Зарубежный детектив 2026-15 - Кристофер Райх

– Не могу этого сделать, – быстро откликнулся Финчли. – Не могу, если это тот человек, которого выловили в Стикни. Меня только что попросили прийти сюда и взглянуть на него. Похоже, они считают, что он живет в самом Чикаго, а не в округе.

На лицах помощников шерифа появилось подленькое выражение. Я прикидывала, кого они собираются ударить первым – меня или Финчли. Излучаемая ими враждебность заполнила всю комнату. Мужчина, сидевший за стойкой, почувствовал это и подошел поближе. Служители морга стояли, прислонившись к стене, прервав свой небрежный разговор. Они тоже придвинулись к нам.

Хендрикс и Яворски увидели, как они приближаются, и сердито посмотрели друг на друга. Поскольку все трое служителей были черными, было вполне очевидно, что они встанут на сторону Финчли, если дело дойдет до драки.

– Тогда забирайте его себе, – выдавил из себя Хендрикс. – У нас найдутся дела поважнее, чем присматривать за каким-то дохлым алкашом.

Они с Яворски повернулись на каблуках как по команде и промаршировали к выходу. Мне показалось, что один из них пробормотал, проходя мимо, «черная шваль», но я не хотела делать из этого прецедент федерального масштаба.

– Спасибо, Терри, – благодарно проговорила я. – Не знаю, то ли они просто развлекаются, демонстрируя свою силу, то ли действительно есть какие-то проблемы с этим мертвецом.

– И то и другое, – сказал Финчли. – Им нравится выкатывать грудь колесом и изображать штурмовиков. А тот тип, которого выловили из канала, был мертв еще до того, как упал в воду. Вы думаете, что это ваш знакомый?

– Мы этого никогда не говорили. Мы хотели бы взглянуть на тело. – Я старалась, чтобы это не прозвучало слишком резко, ведь Финчли выручил нас из сложной ситуации, которая могла закончиться ударом в челюсть или арестом.

– А кто твой друг?

– Сальваторе Контрерас. Самый близкий друг семьи того человека, которого мы разыскиваем.

Мистер Контрерас автоматически протянул руку Финчли, но сказал:

– Если быть точным, то вы, дочка, знаете, что это не совсем так. У него есть жена и сын в Аризоне, по крайней мере были, когда я в последний раз о них слышал. Она ушла от него тридцать пять лет назад, и так поступила бы всякая разумная женщина, если бы ее муж пропивал всю получку каждую пятницу и оставлял жену и ребенка нищими. Мы с Митчем всю жизнь были вместе, и у него действительно нет больше никого, офицер-детектив, я хочу сказать.

Финчли кивнул:

– Не думаю, что стоит посылать в Аризону за его родными. Давайте просто на него посмотрим.

Он направился в сторону секционного зала, который находился справа от входа. Я придержала его за локоть:

– Может быть, мистеру Контрерасу лучше посмотреть по видео? Он не так привык к подобным зрелищам, как ты.

Если кто-то не в силах выдержать непосредственный взгляд на тело, то служители показывают его со всех сторон с помощью видеокамеры. Можно смотреть на экран в маленьком видеозале, расположенном вне холодильной камеры морга. В таком случае это начинает смахивать на какое-нибудь телевизионное шоу, где мертвые поднимаются, чтобы снова бродить по свету.

– Не волнуйтесь за меня, милая, – принялся уговаривать меня мистер Контрерас, когда я объяснила ему, в чем состоит процедура. – Если вы забыли, мне приходилось на войне видеть и не такое.

Служитель морга выдвинул из холодильника тело. Черный пластиковый мешок закрывал его до горла, но нам хорошо было видно лицо.

Тело находилось в водах канала несколько дней, а на прошлой неделе стояла теплая погода. Лицо распухло и побагровело. В таком виде я не смогла бы опознать и своего собственного отца, не говоря уже о человеке, которого видела всего три-четыре раза. Волосы были такими, как у Крюгера, и общие очертания головы, если не принимать во внимание набухшие мягкие ткани, тоже были похожи.

Я почувствовала легкий приступ тошноты. В последние годы мне не так часто приходилось смотреть на мертвецов, как раньше, когда я работала в отделе по борьбе с убийствами. Мистер Контрерас, судя по зеленоватому оттенку его лица, полностью лишился иммунитета, который приобрел на полях сражений в Италии пятьдесят лет назад.

Он прокашлялся и хрипло сказал:

– Это тело вроде бы похоже на Митча. Но я не могу сказать с полной уверенностью. Лицо… лицо… – Он махнул рукой, и колени его подогнулись.

Служитель подхватил его, прежде чем он успел упасть. Я нашла у стены стул и пододвинула его мистеру Контрерасу. Служитель усадил его и поддерживал ему голову. В этой суматохе, пока я искала стакан воды и давала ему пить, моя собственная тошнота прошла.

Через несколько минут мистер Контрерас пришел в себя:

– Прошу прощения. Не думал, что со мной такое случится. Я не знаю, Митч это или нет. Трудно что-то сказать точно. Не можете ли вы взглянуть на его левую руку, дочка? Он отрезал себе кончик среднего пальца лет тридцать назад, потому что напился на работе, а он это делал очень часто. Я был при этом, и мне надо было бы предвидеть, что так случится, и оттащить его от фрезы, но я просто не думал, что это опасно. – Слезы, не имевшие никакого отношения к старой травме, потекли по его щекам.

Я сделала над собой усилие и снова подошла к раздутому телу. Служитель стянул пластиковый мешок так, чтобы была видна левая рука. Пальцы тоже распухли и потеряли всякий оттенок, свойственный человеческому телу, но было ясно, что на среднем пальце не хватало почти целой фаланги.

Финчли кивнул:

– Мне достаточно этого, чтобы продолжать работу. Я должен задать вам обоим несколько вопросов. Как ты считаешь, твой друг может выдержать еще несколько минут?

Мистер Контрерас присоединился к моим уверениям в своей стойкости. Финчли провел нас к креслам, которые стояли за углом в коридоре. Мистер Контрерас двигался не так легко, как обычно, но к тому времени, как мы уселись в кресла, его лицо все же немного порозовело.

– Да, не могу сказать, что мне сегодня повезло, – произнес Финчли. – Найти тебя здесь и по тому же делу, которое мне поручили расследовать.

– Ты хочешь сказать, что тебе повезло, – поправила я. – Во-первых, без меня ты бы никого не смог опознать. Во-вторых, ты будешь только рад, если я тебе буду помогать. Я могу заниматься этим делом все свое