Танго над бездной. Эскалации - Александр Гельевич Дугин

Это сложная, многомерная игра, сферические шахматы, с явными и скрытыми взаимодействиями между позициями, аргументами, прежними и новыми договоренностями – явными и тайными. Это больше, чем просто большая политика, это политика высочайшего уровня. И такие встречи определяют ход истории. Посмотрим, что из этого получится.

Татьяна Ладяева. С самого начала специальной операции существовало мнение, что в результате ее завершения Украина может утратить статус самостоятельного государства. Вы также упоминали о территориях, которые могут стать предметом переговоров. Очевидно, что четыре новых региона, согласно Конституции, уже входят в состав Российской Федерации, однако сама линия разграничения остается под вопросом.

Если сегодня Трамп подписывает или рассматривает какое-то соглашение с Украиной по поводу ресурсов, это может свидетельствовать о том, что определенные территории Украины все же останутся под контролем украинской стороны. В таком случае возникает вопрос: какое количество этих ресурсов будет использовано американцами? Это указывает на возможность сохранения части украинских территорий, а значит, дележка между Россией, Польшей, Румынией и другими потенциальными участниками процесса может не состояться.

Александр Дугин. Не знаю. Ситуация с Украиной остается неопределенной. На мой взгляд, Украина как самостоятельное государство может прекратить свое существование, или, возможно, останется лишь часть ее территории, например западные области. Вопрос в том, кому они отойдут, останутся ли они суверенными, даже номинально, на бумаге. Либо эти земли станут зоной национальных интересов Евросоюза, либо же будут созданы два, три или даже четыре новых государства. Не исключено также, что вся территория Украины окажется под контролем России. Этот вопрос пока открыт.

У Путина есть аргументы, которые выходят за рамки исключительно военных и силовых действий. Есть множество других факторов, которые будут влиять на исход ситуации. Посмотрим, как будет решаться судьба Украины на предстоящей встрече. Никто не будет спрашивать мнение ни украинцев, ни Зеленского.

Увы, ситуация такая, что они пытались настоять на своем военным, террористическим путем, и они проиграли. Очевидно, что Украина больше не является даже относительно независимым субъектом международной политики; ее судьбу будут решать великие державы. И я склонен думать, что это не Европа, а именно Россия и Америка.

Не стоит забывать о Китае, который занимает взвешенную позицию в вопросе этого конфликта, а также такие страны, как Индия, исламский мир, Африка и Латинская Америка – все они могут стать новыми полюсами влияния. Однако голоса террористического режима Киева здесь нет; им точно придется пожертвовать. Это уже очевидно даже для самого Зеленского и его хунты. Они уже пакуют чемоданы.

Татьяна Ладяева. В этом контексте мне особенно нравится глагол, который использовал Дональд Трамп, комментируя возможные предстоящие встречи с Путиным. Отвечая на вопрос журналистов о том, как будет решаться конфликт на Украине, он заявил, что Зеленский будет «вовлечен» в переговоры.

Однако термин «вовлечен» не обязательно подразумевает, что он станет полноправным участником процесса. Это слово звучит довольно абстрактно и может означать, что его просто поставят перед фактом итоговых решений. Тем не менее давайте будем наблюдать за развитием событий: мне кажется, все самое интересное еще впереди.

Самое главное, что должно произойти в Саудовской Аравии, – это обсуждение двумя мировыми лидерами, представителями великих ядерных держав, Владимиром Путиным и Дональдом Трампом, архитектуры будущего миропорядка.

Мы видим, что в Америке в последнее время произошла самая настоящая глубокая идеологическая революция, значение которой трудно переоценить. У Трампа и его команды, трампистов, совершенно иной взгляд на судьбу человечества, на Запад, на Восток, на друзей и врагов, в отличие от администрации Байдена, а до него – от Обамы, Джорджа Буша – младшего, Клинтона…

В последние несколько десятилетий в Америке доминировала либеральная глобалистская модель и идеология, включая представление о том, что следует постепенно двигаться к десуверенизации национальных государств и превращению человечества в некую единую массу под началом мирового правительства.

Эта модель доминировала и в глобальных процессах, и во внутренней политике – от экономики до культуры. Но Трамп этот либеральный глобализм отменил.

Для глобализма Россия как суверенное государство и общество, защищающее традиционные ценности и имеющее свой собственный уникальный культурный, дипломатический, политический и цивилизационный профиль, была огромной преградой. И в том числе именно с этим и была связана провокация против нашей страны, которая привела к войне с глобалистским коллективным Западом на Украине.

Трамп же представляет совершенно иную, прямо противоположную либерализму и глобализму идеологию. Он не либеральный, а постлиберальный, или иллиберальный, националист. Сторонник Америки как суверенного государства. И он не разделяет практически ни одной общей позиции с теми, кто правил до него. Другое дело, что в свой первый срок Трамп не смог настоять на собственной повестке дня. Сейчас же он подготовился и пришел к власти вместе со своими единомышленниками. С очень сплоченной и идеологически выверенной командой, которая за три недели нахождения Трампа в Овальном кабинете уже сумела сделать то, что иногда за столетие не успевают сделать целые народы.

Это действительно огромные перемены, и Путину, и Трампу надо обсудить именно это. Продолжит ли Трамп войну с Россией или остановит ее? Что думает о Европе, Китае, Ближнем Востоке, Юго-Восточной Азии, Африке и Латинской Америке?.. Все это нам небезразлично, поскольку по всем этим вопросам у нас как у великой державы есть своя собственная точка зрения.

Все это, на мой взгляд, и есть то самое главное, что должно обсуждаться в Саудовской Аравии. Тот миропорядок, который хочет построить Трамп, и тот миропорядок, который строит Путин. И то, как понимать и трактовать многополярность, признание которой мы уже услышали даже от госсекретаря США.

Соответственно, именно в этом контексте, найдя какие-то общие точки или, наоборот, зафиксировав конфликты и отсутствие взаимопонимания, можно двигаться дальше. И только после того, как эти контуры миропорядка между двумя представителями двух великих держав будут определены и прояснены, речь может перейти об Украине. Подчеркну: без этого понимания говорить об Украине бессмысленно. Да и невозможно.

При этом стоит отметить очень серьезный, высший уровень состава нашей делегации. Это Юрий Ушаков и Сергей Лавров, ближайшие соратники Путина по международной политике, полностью, тотально единодушные с ним. И поэтому именно они будут помогать нашему президенту