Сергей Киров - Сталин. Очищение от «питерских»

В ответ на это Троцкий в своей речи заявил: «А вот, други хорошие, бойкие строители социализма, что, если завтра, например, вспыхнет социалистическая революция в Болгарии, то как вы думаете: Болгария сможет без государственной помощи со стороны западноевропейского пролетариата с успехом закончить социалистическое строительство в своей стране?» Вы понимаете, что это сплошная казуистика, но если разобраться в этой казуистике, то мы увидим, что он хочет сказать, что в данном случае между Болгарией и нашим Советским Союзом нет существенной разницы, что они находятся в совершенно одинаковых условиях. Как Болгария без внешней помощи не сможет построить социализм, так и наш Союз не сможет его построить, ибо независимо от того, где данная страна находится, независимо от того, какое положение она занимает, она все-таки самостоятельно построить социализм не может.

Троцкий выдвигал также другой очень любопытный момент. Я рекомендую обратить на него внимание. Он сомневался даже не только в том, что можно нашими внутренними силами построить социализм в нашей стране, но он сомневается даже в том, что мы его действительно успешно строим. Так, он заявлял: «Вы говорите, что у вас успешно развивается социалистическое строительство, а знаете ли вы, что такое успешное развитие социалистического строительства? Это значит– должно быть всеобщее довольство, отсутствие безработицы и все прочее».

Троцкий ставит под сомнение социалистический характер всей нашей работы.

Ведь прежде всего, товарищи, разве же в настоящей стадии это решает дело: сколько довольства, больше или меньше? Дело решает направление развития самого хозяйства. Недаром же мы почти целый год собираем статистические данные о том, как развивается социалистический сектор и как развивается капиталистический сектор хозяйства. Это же решает дело, а вовсе не то, что оппозиционеры в шпаргалках писали: «Подумаешь, строят социализм, а у них безработица; подумаешь, строят социализм, а зарплату прибавить по-человечески не могут!»

Дело заключается в том, какой сектор, какое крыло нашего хозяйства развивается.

Каменев также приходит к выводу о невозможности построения социализма в нашей стране. Он говорит примерно так: «Сколько вы ни пыжьтесь, сколько ни добивайтесь известного минимума скорости индустриализации, а в конечном счете наше промышленное хозяйство необходимых темпов достигнуть не сумеет, потому что капиталистический Запад тоже дремать не будет, и, таким образом, соревнование будет продолжаться и впредь, и это соотношение мы изменить не сможем».

По Каменеву выходит, что при всех наших естественных богатствах мы, очевидно, не только обогнать, но даже догнать капиталистический мир не сумеем, а отсюда вывод: «Успешно построить социалистическое общество мы не сможем, если не будем иметь реальной государственной помощи со стороны западноевропейского пролетариата».

Оппозиция еще раз на XV конференции заявила, что никакого настоящего строительства социализма в нашей стране до возникновения мировой революции ожидать не приходится. Здесь и обнаруживается вся сущность спора, который мы ведем с оппозиционным блоком.

Что говорят меньшевики по поводу нашего Октября? Они говорят буквально то же самое, что и оппозиция, только более откровенно, более настойчиво. Возьмите любого из них, почитайте любую социал-демократическую газету, выходящую в Европе. Везде вы найдете, что, мол, ни о каком успешном строительстве социализма в нашей стране не может быть и речи, ибо то, что мы называем Великой социалистической Октябрьской революцией, с точки зрения меньшевиков, есть историческая авантюра, ибо предпосылок для победы социализма в нашей стране, по их мнению, нет.

Вы понимаете, что если бы в этом вопросе, который является основным звеном нашей программы, партия хотя на один момент скатилась на точку зрения оппозиционного блока, то завтра же от строительства социализма и всей нашей революции решительно ничего бы не осталось.

Как же можно, после того как мы совершили колоссальную работу, – когда выяснилось, что социалистический сектор у нас действительно развивается, что мы капиталистические остатки из года в год оттесняем все больше и больше, – как же можно говорить: видите ли, темпа не хватит, ресурсов не хватит, еще чего-то не хватит… (Смех.)

Говорят и о том, что страна наша по преимуществу аграрная, крестьянство – в громадном большинстве, рабочие в ничтожном меньшинстве, беднота, некультурность, а тут еще оппозиция оказалась в жалком меньшинстве (смех); какой же социализм построишь, если не поможет западноевропейский пролетариат? Вот если он поможет, то социализм будет, а если не поможет, то, как Зиновьев здесь часто выражался, «сматывай удочку»… (Смех.)

Ленин, если не ошибаюсь, на IV конгрессе Коммунистического Интернационала указывал в докладе па то, что, несмотря на всяческие затруднения, мы все-таки успешным образом строим наше социалистическое общество, и в качестве материального доказательства нашей успешной работы указывал, что мы сумели отложить на дело нашей промышленности двадцать миллионов рублей. Товарищ Ленин считал это величайшим в то время завоеванием и говорил: видите ли, какие фундаменты мы закладываем; маловато, говорит, это, но все-таки это кое-что уже значит.

А теперь мы можем делать гораздо большие вложения. Один миллиард советских целковых, отложенных на восстановление нашего хозяйства, четыре года назад казался делом совершенно невозможным. Миллиард! Нам бы на это тогда сказали: вздор, Фантазия! А как это выходило? В одном году – 184 миллиона, в следующем – 481 миллион, дальше 1 миллиард. Надо быть положительно слепым, чтобы всего этого не видеть!

По Каменеву выходит, что единственное, на чем мы можем базироваться при нашей бедности, – это на развитии всякого рода частного предпринимательства. Отсюда мы можем брать средства для индустриализации путем налогов.

Оппозиция утверждает, что в области торговли, и особенно в деревне, мы капитулируем перед этим частным капиталом самым стремительным образом. Так вот оказалось, что по густоте сеть частной торговли в нашей деревне во всем Союзе имеет ничтожный процент. По части оборота оказывается, что частный капитал имеет сейчас 33 %, а государственно-кооперативный 67 %; а в 1922/23 г. оборот частного капитала был 64 %, а оборот государственной торговли и кооперации был всего 36 %.

Не буду говорить о темпе; я указывал, что есть также сомнения, будто в области темпов дело у нас обстоит слабовато. В этом отношении особых цифр приводить не надо. Мы условились на одном: если мы в будущем году совершим умеренный шаг вперед в деле развития нашего промышленного хозяйства– примерно на 18 %, то и это, по сравнению со странами высоко развитого капитализма, превзойдет обычные нормы даже довоенного периода.