Полина Волошина - Новелла по мотивам серии «Маруся». Месть

— Ты дурак, — вдруг выпалила маленькая девочка и показала язык.

— Ничего себе!

— Смотри-ка, все женщины о тебе одного мнения, — рассмеялась Маруся.

— Тоже мне, женщины! — возмутился Юки, развернулся и поплыл в сторону.

— Тебе помочь выбраться или ты еще поплаваешь? — спросила девочку Маруся.

— Помочь! А то я тут давно плаваю, — сокрушенно пожаловалась девочка.

Они подплыли к бортику. Юки помог девочке выбраться, и она сразу же убежала, придерживая круг, как балетную пачку. Маруся похлопала себя по мокрым шортам и достала из кармана телефон.

— О чем я думала? — спросила она, потом рассмеялась и отбросила телефон в сторону.

— Зато футболка почти чистая.

— И почти сухая, — засмеялась Маруся, скручивая ее на боках и отжимая воду.

— Ну, кто же так отжимает! — возмутился Юки и начал снимать свою футболку. Маруся невольно посмотрела в его сторону.

— Я вижу, что ты пялишься на меня, — громко сказал Юки.

— Не на тебя, — неожиданно серьезно ответила Маруся, подошла ближе и прикоснулась кончиками пальцев к металлической фигурке ската на груди у Юки.

Юки сразу же резко схватил Марусю за запястье.

— Не трогай!

— Это ведь предмет?

— Нет.

— Это точно предмет! Такого я никогда не видела, но спутать невозможно.

Юки отступил на шаг и нахмурился.

— А почему глаза не разноцветные? У тебя линзы?

— Какая разница?

— Дай догадаюсь... Скат... Управляет электричеством? Да? Это им ты ронял лифт и отключал систему климат-контроля?

— Зачем задавать вопросы, если ты итак все знаешь?

— И где ты его взял?

— У бабушки, — сердито огрызнулся Юки.

— Хорошая бабушка... А что еще у нее есть?

— Отстань... — Юки выглядел потерянным, словно он забыл о предмете и теперь вопросы Маруси были для него неприятным испытанием.

— А что ты так разозлился?

— Не хочу об этом говорить.

— На самом деле мне не интересно, — задумчиво сказала Маруся. — Просто удивилась, увидев у тебя предмет. Мне казалось, их довольно трудно достать.

— Кому как.

— Ты его украл?

— Я же сказал, взял у бабушки.

— Ну да, ну да... И много у бабушки предметов?

— Ты повторяешься! Все, хватит. Я не буду больше об этом говорить... или тебя теперь ничего другое не интересует?

— Я просто...

— Просто опять все повторяется. Сначала ты смотришь на меня, и я тебе нравлюсь...

— Ничего по...

— Только не надо вот этого! Я же вижу, что нравлюсь... а потом ты видишь предмет и тебя словно подменили. Все дерьмо наружу лезет!

— Юки...

— Все ведь так хорошо было...

— Да все хорошо, остынь. Что с тобой случилось?

— Я думал, ты можешь быть другой.

— Мне плевать на предметы, я просто удивилась...

— В тот раз тебе тоже было плевать!

— Нет! В тот раз я действительно искала именно предметы. Мне было нужно. Я должна была спасти Бунина...

— Можно я не буду слушать эту историю в сто пятнадцатый раз?

— Это просто бред! Мы целый день провели вместе, и нам было хорошо и весело. Неужели ты думаешь, что я была с тобой из-за предмета? Я вообще не знала, что он у тебя есть.

— Ну, теперь знаешь.

— И что?

— Какого черта я вообще с тобой связался?

— Не говори так.

— Ну, хорошо... Окей. Мы круто провели время, рад был тебя видеть...

— Юки...

— Поигрались, искупались... Может быть, еще увидимся. Пока.

Юки резко развернулся и пошел прочь.

— Стой! — Маруся бросилась за ним и повисла у него на плече. — Не уходи, пожалуйста! Прости меня...

— Уже простил, я не злюсь, — дежурно улыбнулся Юки, — До свидания. — Он резко дернул плечом, скидывая руку Маруси.

— Не уходи...

Очень некстати зазвонил телефон. Маруся удивленно посмотрела на него.

— Смотри-ка... Выжил, — словно с издевкой сказал Юки. — Водонепроницаемый.

Маруся не подошла, и они слушали назойливую мелодию, пока она не умолкла, но тут же появилась снова.

— Ответь...

Маруся отрицательно замотала головой, но вспомнила про ужин с мэром... наверняка это Хитоми и если она сейчас же ей не ответит, начнется паника, звонки отцу, в полицию... это будет лишним.

— Я сейчас... — наконец отозвалась Маруся и отошла к телефону.

— Да... Да, Хитоми, я помню. Ну конечно... Да, я почти готова. Хорошо. Через час? Отлично... я спущусь.

Маруся выключила телефон и обернулась. Но Юки уже не было.

Миниатюрная Хитоми была похожа на маленькую девочку, которая влезла в мамину одежду и туфли, пока та отлучилась на работу. Почему-то она думала, что обязана соблюдать дресс-код, поэтому носила строгие костюмы, туго затягивала волосы в хвост и носила с собой никому не нужную кожаную папку для бумаг. Еще она управляла таким же нелепым строгим автомобилем представительского класса, в котором обыкновенно ездят только скучные топ-менеджеры. При этом лицо Хитоми оставалось детским, кукольным, с нежным румянцем, маленьким ротиком и необычайно круглыми глазами, ростом она была не выше метра пятидесяти, к тому же обладала «мультипликационным» голосом маленькой мышки. Впрочем, внешность обманчива, при всей своей видимой беззащитности, на деле Хитоми была настоящей акулой. Она умела громко ругаться, выбивала места в переполненных ресторанах, разгоняла толпы фанатов и фотографов, и даже однажды круто отметелила какого-то здоровенного парня на парковке — Маруся так и не выпытала у нее причину конфликта.

Сейчас Хитоми сидела за рулем, рядом с ней дремал мрачный охранник с толстыми негритянскими губами, которые очень нелепо смотрелись на азиатском лице, а Маруся раскинулась на заднем сидении и пыталась следить за дорогой по телефонному навигатору.

— Нам надо сделать тебя красивой! — неожиданно сказала Хитоми и тут же свернула с главной дороги.

— А что, так некрасиво? — устало спросила Маруся, пригладив волосы.

На самом деле вид у нее был еще тот. Усталая, разбитая, собравшаяся за пять минут. Да и что уж там... с зареванными глазами.

— Не буду спрашивать, что случилось, — одновременно корректно и строго сказала Хитоми.

— И не спрашивай, — отозвалась Маруся.

— Там будет пресса. Много прессы. Много фотографий на всех сайтах...

— Хорошо...

— Ты должна быть свежей и красивой.

— Хорошо... — повторила Маруся и закрыла лицо руками.

— Нужно будет много улыбаться.

— Угу... — промычала Маруся, не убирая рук.

— Я могу отвезти тебя к доктору, он сделает укол и тебе на какое-то время не будет грустно... — словно размышляя вслух, сказала Хитоми, — но потом тебе станет так грустно... Потом ты даже можешь убить себя.

— Как мило. Можно я попробую своими силами? — наконец очнулась Маруся.

Хитоми быстро обернулась, взглянула Марусе в лицо и сокрушенно покачала головой, цокая языком.