Иван Петров - И.В.С.
Расположился в углу, прикрыл глаза и стал наблюдать за разворачивающимся кино. Ведь когда-то смотрел фильмы о революции и не мечтал оказаться в центре событий, в самом сердце восстания. Ну, о чем там будут слагать легенды!
Для начала, мужик оказался Бубновым, фамилия его мне ничего не говорила. Мы с ним вожди восстания. Ленин и ЦК неделю назад организовали Военно-революционный центр для разработки конкретного плана захвата власти, кроме нас в нем Урицкий, Свердов и Дзержинский, все на равных правах. Каждый рулит и разрабатывает, что умеет, общего руководства нет, все на совещательном уровне. Троцкий сам себя в лидеры произвел, как председатель Петросовета, куда, опять же, по настоянию Ленина, меня и Дзержинского кооптировали три дня назад, видимо, на усиление. Центр готовит восстание в стране, а Троцкий у себя в Петросовете создал Военно-революционный комитет по разработке планов мятежа под видом борьбы с корниловцами, туда я, вроде, тоже вхожу, но структура нежизнеспособная, очень много народа от всех партий, всякой твари по паре. В дискуссиях увязли, Троцкий там на коне, оратор. С одобрения временных, кстати. До утра толку от него не было, говорильня и лозунги, но на дневном совещании ожил и рассыпался в распоряжениях (по мнению Бубнова — вполне, вполне). Проявил, так сказать! Ну да, меня на митинг послал. Вообще, мне Бубнов понравился, народ у него горел на работе, изложив информацию и получив распоряжения — не задерживались. Чувствуется технарь, не даром железные дороги на нем. ЗабегАли Подвойский и Дзержинский — тот самый Ленин, с которым я на входе обниматься хотел. На Дзержинского захват почты и телеграфа повесили, советоваться прибегал, а Подвойский отхватил синекуру наблюдения за Временным правительством. Чего за ним наблюдать, чтобы не разбежалось? Иди, работай, я сам из своего угла понаблюдаю.
Все-таки, растормошили меня. Включился в дела, стоя над Бубновым вместе с матросом шарили пальцами по карте, смеялись моим неспешным комментариям происходящего, спать расхотелось. Вместе мы родили идею, что про электростанцию все забыли. Свет дают — и хорошо. Срочно отправили Троцкому порученца, он сидел где-то дальше по коридору, в привычном своем кабинете. (Я, как бы, должен был знать). Совсем у временных мышцА ослабла, ну что может быть проще — вырубить в Смольном свет. Паники бы не было, но пограбили бы всласть. Народу всякого полно, кто-то с часами явился. А вообще — веселье и воодушевление нарастали. Наконец-то прекратились выяснения межпартийных отношений о пользе и недостатках всяческих платформ. Я пару раз выходил в коридор — у людей горели глаза. Даже у забредших зевак и озабоченных провинциальных делегатов все происходящее вызывало воодушевление — в городе шел захват власти! Моего знакомца из глубинки запрягли на захват электростанции — все равно поспать не удастся и теперь СВОЙ!!! счастливый, он кучковался около назначенного командира. Будет что порассказать, историю — своими руками!!! На выход, товарищи! Вперед, борьбе навстречу!!!
Здесь и состоялась моя историческая встреча с Лениным.
— Вот так! Ну не надо, не надо хмуриться, все понимаю, но не мог усидеть. В такое время быть вне Смольного — преступление. Даже дети знают, что восстание развивается успешно. Товарищ Рахья все обеспечил, никакого риска.
Небольшой человечек в огромных темных очках держал меня за руку и пристально, вывернув набок шею, смотрел в глаза. Голова была перевязана белым ситцевым платком в мелкий синий цветочек, из-под которого торчала пацанская челка, у щеки напихано столько ваты, что страшно за болезного, осмелившегося с таким флюсом вылезти из дома на пронизывающий осенний ветер. Его к хирургу надо, спасать. Подтверждая мои выводы, он болезненно дернул щекой (встрелило — а ты не болтай!), едва намеченные усики и бородка страдальчески покривились.
— Пройдемте к Троцкому, там все и обсудим. Не будем раскрывать мое инкогнито, я все понимаю и обещаю продолжать выполнять решение ЦК. Даже стыдно, как мальчишка, но так не терпится узнать, что у вас происходит. Тем более, мое присутствие в решающий момент может быть необходимо.
Ленин!!! Точно! как говорили — в зубной повязке через всю шеку! Маленький. Здесь коротышек хватает, но этот ниже почти всех, может и метр шестьдесят всего. Как прорвался? В распахе вполне приличного (не рабочего) пальто видны белая рубашка, галстук, пиджак с жилеткой. Этакий адвокат — прислужник империализма. Наверно, пожалели на входе — больной, — пропустили.
— Владимир Ильич, обстановку, конечно, может рассказать Троцкий, но, в целом, к утру город должен быть у нас в руках. Основные объекты — железнодорожная сеть, почта, телеграф — сейчас захватываются под руководством Бубнова и Дзержинского. Временное правительство лишено какой-либо поддержки и захват Зимнего уже становится необходимой формальностью. Но, конечно, может еще произойти всякое. Я организовал новую сеть из десятка конспиративных квартир в районах порта и вокзалов, старые засвечены, пусть и среди надежных людей. Наши обеспечат возможность добраться до них в любой ситуации, поэтому я хотел бы находиться рядом с вами до окончательного прояснения. Подготовка к открытию съезда завершена, мы готовы начать действовать по вашему слову.
— Хорошо, хорошо, пойдемте, батенька, вы мне все объясните. Архиважно использовать революционный порыв масс, но, не менее важно блюсти свой интерес. Сейчас мы втроем все обсудим.
Батенькой назвал. Да мы почти в одном возрасте, в бритом виде ему и сорока не дашь. Может, злится, что в коридоре разговариваем, нервничает, не хочет чтоб узнали? А финн Рахья ни слова не сказал, так и стоит, как не родной. Настоящий финн. Ладно, пошли за лидером.
Интересно было наблюдать встречу двух знаменитых вождей в такой переломный момент. Тема. Увидев меня, Троцкий сразу наехал — где я был и что делал?! Не давая ответить, сообщил, что с утра был арестован тираж "Правды", но, благодаря вмешательству ВРК, ситуация взята под контроль, отправлены люди на захват резервной типографии. Роль Каменева и Зиновьева (этого то что — до кучи?) в этом прискорбном случае не ясна, но, если вспомнить, что Сталин без разрешения ЦК опубликовал их покаяния, то тенденция просматривается. Накляузничал по поводу моей сегодняшней статьи, где я призвал к мирной передаче власти Советам вместо согласованного с вождем и проводящегося другим вождем вооруженного выступления. Сказал, что срываю подготовку к открытию Съезда. Утром не явился на экстренное заседание ЦК и исчез из Смольного, несмотря на принятое на нем решение о запрете всем членам ЦК покидать здание без специального на то разрешения. Скрываю от ЦК свою деятельность, например, не сообщил о произошедшем на меня утром нападении, о котором он узнал от Аллилуева. В общем — люди работают, а этот нарушитель партийной дисциплины где-то шляется, и вообще — что ты здесь делаешь, дай поговорить вождям, иди куда шел! Опа!!