"Зарубежный детектив 2026-22". Компиляция. Книги 1-14 - Котаро Исака
– Ну тогда, наверное, присматривайся к теням по дороге, – говорю ему вслед, пока он идет по подъездной дорожке к тротуару.
– Обязательно. – Он доходит до улицы и добавляет: – Хорошего вечера, девушки.
Когда он отходит достаточно далеко, Мэй поворачивается ко мне с большими глазами и говорит:
– О боже. Он снова тебе нравится.
– Что? – переминаясь с ноги на ногу, говорю я. – Ты с ума сошла, Мэй. Он мой смертельный враг.
– Смертельные враги не провожают друг друга до дома. И не дают поносить толстовку. По крайней мере, еще недавно было так. Когда ты смотрела ему вслед, – у нее на лице возникает выражение ужаса, – по-моему, ты улыбалась.
– Я размышляла о его смерти, – огрызаюсь я и протискиваюсь мимо нее в дом. – Это же очевидно.
– Точно. – Едва слышно посмеиваясь, она закрывает за нами дверь. – Очевидно.
12 октября
Дорогой дневник,
Я занимаюсь расследованием смерти Николаса Блэкмора и в процессе наткнулась на некую странность – нет ни единого свидетельства того, что Хэйзел Блэкмор была где-то похоронена.
Потому ли, что штат позаботился о теле, когда Сайлас и Аделина Блэкмор уехали из Фэйрпорта? А может, она на самом деле не умерла?
Одно я знаю наверняка: если она до сих пор жива, у нее куча поводов для злости.
Глава 10
– Достала? – спрашиваю я Викторию, которая с напыщенным видом и самодовольной улыбкой идет ко мне по коридору, сложив руки за спиной. Ох, как бы я хотела стереть эту ее улыбочку точным хуком в челюсть. Калеб стоит у меня за спиной, прислонившись к шкафчику.
– Конечно, достала, – подтверждает она, демонстрируя ярко-розовый стикер. – Коды хранятся в базе. Я просто сказала мисс Гибсон, что мне нужен компьютер, чтобы посмотреть расписание и собрать после пятого урока школьный совет, пока все не ринутся в столовую.
– Ты настоящий злой гений. Ну, – я склоняю голову набок, – по крайней мере половина этого правда. Теперь можем проверить шкафчик? – Я протягиваю руку за запиской.
– Ты спятила? – Она отдергивает руку со стикером. – Тебе не кажется, что мы вызовем подозрения, если будем втроем возиться со шкафчиком мертвого парня?
– Ладно, тогда иди сама. – Я нервно оглядываюсь по сторонам.
Она с прищуром смотрит на меня своими карими глазами.
– Точно. Чтобы я нашла записку Генри и стала следующей в очереди на тот свет.
– И кто теперь трус? – Я с трудом сдерживаю усмешку.
– Да пофиг. – Она передает мне листок. – Давай ты.
– Если долг зовет… – С недовольным видом я выхватываю у нее листок и направляюсь к шкафчику под номером пятьдесят семь. Я успеваю сделать лишь пару шагов, когда Калеб нагоняет меня.
– Ты что делаешь? – шикаю я на него. – Ты ее слышал. Это должен сделать кто-то один… точнее, одна.
– Она не права, – говорит Калеб. – Это работа для двоих. Я буду стоять на стреме.
– Я-то не против, но… – Я нервно оглядываюсь вокруг. – Где же наш громкоголосый? – Он озадаченно смотрит на меня, и я поясняю: – О'Салливан. В какой момент он появится на сцене и все испортит?
– А, – Калеб кусает нижнюю губу, – мы это, решили обойтись без него на этот раз.
– Ничего себе. – Я обхожу компанию из нескольких мальчишек, смотрящих какое-то видео на телефоне. – Вы двое определенно не гении, но, может, и не идиоты. Злые не идиоты – звучит неплохо, как думаешь?
Он отвечает мне невеселой улыбкой, а мы тем временем подходим к шкафчику Диего, который выделяется среди остальных как зажженный маяк. Школьники превратили его в алтарь, обклеив фотографиями и записками. У меня в запасе не больше минуты, пока кто-нибудь не заметит, как я в нем копаюсь. Я начинаю крутить замок, а Калеб встает у меня за спиной лицом к толпе. Когда я набираю последнюю цифру, моя рука начинает дрожать. Наверное, из-за всей этой секретной миссии, а вовсе не из-за близости Калеба.
Я рывком открываю дверцу. Из шкафчика вываливается футбольная толстовка с эмблемой «Фэйрпорт Хай» и массивный учебник, который приземляется мне на ногу. Я вскрикиваю, вынуждая Калеба обернуться.
– Ты в порядке? – спрашивает он, пока я прыгаю на оставшейся здоровой ноге.
– Да, в полном, – бурчу я, жестом призывая его повернуться обратно. – Просто займись своим делом.
– Но я слышал… – Его взгляд скользит вниз и останавливается на толстовке Диего. Калеб начинает опускаться на колени, но, опомнившись, отворачивается и говорит: – Ладно, действуй.
Я копаюсь в оставшемся содержимом шкафчика, которое включает в себя несколько блокнотов на пружине, учебники, серую бутылку для воды, наполненную наполовину, небольшую пачку чипсов и книгу в мягкой обложке – роман «Над пропастью во ржи». Я тут же хватаю ее, переворачиваю и, раскрыв, трясу над полом. Ничего из нее не выпадает, и я перехожу к блокнотам, по очереди пролистывая каждый из них.
Наши одноклассники снуют рядом с нами туда-сюда, болтают, открывают замки и хлопают дверями, позволяя нам раствориться во всеобщем хаосе.
– Есть что-нибудь? – спрашивает Калеб, продолжая прикрывать меня.
– Пока нет. – Я кладу обратно очередной блокнот и достаю еще один учебник.
Раздается звонок, и еще больше ребят устремляются к своим шкафчикам. Бросив взгляд за спину, я вижу, как Калеб мечется, пытаясь меня загородить. К сожалению, он не может закрыть меня со всех сторон.
– Держи, – говорю я, передавая через плечо «Над пропастью во ржи», – сделай вид, что читаешь.
Он берет книгу, и я продолжаю листать учебники. Остается последний – по истории США, к которому я и тянусь, уже предчувствуя поражение.
Но когда я его достаю, за ним, у задней стенки шкафчика, обнаруживается склад мятых бумажек и записок.
Калеб откашливается: