Натин обменивалась снаружи колкостями с братом и последними напутствиями. Паола всё никак не могла успокоиться. Не могла свыкнуться с мыслью, что придётся лететь. Высоко. Быстро…

Эти округленные глаза и растерянность были настолько нетипичными для того образа спокойной паладинки при вспыльчивой принцессе, что Василий даже несколько подрастерялся.

– Ты зря боишься. – улыбнулся он Паоле. – Вот смотри на нас. Мы уже давно летаем. И нам это нравится. Я знаю: и тебе понравится. Мир сверху… он такой красивый. И облака… Представь себе, что ты как птица будешь лететь среди них. Впрочем, это надо видеть. И ты увидишь.

Доброжелательная речь Василия возымела действие. Паола чуть умерила свои страхи, ощупала пристяжные ремни, пробуя их на прочность.

– А оно правда, будет красиво? – с опасением спросила Паола.

– Правда-правда! Я за этой красотой и летаю. Ты знаешь. Увидеть мир сверху – это много стоит.

– Но… – Заозиралась Паола.

– Рядом с тобой окно. Когда полетим, увидишь.

Было видно, что Паола постепенно успокаивается. А видно было это по тому, что страх постепенно сменяется в её глазах жгучим любопытством. И оно не замедлило прорваться.

– Господин Васса!… Ой! Ваше высочество Васса! А правда, что у Вас, в Вашем княжестве по звёздам летают? – выпалила та.

Непосредственность, с которой та выпалила, заставила Василия расплыться в улыбке.

– Да. Но… Тс-с! – приложил палец к губам Василий. – Мы тут инкогнито… и если будешь паинькой и помалкивать, мы тебя ещё и с собой возьмём. Туда, откуда мы все пришли. И Натин-принцесса, и мы.

Паола тут же надулась от гордости. Было видно, что её распирают вопросы, но спросить она боялась.

И тут в кабину запрыгнула сама Натин.

Паола тут же приняла свой обычный невозмутимый вид.

Натин придирчиво осмотрев пассажиров, как-то с сожалением посмотрев на Василия, прыгнула в своё пилотское кресло и лихо пристегнулась.

– Э-э… Натин! – осторожно обратился к ней Василий. – ты там полегче на взлёте… А то Паола она вообще первый раз.

Натин обернулась и сурово посмотрела на Паолу. Та, в ответ, тоже приняла не менее суровый вид.

– Ничего! – буркнула Натин. – Выдержит. Вот тогда в замке – то было очень плохо. А тут – чего бояться?!!

Первые десятки метров взлёта как-бы подтверждали предположение, что Натин будет вести свой аппарат без лихачества.

Сделавшиеся прозрачными окна и тут же переключившиеся на режим ночного видения, показали, как земля, стены амбара, мягко провалились вниз, оставив там поднятую тучу пыли и "господина-принца Румату" машущего своей шляпой.

Вот только дальше…

Внезапная перегрузка вдавила обоих пассажиров в кресла, а прямо перед носом аппарата показались те созвездия, которые они помнили, перед этим были в зените…

У Паолы снова округлились от страха глаза. Особенно, когда она увидела где-то "вверху и немного вниз" огни города. Горизонт на востоке, временно превратившийся в стену, обозначился быстро розовеющей полосой зари нового дня.

Лицо Паолы было серым от страха. Она крепко, до боли в пальцах вцепилась в подлокотники кресла и с ужасом косилась в окно, где кошмарно далеко внизу(вверху? верх и низ поменялись!) проплывали виды побережья Балтики. Она была примерно знакома с географией и знала, что где находится в окрестностях Питера, что дальше с этими окрестностями соседствует, какие края, и на каких расстояниях. И уже то, что она видела, не могло её не повергнуть в ужас. Внизу были те места, которые если двигаться обычным порядком, достигаются спустя несколько дней пути… А тут всего-то минута-две! Такие скорости! ТАКАЯ ВЫСОТА!!! А ведь и действительно: чисто на глаз, высота уже была явно несколько миль.