О писателях-земляках - Мария Андреевна Чулкина
«Утром через деревню прогнали арестантскую партию. Радищев сидел у раскрытого окна в ожидании, когда ямщики запрягут лошадей, как вдруг с окраины донеслась тоскливая, щемящая сердце песня, — пишет автор. — …Слова песни и мотив были выстраданы арестантами в тюрьмах и на этапах. От песни, от этого людского стона веяло мраком тюремных стен, тяжестью переходов от этапа к этапу»[43]. Из толпы арестантов выделяется «пожилой арестант в длинной серой рубахе и таких же штанах, босый, с цепями на ногах, израненных железом, смотрел на них своими потускневшими ястребиными глазами из-под клочковатых бровей и, казалось, всем видом своим просил об одном, чтобы ему не отказали в подаянии…». «Какой сильный и несгибаемый человек, — невольно подумал о нем Александр Николаевич и еще раз осмотрел непокорную фигуру арестанта… — Волю такого не закуешь в кандалы и не сломишь каторгой»[44].
В романе Радищев трижды встречается с каторжанином, который пытался бежать из ссылки, но снова идет на каторгу. Каторжанин — воплощение страданий русского народа. Художник сумел передать в его образе раздумья о судьбах страны, тревогу за людей, ищущих правду в самодержавной России. Есть что-то общее в этом человеке и в петербургском изгнаннике.
Особенно удались А. Шмакову сцены встречи Радищева с крестьянами, ссыльными, тунгусом Батуркой, талантливой интеллигенцией, гибнущими от удара самодержавного произвола.
Мастерство писателя проявляется в умении типизировать, создавать образы, связанные с конкретными историческими событиями, в сложных психологических взаимоотношениях; это наглядно видно из образа тунгуса Батурки.
В воспоминаниях Павла Александровича (сына Радищева) упоминается о том, что отец его в Сибири занимался медицинской практикой. Он вылечил тунгуса, который подарил семье Радищевых олененка. На страницах второй книги создан жизненно-достоверный образ тунгуса Батурки. То же можно сказать и о таком персонаже, как томский комендант Томас Томасович де-Вильнева.
Писатель сумел создать ряд запоминающихся характеров, ярких эпизодов. Интересен прежде всего сам образ А. Н. Радищева, стоящий в центре романа. Семейная хроника Радищевых умело вводится в историю жизни страны. Полные благородных душевных порывов и стремлений Радищев и Рубановская изображаются на фоне важных политических событий. Главный герой раскрывается в таких проявлениях, как непреклонность в борьбе против деспотизма и тирании, в отношении к близким и единомышленникам, в дружбе и любви, в творчестве.
Остановимся на некоторых сюжетно-композиционных особенностях «Петербургского изгнанника».
«Свинцовое небо, тяжелое и пасмурное, низко нависло над осенним Санкт-Петербургом. Мрачные ряды домов почти слились с мостовой в сплошную темную массу. Улицы были тихи и безлюдны в этот вечерний час.
На набережной Невы, облокотясь на холодный каменный парапет, набросив на голову капюшон, стояла женщина с двумя детьми. Глубокое горе и тревога отражались на ее молодом лице.
Это была Елизавета Васильевна Рубановская — свояченица Александра Николаевича Радищева. В полдень его провезли из Петропавловской крепости в губернское правление, чтобы объявить ему указ, утвержденный Екатериной II, о замене смертной казни десятилетней ссылкой в Сибирь»[45].
Мрачный пейзаж, душевный настрой Рубановской — образная формула сложно-композиционной основы первой части трилогии. Тягостное ожидание мимолетной встречи с изгнанником создает лейтмотив произведения, подчеркивает стилевую манеру художника. Этот мотив искусно использован для экспозиции, но он проходит через всю книгу, объединяет многообразное повествование в стройную систему и дает единое настроение трилогии.
Читая произведение, мы вновь возвращаемся к бурным событиям русской жизни последней четверти XVIII века, узнаем жизнь Александра Николаевича Радищева в ссылке, в далеком Илимском остроге. Вместе с писателем негодуем и радуемся, когда перед нашим взором возникает трагическая судьба мужественного человека и его верной подруги, жены Елизаветы Васильевны Рубановской.
А. Шмакову удалось создать живые образы людей, понимавших Радищева — Воронцова, Фонвизина, Пнина, Панкратия Сумарокова, Александра Царевского, Богомолова, Алябьева, Шелехова, Лаксмана. А сколько других человеческих судеб проходит перед читателем, и в каждой из них — черты того времени, великие подвиги лучших людей России. На протяжении всего повествования последовательно раскрывается героическая жизнь человека изумительной нравственной чистоты и самоотверженности, восстающего против самодержавной власти, патриота, совершающего бессмертный подвиг во имя будущего.
Произведение А. Шмакова убедительно опровергает установившуюся неправильную точку зрения, что Радищев после ареста, суда и ссылки возвратился «присмиревшим во всех отношениях»[46]. Писатель изображает жизнь, события во всей их сложности и полноте, с одинаковой силой создает прекрасное и трагическое, обличительно-сатирические характеры, проникает в глубину внутреннего мира человека и развертывает широкую картину всех обстоятельств русской жизни. Он показывает, как зрели революционные идеи просветителей России, как идеи Радищева воздействовали на его современников и последователей.
Через сложную борьбу положительного героя художнику удалось показать правду историй, закономерность и причинную обусловленность ее событий. Мысли и чувства, поступки и действия, влечения и стремления человеческие представлены им как результат объективных условий общественного развития. Всестороннее изображение исторической действительности обуславливает идейную насыщенность «Петербургского изгнанника». Повествование в нем осложнено широко развернутой системой различного рода описаний, пейзажей, портретных характеристик, воспоминаний героя, авторских отступлений, в которых высказываются взгляды на изображаемые события.
Богатство идейного содержания романа определяется прежде всего тем, что писатель с марксистско-ленинских позиций показал духовную силу русских передовых людей, высоконравственный облик русского народа. Патриотическая идея произведения выражена в изображении самоотверженной борьбы великого мыслителя, философа-писателя, ученого против самодержавной власти, в показе непоколебимости, стойкости, храбрости, несгибаемой воли А. Н. Радищева и его верной подруги Рубановской. В романе дана историческая оценка власти Екатерины II, ее преступной политики, которая была выгодна господствующим классам и вела к порабощению народных масс и уничтожению лучших людей России.
Для осуществления творческого замысла «Петербургского изгнанника» А. Шмаков должен был сам осмыслить исторические события прошлого, понять указания В. И. Ленина о том, что монархи то заигрывали с либерализмом, то являлись палачами Радищева. А. Шмаков должен был представить соотношение действовавших сил, понять их закономерность, выделить наиболее характерные, существенные стороны изображаемой жизни. Решение этих творческих задач определяло построение сюжета, характеров, принципы композиции произведения в целом. Следует сказать, что с первых же страниц романа в основу сюжета положен социально-политический конфликт эпохи и закономерности развития России конца XVIII века.
Завязка романа такова: «В тот час, когда Рубановская покинула набережную Невы и ушла домой, из дверей губернского правления конвойные вывели Александра Радищева. Обросший, с бледновато-желтым и вытянувшимся лицом, он был одет в потертый камзол и закован в ручные кандалы»[47].
За завязкой дается описание природы, а затем — обширный пересказ воспоминаний Радищева о том, как дописывались последние страницы книги, как он собирал ополчение для защиты отечества от