Валентина Мирошникова - 100 знаменитых судебных процессов

К сожалению, опасность радиопередач, которые вел Джойс, и пропагандируемых им идей была недооценена британским правительством. Журналист Джонатан Барингтон газеты «Дейли-Эксперсс» в своей разоблачительной статье в шутку назвал Уильяма Джойса «лордом Гав-Гав».

Впервые война на территории врага велась не только оружием, но и словом. Ложь через репродукторы проникала в каждый дом, будоража умы обывателя, сея в них отчаяние и страх. Так, сообщение Джойса о том, что в Англии существует «пятая колонна», настолько испугало британцев, что они начали испытывать панический страх перед предательством и подозревать всех и вся. В 1940 году газета «Дейли-Миррор» организовала анти-Гав-Гавлигу из лояльных англичан.

В одной из самых знаменитых речей Джойса в 1940 году, которая называлась «Сумерки над Англией», говорилось: «Дорога к демократии стала дорогой к забвению». Его слова были обращены к простому британцу, старику или женщине, по горло сытому войной. Этот материал был настолько убедителен, а доводы были так убийственны, что даже министерство пропаганды Германии не решилось использовать эту речь вне своей территории. Этот доклад фашистская пропаганда применяла для психологического воздействия на британских военнопленных в концлагерях.

Геббельс в своей докладной записке Адольфу Гитлеру писал: «Наши английские радиопередачи воспринимаются в Англии со всей серьезностью. Имя «лорда Гав-Гав» у всех на устах. Мы не реагируем на насмешки и продолжаем нашу работу». За заслуги перед Германией в 1940 году Уильяму Джойсу было предоставлено немецкое гражданство, а 1 сентября 1944 года он был награжден Железным крестом за отличную службу. Свидетельство о награждении было подписано лично Адольфом Гитлером.

30 апреля 1945 года в эфир вышла последняя радиопередача, которую из Берлина вел «лорд Гав-Гав». В своей речи он упрекнул англичан в том, что они внесли огромный вклад в победу над Германией, объясняя это тем, что теперь «их страна останется бедной и бесплодной». Находясь в состоянии алкогольного опьянения, Уильям Джойс закончил свою программу, с трудом произнеся всего несколько предложений: «Вы не услышите от меня известий в течение нескольких месяцев. Я говорю: пусть живет Германия. Хайль Гитлер! И прощайте».

28 мая 1945 года Уильям Джойс был арестован в немецком лесу на границе с Данией около Фленсбурга двумя британскими офицерами, занимавшимися заготовкой дров. Капитан Адриан Лайкориш из полка разведки и лейтенант Перри заметили неопрятно одетого мужчину с тростью. Бродяга обратился к офицерам по-французски, объясняя, что ему тяжело идти. А затем продолжил разговор на английском. Военные сразу же узнали голос знаменитого «лорда Гав-Гав». Лейтенант Перри несколько минут разговаривал с ним «о хвойных и лиственных деревьях», после чего, окончательно убедившись, что перед ним Уильям Джойс. Во время разговора «лорд Гав-Гав» не вынимал левую руку из кармана. Когда Джойс забирал обратно свои документы, Перри спросил его: «Не вы ли случайно будете Уильямом Джойсом?» В ответ Джойс попытался достать пистолет, но Перри успел первым выстрелить в ногу «лорду Гав-Гав». При обыске у Джойса были обнаружены два паспорта: один на его имя, а другой на имя Вильгельма Хансена.

На допросе Джойс полностью признался в том, что именно он в течение нескольких лет вел пропагандистские передачи под именем «лорд Гав-Гав». Но вынести приговор преступнику оказалось достаточно сложно. Начальник департамента обвинения поставил под сомнение вопрос о возможности осудить Уильяма Джойса за измену родине, ведь он родился в США. Но Генеральный прокурор Великобритании Дэвид Маквелл-Файв все же решил выдвинуть против преступника обвинение в государственной измене.

Судебный процесс над Уильямом Джойсом начался в центральном уголовном суде Великобритании 17 сентября 1945 года. В суде было официально заявлено, что Уильям Джойс хотя и является гражданином США, но в течение нескольких лет был британским подданным (до середины 1940 года). Этот аргумент был не слишком состоятельным, и англичане были настолько полны решимости наказать «лорда Гав-Гав», что суд поддержал этот юридический фарс.

Уильям Джойс остался верен своим принципам до конца. Когда на суде сторона обвинения приводила доводы об ответственности фашистов за гибель сотен и тысяч неповинных людей в концлагерях, подсудимый продолжал утверждать, что всему виной — союзнические бомбежки, которые привели к гибели среди заключенных от голода и болезней.

Суд приговорил Уильяма Джойса к смерти через повешение. Он ожидал исполнения приговора в камере смертников в лондонской тюрьме Вондсуорт. На стене своей камеры он нацарапал свастику. До последних дней «лорд Гав-Гав» оставался убежденным фашистом. По сообщению Бибиси, его последними словами перед повешением были: «В смерти, как в жизни, я бросаю вызов евреям, которые вызвали эту последнюю войну, и я бросаю вызов полномочиям темноты, которую они представляют».

3 января 1946 года «лорд Гав-Гав» был повешен. Его похоронили в немаркированной могиле в тюрьме Вондсуорт.

Закон «О смертной казни за измену родине» был введен в Англии в 1945 году, за день до того, как Уильям Джойс был доставлен в Великобританию. Жизнь «лорда Гав-Гав» стала примером того, как слепое служение идее может привести к трагедии целой страны или отдельного человека, отдавшего себя служению ей.

Процесс по делу Адольфа Эйхмана, одного из главных нацистских преступников, который, наряду с руководителями фашистской Германии, несет ответственность за уничтожение шести миллионов евреев в Европе, стал одним из самых громких судебных разбирательств за всю историю юриспруденции и одной из знаменитейших работ израильской спецслужбы МОССАД.

…Со дня окончания Второй мировой минуло почти 13 лет, но «коричневые призраки» Третьего рейха продолжали всплывать в разных уголках мира. Сотрудники спецслужб многих государств снова и снова изучали досье «истинных арийцев», едва не утопивших мир в крови, выискивая те ниточки, которые могли привести их к бежавшим нацистским преступникам. Так, в один из осенних дней 1957 года начальник израильской разведки МОССАД Исер Харэль в очередной раз разбирал материалы, касавшиеся одного из «серых кардиналов» рейха — Адольфа Эйхмана. В 1934 году этот человек получил назначение в Главное имперское управление безопасности и сыграл ключевую роль в осуществлении печально известного плана «окончательного решения еврейского вопроса». Неудивительно, что досье на Эйхмана глава МОССАД начал собирать сразу же после окончания войны. Ведь тот нацист умудрился бежать и числился пропавшим без вести. Но Харэль знал: рано или поздно след Эйхмана появится.