"Зарубежные детектив 2026-27". Компиляция. Книги 1-11 - Салла Симукка

А потом он повернулся и увидел меня – смех-и-слезы-пропащего Эссрога.

Я кинулся бежать прочь, пересек паромную пристань и рыболовецкий док и помчался по направлению к холму, на вершине которого находился ресторан, а неподалеку мой автомобиль. Я бежал, слыша лишь свое тяжелое дыхание, шум крови в ушах и рокот океанского прибоя, но все эти звуки внезапно заглушил шорох колес: красный «контур» подъехал к ресторану как раз в то мгновение, когда я повернул ключ зажигания. Машина гиганта рванула к моей. Утес был совсем рядом, так что он мог без труда столкнуть меня в воду. Я дал задний ход, надеясь разминуться с ним, и его автомобиль завилял, катясь вперед и почти задевая припаркованные рядом грузовики. Мне удалось обдурить его, и я направил «трейсер» вниз, к шоссе № 1, уходившему на юг. Красная машина неслась справа от моей. В зеркало заднего вида я заметил, что гигант одной рукой держит руль, а в другой сжимает пистолет.

Минна и Тони. Я позволил этому здоровенному негодяю без хлопот и шума доставить моих друзей к месту смерти. Но со мной ему, похоже, придется повозиться.

Я вывернул руль влево, чтобы съехать с хайвея и скрыться в доках. Но гиганта было не обмануть. Он висел точнехонько у меня на бампере, словно красная малолитражка была такой же огромной, как и его тело, и могла без труда подпрыгнуть и накрыть мой «трейсер». Я принялся вилять вправо-влево, пытаясь оторваться от гиганта, висевшего у меня на хвосте, но он повторял каждый мой вираж. Лишь бы не подвел мотор «трейсера»! Асфальт кончился, уступив место гравию, я продолжал вилять, чтобы не съехать ненароком прямо в воду или на пристань. У меня появилась цель: я торопился назад на стоянку, где по-прежнему стоял «понтиак» Тони, в котором под передним сиденьем лежал так и не пригодившийся ему пистолет.

«Мненуженпистолет, – распевал мой мозг, а мои губы пытались подхватить мотивчик: – Мненуженпистолет, мненуженпистолет».

Пистолет, пистолет, пистолет, пли!

Я еще ни разу не стрелял из пистолета.

Я прорвался сквозь автоматические ворота, и они тут же захлопнулись за мной. «Контур» гиганта жевал мой бампер, металл при этом скрежетал и вздыхал. Я должен немедленно выровнять дыхание, выбраться из «трейсера», нырнуть в машину Тони и вытащить из-под сиденья пистолет. Я проехал слева от «понтиака», что дало мне возможность чуть оторваться от преследователя. Обрывки документов все еще тут и там вились в воздухе. Может, гигант окажет мне услугу, свалившись в океан – вполне вероятно, что такая мелочь, как Атлантика, не произвела на него ни малейшего впечатления и он просто не заметил ее.

Он снова подтолкнул меня, и я вильнул, чтобы самому не отправиться в плавание, и тогда он принялся толкать меня по всему периметру стоянки. «НЕ ПОВОРАЧИВАТЬ НАЗАД! ОПАСНО!» – кричал знак при выезде, предупреждая о том, что открывающиеся в одну сторону турникеты могут остановить нарушившего правило. Что ж, пожалуй, я лучше их объеду. «Контур» гиганта опять зацепил мой бампер, и мы скатились налево, прочь от автомобиля Тони.

Но, внезапно осененный, я повернул к выезду.

Я боднул турникет и с диким скрежетом проехал вперед на длину автомобиля. Машина здоровяка, следовавшая за мной по пятам, влетела в зад «трейсеру». Я почувствовал толчок, затем еще один, и меня с силой откинуло назад, на спинку сиденья. В горле что-то щелкнуло, а рот наполнился кровью.

Первый толчок вызвала надувшаяся в «контуре» подушка безопасности. В зеркало заднего вида я разглядел, как огромный белый шар заполняет собой салон «контура».

Причиной второго толчка стал выстрел – видимо, запаниковав, гигант инстинктивно нажал на курок, со звоном рассадив свое ветровое стекло. Уж не знаю, куда полетела пуля, но, не попав в меня, она нашла какую-то другую цель. Я поерзал на месте, взялся за руль и нажал на газ.

И потащил за собой «контур» гиганта сквозь усеянный шипами турникет, открывающийся только в одну сторону.

Я слышал, как шипы заскрежетали по бокам его автомобиля, как, пронзенные шипами, полопались покрышки.

Несколько мгновений я слышал лишь свист вырывающегося из шин воздуха, а потом над нами прокричала чайка, и я закричал ей в ответ – это был крик боли, повторяющий крик птицы.

Покачав головой, я глянул в зеркало заднего вида. Подушка безопасности в машине гиганта постепенно опала. Возможно, ее пробило пулей. В салоне я не заметил никакого движения.

Я включил первую скорость, подал чуть вперед, затем влево и назад, чтобы шипы проехались по правой стороне «контура», искажая его контур, сминая его корпус, как листок фольги. Мне было сладко слушать, как он скрипит и стонет.

Вообще-то мне следовало остановиться. Я был уверен, что гигант потерял сознание под подушкой безопасности. Во всяком случае, он был спокоен и тих, не палил из своего пистолета, не пытался высвободиться.

Но я, как назло, почувствовал непреодолимую тягу к симметрии: его автомобиль должен быть искорежен с обеих сторон. Мне было необходимо изуродовать оба бока «контура». Я подъехал к выезду, занял нужную позицию и ринулся на шипастый турникет, только на этот раз подставил под удар не водительскую сторону, а пассажирскую.

Это туреттовские штучки – вы, наверное, не сможете их понять.

Я перенес карту и сотовый телефон в «понтиак» Тони. Ключи зажигания были на месте. Проехав через изуродованные въездные ворота, по свободному причалу я покатил к шоссе № 1. Можно было не сомневаться в том, что за шумом прибоя никто не слышал ни скрежета металла, ни выстрелов. А Фойбл даже не выглянул из своей хижины.

Маяк Дружбы находился в двенадцати милях к северу от Масконгаспойнт-Стейшн. Он был выкрашен в красно-белый цвет, не то