Полина Дельвиг - Рыбалка у медной горы

— Скажи честно — ты меня ревновала.

— Да нужен ты мне!

— Тогда зачем ты сказала, что я женат?

— Ты почему-то меня тоже замуж выдал.

— Но я же для дела!

— А я… А я…

— «А я, а я», — передразнил Полетаев. — Что теперь делать? У нас каждая секунда на счету. Если не успеем зафиксировать хоть одну передачу паспорта — все, мы уже никогда ничего не докажем.

— Соблазни девицу на рецепции! — решительно потребовала Даша. — Она владеет всей информацией.

— Соблазни! — По глазам полковника было видно, что мысль не показалась ему отвратительной. — Легко сказать. А если я не в ее вкусе?

— Ну конечно! — Даша возмущенно всплеснула руками. — Богатая владелица клуба на него вешается, а какой-то снеговик со средним образованием побрезгует!

— При чем здесь образование? — возразил полковник. — Ирина богата, ей мужчина для души нужен. — Даша умиленно сложила ладошки:

— Ты не поверишь, но точно так же думают восемьдесят процентов мужчин. Каждый верит, что красивой и богатой женщине он нужен именно для души.

— А остальные двадцать процентов? — подозрительно осведомился Полетаев.

— А остальные двадцать — сами молоды и красивы. Поэтому им не приходится фантазировать на подобные темы.

— Какая ты недобрая, — обиделся Полетаев.

— Реалистичная, — отрезала Даша. — Этой кукле кто угодно понравится, лишь бы денег было побольше. От тебя же кредитными картами за версту пахнет.

Полетаев все еще дулся.

— Разумеется, я понравлюсь этой девушке, но все же считаю…

Даша похлопала его по спине.

— Конечно, считай. Без веры на свете жить сложно.

Ни слова больше не говоря, Полетаев развернулся и зашагал обратно.

Через стеклянную стену бара Даша с ленивым интересом наблюдала, как полковник битый час охмурял заледенелую девицу. Уже казалось, эту чертову девку никакими комплиментами не пробьешь, как вдруг она вся расцвела, даже порозовела и стала оживленно о чем-то рассказывать. Потом она долго куда-то звонила, потом ждала, пока ей перезвонят, потом снова что-то рассказывала, темпераментно размахивая руками, и даже несколько раз порывалась то ли кофту поднять, то ли брюки расстегнуть, но полковник успевал вовремя ее остановить.

Ошалевшая от бессонной и не слишком трезвой ночи Даша совершенно не понимала, что у них там происходит и, полулежа на столе, через силу допивала четвертую чашку кофе — ее безумно клонило в сон. Время от времени подходил официант и вежливо осведомлялся, не хочет ли дама еще чего-то заказать. Сначала дама просто молча отмахивалась — боялась упустить что-нибудь важное, но потом, поняв, что он по-хорошему не отстанет, заказала какие-то закуски, горячее, бутылку вина и попросила официанта все это съесть на кухне с товарищами, а к ней больше не приставать. Тот обиделся, сказал, что ему подачки не нужны, а свои семейные проблемы надо регулировать дома, а не прятаться за салфетками в общественных местах, портя аппетит окружающим.

Даша не стала вступать в перепалку — она не слишком хорошо себя для этого чувствовала, кроме того, взаимоотношения полковника с белоснежной барышней грозили затянуться до бесконечности. Поняв, что еще одну ночь без сна она не выдержит, Даша решительно набрала номер мобильного телефона полковника.

Извинившись, полковник ответил на звонок:

— Я слушаю.

— Или ты сейчас же с ней прощаешься, или я иду домой. Я уже почти умерла.

— Сейчас буду, — по-военному ответил Полетаев и отключился.

Он встал, наклонился к уху Снежной Королевы, что-то шепнул и что-то сунул в руку. Затем поклонился еще раз и бодрым аллюром направился к выходу.

Несмотря на обморочное состояние, Дашу одолевало любопытство — что девица станет делать дальше. Однако ничего особенного не произошло: та внимательно пересчитала деньги и радостно помахала рукой официанту.

Даша с усмешкой поднялась, — ну теперь Снежная Королева погуляет.

Как и договаривались, Даша направилась к парковке. Поджидающий ее полковник набросился на нее чуть ли не с кулаками:

— Ты что, не могла позвонить раньше? Я чуть не умер.

— От чего, интересно? — ехидно улыбнулась Даша.

— Ты никогда не пробовала разговаривать с деревом?

— Какое же она дерево? Очень милая девушка.

— Согласен, она не дерево! — разозлился Полетаев. — Дерево, по крайней мере, на тебя так не смотрит. У меня от ее взора мурашки до сих пор по одному месту бегают.

Даша засмеялась.

— Мыться чаще надо. — Затем сразу посерьезнела.

— Слушай, а где я могла ее видеть? — задумчиво спросила она.

— В дурдоме! — отмахнулся Полетаев. — И все, хватит, не говори больше о ней.

— Интересно, а о ком же мне еще говорить? — удивилась Даша. — Ты хотя бы договорился о базе данных?

— Да, — буркнул полковник. — Только представь, я битый час, как последний идиот, распинаюсь о луне, о звездах, цитирую Шекспира в подлиннике, а она вдруг как глянет на меня своими бельмами и таким замороженным голосом: «Штука». Я сначала подумал, что это вообще единственное слово, которое она знает, и просто так решила поддержать разговор. Тогда я снова про луну, а она опять: «Штука». Спрашиваю: «В каком смысле?», а она «Не в смысле, а в евро».

— Подожди, она попросила у тебя тысячу евро за информацию? — перебила Даша.

— Да. — Полковник выглядел очень обиженным, Даша поняла причину его расстройства и едва сдерживала смех.

— А ты хотел все узнать за три поцелуя?

— Между прочим, это всегда срабатывало.

— Когда? В прошлом веке? Милый, ты уже не юноша, — она погладила его по рукаву. — Да и девушки нынче не как во времена твоей молодости. Короче, ты пообещал ей заплатить?

— Да, — через силу выдавил полковник. — Она потребовала задаток, я ей дал, после этого Снежная Королева превратилась в обыкновенного человека. Но лучше бы она этого не делала.

— Почему? — удивилась Даша.

— Она мне сразу начала рассказывать, как делала пирсинг на… — Полетаев наклонился к уху и шепнул. Даша приоткрыла рот.

— Ой! Это же больно.

— Не знаю, не пробовал.

— И она вот так прямо тебе обо всем и сказала? Такими же словами?

— Нет. — Синие глаза посмотрели с непередаваемой мукой. — Она сказала это своими словами. Такими, знаешь, незамысловатыми, из детства.

Даша хрюкнула, потом еще раз и вскоре хохотала на всю парковку.

— Ой, я не могу…

— Не может она, — вдруг послышался со стороны противный скрипучий голосок. — Бессовестная. Мама с ума сходит, а она шляется. От вас, Сергей Павлович, я вообще такого не ожидала.

Парочка испуганно обернулась. Широко расставив ноги и сунув руки в бока, перед ними стояла взъерошенная Ксюшка.

— Привет, ты откуда здесь?

Даша смахнула слезу с уголка глаза.

— Вот, хожу, смотрю, чем вы тут занимаетесь. Это же только мама думает, что у вас любовь, но я то знаю правду.

— Умница. — Даша чмокнула младшую сестру в макушку. — И храни эту тайну вечно.

— Здравствуй, дорогая. — Полковник тоже попытался поцеловать девочку в белокурую макушку, но та увернулась и важно заявила:

— Но, но, без фамильярности. Какие планы?

— У кого? — спросила Даша.

— У вас, естественно.

— У нас свидание.

— Как же, так я вам и поверила!

— Ну это твое дело — верить или нет, но третий здесь точно лишний.

— Я не лишняя. Я очень даже полезная. — Ксюшка помолчала. — Не знаю даже, говорить вам или нет…

— Не говорить.

Даша подхватила полковника под руку и потащила к машине.

— Вернемся через три дня, вот тогда все и расскажешь.

— Угу. Только я не очень уверена в этом! — крикнула девочка.

— В чем? — не оборачиваясь, спросила Даша. — В том, что вы вернетесь. Особенно, если вы собираетесь уезжать вон на том «Ягуаре».

Парочка застыла на месте. Полетаев медленно попятился, потом присел и заглянул под днище машины.

— Черт! — пробормотал он и достал мобильный телефон. — Быстро уходите отсюда, слышите? Живо!

Сестры начали отступать к лестнице.

— Нет! — остановил их полковник. — Бегите сразу на улицу, через выезд, в здание не поднимайтесь!

Сестры пустились бежать.

Они выскочили на шумную улицу, тяжело дыша, — им пришлось бежать по скользкому пандусу вверх два пролета. На самом выходе Даша споткнулась и покатилась кубарем буквально под колеса подъехавшей машины. В ту же секунду что-то зазвенело, тут же дико завизжала Ксюшка. Не помня себя от испуга, Даша вскочила и бросилась к сестре:

— Что с тобой? Ты в порядке? Чего так испугалась, я же просто споткнулась.

Снова что-то зазвенело, и девочка вдруг с силой оттолкнула ее в сторону.

— В нас стреляют! — истошным голосом завопила она. — Нас хотят убить!

Не понимая, что происходит, Даша металась между стеной магазина, грузовой машиной и сестрой. Все это время она не переставала кричать нечеловеческим голосом. И не известно, чем бы кончилось дело, если бы вдруг из магазина, изо всех дверей, буквально изо всех щелей, не повалила толпа. Многие умудрялись кричать громче нее.