"Зарубежные детектив 2026-27". Компиляция. Книги 1-11 - Салла Симукка
— Быстро ты, — сказала Кафа и дала Фредрику одноразовый стакан с надписью «Лучший кофе для лучших людей». Он понюхал его и заключил, что обе части высказывания — ложь.
— Не вижу смысла оставаться дома, когда вы, прекрасные лучики солнца, меня тут ждете, — ответил он, удивленный собственной веселостью.
— О, Фредрик! — воскликнула Тересе, прильнув к нему. На ней был толстый пуховик поверх защитного костюма, но Фредрик все равно почувствовал исходящее от нее тепло. — Это самое приятное, что мне кто-нибудь говорил сегодня.
— Разве ты не живешь одна с сыном-подростком?
— Именно. Так что это все объясняет.
В пакете с уликами лежала кисточка. Ее щетина была белой.
— Мы нашли ее в яме под снегом, в двух кварталах от квартиры Беаты Вагнер, — сказала Тересе. — На ней краска, идентичная той, которой была сделана надпись на машине Фалька.
— Отпечатки пальцев есть?
Тересе довольно кивнула.
— Какую новость хочешь услышать сначала, плохую или хорошую?
— Удиви меня.
Кафа бросила взгляд на продавщицу. Та решила оставить сосиски жариться в собственном жиру и зависла в телефоне. Кафа подвинула ноутбук Фредрику и запустила отрывок из видео. Камера наблюдения с мойки. Картинка была плохого качества, и одна из металлических рамок моющего аппарата постоянно ездила туда-сюда, поэтому полицейские только в общих чертах могли увидеть происходящее. После того, как черная «Тесла» въехала в бокс, какой-то человек подошел к машине. Фредрик решил, что это мужчина — высокий и крепкого телосложения. С капюшоном на голове, он стоял, отвернувшись от камеры. Картинка пропала и снова появилась, и они увидели, как Фальк выходит из машины. Когда металлическая рамка исчезла, Фальк уже лежал перед «Теслой». В машине женщина пересела с пассажирского на водительское сиденье, потом автомобиль покрылся мыльной пеной. Когда щетки отъехали, на руле лежала женщина, а по лобовому стеклу тек темный ручей крови. Фальк был еще жив, когда моющий аппарат прошелся по его телу. Фальк ухватился за барабан, повис на нем, и тот поднял его наверх. Кафа остановила видео, и Фредрика передернуло.
Он только что стал свидетелем убийства двух человек. Но ничего особенного не почувствовал. Может, из-за плохого качества видео. Возможно потому, что не было звука и никакие вопли ужаса или предсмертные крики не разрывали барабанные перепонки. Фредрик надеялся, что в этом все дело. И что ему не было просто все равно. Что его больше интересовал убийца, чем жертвы.
— Примерно так, как мы и представляли, — заключил он. — Это не убийство с целью ограбления. Посмотри, как убийца старательно избегает камеры. Он знает, что его снимают, и все равно действует. Это тщательно спланированная операция.
— Согласна, — кивнула Кафа. — Теорию о наемном убийце подтверждают улики, найденные в телефоне Фалька. Мы нашли его в кармане его куртки.
— Да?
— Фальк забронировал ВИП-столик в одном из самых эксклюзивных ночных клубов города. Значит, убийца знал, что тот не поедет туда с надписью «предатель» на машине.
Фредрик вкручивал пластиковую крышечку на стакане, пытаясь не разлить горячий кофе на руки.
— Значит, я предполагаю, что хорошая новость — имя убийцы?
— По крайней мере мы знаем, кто держал в руках кисточку, — сказала Тересе. — Отпечатки пальцев принадлежат мужчине по имени Рикард Рейсс.
— Рикард Рейсс? — переспросил Фредрик. — Конькобежец?
Кафа закрыла окно с видео и открыла письмо из отделения.
Досье на Рикарда Рейсса оказалось километровым. Употребление и хранение наркотиков, распространение веществ и стероидов, приговоры за преступления с применением насилия и шантажа, за незаконное хранение оружия, вымогательство и покушение на убийство пятнадцатилетней давности.
— Кого хотел убить? — спросил Фредрик.
— Жену. Ее звали Ида Аксельсен. Поссорились по пьяни. Он ударил ее сковородкой так сильно, что она упала с балкона третьего этажа и приземлилась прямо в разожженный гриль на лужайке рядом с домом, где они жили. Она получила серьезные травмы и сломала спину. Парализована ниже пояса.
— А почему «звали»?
— Не знаю, жива ли она сейчас, — ответила Кафа. — Материал только что пришел. Ты сказал, он спортсмен?
— Если это тот же парень, конечно. В начале девяностых он был очень знаменит. Конькобежец. А потом получил травму и уже не восстановился. Ты разве о нем не слышала?
Кафа фыркнула.
— Пакистанцы играют только в крикет и поло. Никаких зимних видов спорта и свиных сосисок в термосе.
— Эти времена уже прошли. В наши дни на коньках бегают в помещении. Думаю, в киоске можно купить кебаб.
— Халяльный?
— Тут ты уже перегибаешь. — Он посмотрел на Тересе. — Ты-то хоть о нем слышала?
Тересе пожала плечами.
— Только потому что я белая? Я вообще-то не интересуюсь спортом.
Посмотрев в потолок, Фредрик застонал.
— Ну ладно. Не хотел никого задеть.
Тересе оставила коллег, чтобы помочь на месте преступления, и Кафа вперила взгляд во Фредрика.
— Ты подумал о том, что я сказала?
Он кивнул и рассказал ей о разговоре с Хоконом Бюллем. О программе, которая показала, что флешку украли из квартиры Хенри Фалька тем утром, когда они встретили там Франке.
— Согласен, звучит странно. Но не забывай, у него жена смертельно больна. Ему есть о чем беспокоиться сейчас. Я с ним поговорю.
Фредрик видел, что у Кафы было что-то на сердце, но она не стала рассказывать. Они принялись читать приговоры и протоколы допросов. После второго хот-дога с сырной сосиской Фредрик, сдержав отрыжку, дал понять, что он все прочитал.
Это действительно был конькобежец Рикард Рейсс. На допросах он рассказывал, что все его детство сплошь