Евгений Кобелев - Хо Ши Мин

— Навоз, конечно, чистотой не отличается, не правда ли? Но если им удобрить поле, можно собрать хороший урожай. Так стоит ли от него отказываться, как вы думаете?

Вообще в эти дни очень много сил и времени Хо Ши Мину приходилось тратить на остуживание горячих голов в партии, зараженных «детской болезнью» левизны. Переоценивая силы революции, некоторые партийные активисты либо сознательно, либо утратив так необходимое хладнокровие, нарушали линию партии на умиротворение чанкайшистов, нередко отвечали силой на их провокации, в результате чего происходили серьезные вооруженные стычки, которых вполне можно было бы избежать. Эти стычки нагнетали ненужную напряженность и всегда крайне трудно, с большим скрипом улаживались. Хо Ши Мину приходилось призывать на помощь весь свой опыт, авторитет и тактическую гибкость. Поэтому он всегда строго выговаривал виновным:

— Правильно говорят в народе: прежде чем наедаться ныок мама, подумай о жажде, которая тебя будет мучить. Прошу вас, будьте хладнокровнее, не втягивайтесь в провокации, организуемые китайцами. Терпение — это не значит покорность, это тоже форма борьбы. Мы должны проводить в отношении их ту же искусную тактику, какую в стародавние времена с успехом применил небезызвестный Гоу Цзянь[22].

Выбирать правильную линию поведения в общении с китайскими генералами Хо Ши Мину немало помогало то обстоятельство, что он долго жил в Китае и хорошо знал сущность и особенности послесуньятсеновского Гоминьдана. Командовавшие вторгшимися во Вьетнам дивизиями генералы принадлежали к различимы гоминьдановским группировкам: чунцинской, юньнаньской, гуандунской, гуансийской. Между ними шла постоянная грызня. Поэтому, хотя все они были антикоммунистами, их отношение к правительству Хо Ши Мина было неодинаковым. Нередко один генерал, стремясь насолить другому, шел навстречу тем или иным просьбам представителей вьетнамских властей. В числе генералов имелись и такие, которые представляли определенную опасность для Чан Кайши, и тот воспользовался операцией «Хуа цзюнь цзинь Юэ», чтобы отослать их подальше от районов их влияния.

Разъясняя своим товарищам все эти тонкости, Хо Ши Мин говорил:

— Это давнишняя тактика Чан Кайши — «разлучать тигров с их родными местами». В лагере наших врагов все не так-то просто, как кажется, и мы должны использовать этот фактор.

Наиболее удачные отношения сложились у Хо Ши Мина с Лу Ханем. Тот высоко отзывался о Президенте ДРВ. Лу Хань единственный из всех китайских генералов уважительно называл его «Ху чжу си» — председатель Хо. Они часто вели беседы на политические темы. Хо Ши Мин разъяснял китайскому генералу цели борьбы вьетнамского народа. Нередко, пользуясь удобным случаем, он в приемлемой форме выражал свое  осуждение антивьетнамским действиям китайских представителей и их марионеток.

Товарищ Во Нгуен Зиан, который был во Временном правительстве министром обороны и каждодневно встречался с Хо Ши Мином, вспоминает: «Для Бак Хо революционная истина всегда была конкретной… Обладая удивительным даром проницательности, он, казалось, проникал в самые тайные помыслы противника. С исключительной гибкостью умел менять тактическую линию поведения в зависимости от характера противника и даже отдельных представителей вражеского лагеря.

Бак Хо поистине воплощал в себе действенность справедливости. Даже отъявленные антикоммунисты, побеседовав с Хо Ши Мином, проникались к нему уважением. Казалось, только пообщавшись с этим человеком, они становились менее жестокими и воинственными.

Многие иностранные политические деятели уже тогда говорили об удивительной силе убеждения, исходившей от Хо Ши Мина. Одни считали, что причиной тому — его широкая образованность, блестящий ум, необычайная воля и энергия. Другие говорили о скромности, простоте, оптимизме, уверенности, прямом, откровенном характере, жизненном опыте, нравственном воспитании…

Все это отчасти верно, но все-таки главным, доминирующим в характере Президента была постоянная готовность к самопожертвованию во имя народа, «одна, но пламенная страсть» — сделать все, чтобы народ, отчизна обрели наконец счастье. Именно его необычная жизнь, где личные интересы были преданы забвению, придала его лицу выражение чего-то исключительно чистого и светлого.

Великий гуманист, Бак Хо всегда стремился разбудить даже у врагов остатки совести, как бы мало ее ни было. Политическая, моральная сила нашего народа, помноженная на искусное претворение в жизнь тактической линии партии и Президента Хо Ши Мина, можно сказать, в известной мере парализовала агрессивные устремления чанкайшистских милитаристов, располагавших 200 тысячами солдат».

Борьба не на жизнь, а на смерть в защиту завоеваний революции требовала в первую очередь, чтобы революционное правительство получило мандат народа, то есть было избрано им и пользовалось его поддержкой и доверием. Соглашение, достигнутое с лидерами прокитайских партий, открыло наконец путь к проведению выборов, которые долго откладывались. В первый же день нового, 1946 года газеты опубликовали указ о проведении 6 января всеобщих выборов в Национальное собрание.

Еще задолго до выборов со всех концов страны в правительство шли письма от рабочих коллективов, сельских общин, административных комитетов, в которых Хо Ши Мина просили не баллотироваться в каком-либо одном городе или провинции, с тем чтобы население всей страны смогло отдать за него свои голоса. Каждый мечтал вписать имя Хо Ши Мина первым в своем избирательном бюллетене. Хо Ши Мину пришлось обратиться к соотечественникам с открытым письмом: «…Я являюсь, как и все, гражданином Демократической Республики Вьетнам, поэтому не вправе нарушать принятый порядок проведения выборов. Я баллотируюсь в Ханое и не могу выдвигать свою кандидатуру в каком-либо другом месте. Благодарю соотечественников за любовь ко мне и прошу всех выполнить свой гражданский долг на предстоящих всеобщих выборах».

В Намбо и на юге Чунгбо выборы проходили под аккомпанемент артиллерийской канонады и свист пуль. В Сайгоне, Митхо и других городах, уже оккупированных французами, избирательные урны тайно кочевали из одного дома в другой, с одной улицы на другую. В городах Танан, Кханьлыу французская авиация подвергла бомбардировке избирательные участки, много людей было убито и ранено.

Несмотря на крайне сложную политическую обстановку, более 90 процентов избирателей приняли участие в выборах. Хо Ши Мин получил 98,6 процента голосов. Если учесть, насколько противоречивой была в тот момент расстановка классово-социальных сил, какую активную деятельность вели прочанкайшистские, прояпонские, профранцузские и другие реакционные элементы, то следует признать эту цифру поистине выдающимся успехом, блестящей демонстрацией непререкаемого авторитета Хо Ши Мина среди самых различных слоев населения.