Зарубежный детектив 2026-14. Компиляция. Книги 1-11 - Брин Гринвуд
Плавала она часто, но обычно в бассейнах и всегда считала, какую дистанцию преодолела. Но сейчас ощущения были совсем другими. Она будто освободилась от себя самой. Осталась наедине с водой, деревьями и небом. Нив очень медленно плыла против течения, а потом прикрыла глаза и позволила себе отдаться потоку. Она ни о чем не думала, но в голове все равно крутились мысли и картинки.
Фотография в личном деле, которую кто-то на днях снял с пробковой доски.
Кровь тем бешеным вечером – она была везде, – разгневанный Чарли, Бернис со стеклянными глазами, кто-то с рулоном бумажных полотенец. Ее собственный легкий порез и кровь. Кто-то обрабатывал Нив рану?
Стишок, который Нив выписала Солу, но так и не нашла в квартире. Что же дальше?
Подарок, какое-то украшение с выгравированным именем, уже едет в Ковент-Гарден. Крошечная посылка, бомба с часовым механизмом.
Нив перевернулась на спину, глядя на плывущие по небу серые облака. Молоток. Фотография. Папка. Кровь. Стихи. Подарок. И все это – улики против нее. Вместе они выглядят как доказательство, что именно она и убила Сола. Они же были любовниками, и Нив заходила в квартиру тем утром, когда Солу проломили голову, да еще устроила на месте преступления генеральную уборку. Каждый ее поступок, каждая крупица лжи и правда, которую Нив утаила, – все будет свидетельствовать о ее вине.
Сейчас ее последней надеждой было найти настоящего убийцу. Тут в голову опять скользнула тревожная мысль, холодная, как клинок: только бы не Мейбл. Узнай Нив, что Сола ударила дочь, сама бы без всяких колебаний взяла вину на себя и отправилась бы за решетку.
Она доплыла до берега и тяжело выбралась на землю, стряхивая с себя воду. Сразу стало холодно, и одежду Нив натягивала на себя с трудом. Вещи неприятно липли к коже. Теперь река уже выглядела не так заманчиво. Нив промокла, замерзла, вымазалась в грязи, а день клонился к закату.
Глава 7
Конец банкета
Добравшись до Ливерпуль-стрит, Нив не отправилась сразу домой. Доехала на поезде до вокзала Кингс-Кросс и пересела на автобус, жалея, что не взяла велосипед. Квартира Гэри располагалась в Крауч-Энде над лавкой, где торговали фруктами и овощами. Нив кольнула совесть: она даже не могла вспомнить, когда в последний раз была здесь – уж точно давным-давно. Много лет назад их компания частенько собиралась тут за вином и пивом: курили, играли в покер, заказывали еду и до утра спорили о политике. Теперь Гэри проводил большую часть времени с Джейн, четко дав понять приятелям, что она гостей не любит, а на встречи ходил один – в основном домой к супругам Коннолли. Нив забыла, сколько уже не виделась с Джейн, хотя когда-то они довольно близко дружили.
Гэри говорил, что из типографии поедет сразу домой, и Нив решила, что он успел добраться до квартиры. Было уже почти шесть вечера, и Флетчер прислал аж три сообщения с вопросом, когда она вернется. Но думать о муже сейчас не хотелось – о муже и Саре. О муже и себе самой. Это все подождет. Однако, даже пытаясь отогнать мысли о Флетчере, Нив задавалась вопросом, будет ли он навещать ее в тюрьме – а суд и тюрьма навевали на нее такой острый священный ужас, что во рту появлялся металлический привкус, а мышцы сводил паралич.
Нив позвонила в домофон, и из динамика раздался голос Гэри:
– Да?
– Это я, Нив.
– Нив? Ты чего пришла? Все нормально?
– Можно к тебе подняться?
– Я сам спущусь.
Она подождала. Дверь распахнулась, и на пороге показался Гэри в видавшей виды футболке и тренировочных штанах. Он недоуменно уставился на Нив.
– Можно зайти на минутку?
– А в чем дело?
– Что, обязательно должно быть какое-то дело? Я просто проходила мимо и решила заглянуть к тебе. Сто лет здесь не появлялась.
Друг не ответил, только как-то странно на нее посмотрел.
– Прости, – протянула Нив. – Я знаю, что должна была прийти гораздо раньше: у тебя ведь сейчас тяжелые времена, но я опасалась, что Джейн не захочет принимать гостей, да еще эта история с Мейбл… а теперь вон что творится… – Она осеклась. Гэри так и стоял как истукан.
– Может, чайку?
– Давай сходим в заведение на углу, – предложил Гэри.
– Джейн уже спит?
– Нет.
– Тогда пусти меня хоть с ней поздороваться.
– У нас не убрано.
– Да когда меня это смущало?
Нив поднялась по пологим ступенькам, устланным ковром, из которого торчали нитки – он лежал здесь еще двадцать с лишним лет назад, когда Гэри сюда только переехал. Сам он медленно шел следом, что-то бубня себе под нос. Дверь в квартиру была открыта, и Нив по-хозяйски шагнула в гостиную – и замерла как вкопанная.
– А я говорил, – проворчал из-за спины Гэри.
Не убрано – это было еще мягко сказано. В комнате царило тотальное запустение. Живя с тремя детьми, Нив давно привыкла к беспорядку, но здесь все было совсем иначе. Один только вид обстановки повергал в уныние. Повсюду стояли грязные чашки и стаканы, причем на некоторых уже успели нарасти острова плесени. Тут и там валялись коробки из-под заказанной еды, пустые винные бутылки, смятые банки из-под пива. Заношенная одежда. И вонь. Нив ринулась к окну и открыла его нараспашку. Затем повернулась к Гэри.
– Мы все хотим помочь, – заявила она.
– Ой, Нив, отвали.
– Где Джейн?
Он не ответил. Тогда Нив прошла в коридор, распахнула дверь на кухню и поежилась от вида убранства. Потом кинулась к хозяйской спальне и заглянула внутрь. Простыни свалены в комок посреди кровати, а на бежевом ковре в центре расплывшегося красного пятна лежит винная бутылка. А Джейн нет. Не оказалось ее и во второй спальне.
– Что тут творится? – набросилась Нив на друга.
Тот пожал плечами.
– Гэри, прошу тебя…
– Да ничего.
– Где Джейн?
– Ушла.
– Ушла?.. – тупо повторила Нив.
– А что тут такого? – парировал Гэри и снова пожал костлявыми плечами. Он выглядел совсем исхудавшим, на лице ходили желваки.
– Она в больнице?
– Она со своими родителями.
– Не понимаю.
– Все очень просто. Джейн. От меня. Ушла.
– Почему?
– Потому