Живи и дай поесть - Моргана Бест

– Я Сибил Поттс. Я к Эндрю Рэнкину. – Я взглянула на часы. – У нас назначена встреча. Он как раз должен меня ждать.

Администратор кивнул и застучал по клавиатуре. Прошла целая минута, а он, кроме этого кивка, ничем не давал понять, что я вообще существую. Я уже решила напомнить о себе, но едва собралась заговорить, он поднял глаза.

– Всё в порядке, можете подняться. Лифты вон там. Мистер Рэнкин на втором этаже. – Администратор всё с той же дежурной улыбкой указал на лифты.

– Спасибо, – сказала я, собираясь с духом. Как бы всё ни прошло и каким бы вежливым ни оказался Эндрю, приятного ждать не приходилось.

Музыка в лифте бесила. Будто Эндрю нашёл мелодию, которая раздражала меня сильнее всего, и зациклил самый короткий её фрагмент. Забрать Макса – и как можно скорее убраться отсюда к чёртовой матери.

Двери лифта открылись, и я увидела самый типовой офис, какой только можно вообразить. Вдоль стен теснились крошечные кабинки; несколько отдельных кабинетов побольше отвели старшему начальству. Эндрю работал в одном из них, и найти его было нетрудно: на двери красовалась огромная, до неприличия броская табличка.

Я глубоко вздохнула и постучала. Через несколько секунд дверь открыл Эндрю – и улыбнулся одними губами.

– Сибил. Я не был уверен, что ты всё-таки доберёшься.

Я сжала кулаки. По дороге сюда я и так злилась, но стоило увидеть его лицом к лицу, как вся злость вернулась разом.

– Я вовремя, Эндрю. Где Макс?

Я протиснулась мимо него в кабинет и огляделась в поисках Макса.

Кабинет Эндрю был чистым, почти стерильным. На столе стояла фотография какой-то женщины; заметив мой взгляд, Эндрю тут же перевернул снимок лицом вниз. У дальней стены я увидела Макса в клетке и бросилась к нему.

– Макс, – проворковала я. Он явно обрадовался мне и заплясал в клетке.

Я подняла тяжёлую клетку и, обогнув стол, остановилась перед Эндрю.

– А где мои фотоальбомы?

– Здесь, на столе. – Эндрю подошёл к альбомам и взял их. – Могла бы вообще-то просто подождать, пока я тебе их отправлю, – добавил он, всё так же улыбаясь.

– Я ждала несколько месяцев! – Я едва подавила желание влепить ему пощёчину. – Мне пришлось потратить четыреста долларов, чтобы забрать их самой! И это ещё не всё: сегодня из-за поездки я не могла работать.

– Всё не так просто, – возразил он. – Я не могу вот так взять и уйти с работы, чтобы отправить тебе какие-то фотографии. Пришлось ждать, пока появится свободное время.

– И за все эти месяцы у тебя ни разу не нашлось свободной минуты? На это ушло бы буквально несколько минут. Просто отдай мне альбомы, и я уйду. – Меня трясло.

– Ладно, ладно. – Он вяло бросил альбомы в мою сторону, и мне пришлось рвануться вперёд, чтобы их поймать. – Что-нибудь ещё? – спросил он, усаживаясь.

Не ответив, я запихнула альбомы в спортивную сумку, развернулась, вышла и с силой хлопнула дверью за собой.

Пока я спускалась, та же ненавистная мелодия обрела совсем иной смысл. Эндрю я не победила – да это и не было соревнованием. Сам он оказался точь-в-точь таким, каким я его помнила. Зато в обозримом будущем встречаться с ним больше не придётся. Я забрала Макса и свои фотоальбомы без особых хлопот. Выходя, я улыбнулась администратору – и тут заметила фотографию на стене.

Я подошла ближе. На снимке перед химическим предприятием стояли на коленях несколько человек и улыбались в камеру. Типичная общая фотография с работы: все улыбались неловко и отчаянно хотели оказаться где угодно, только не здесь. Моё внимание привлекла женщина впереди: её улыбка казалась искренней. Она напоминала мне кого-то из знакомых. Снимку, судя по всему, было уже много лет. И, как назло, никаких подписей – ни единого имени.

Я поставила на пол клетку Макса и спортивную сумку, быстро сняла фотографию на iPhone и повернулась к администратору.

– Вы не знаете, кто эта женщина? – спросила я, указывая на снимок.

– Наверху, наверное, кто-нибудь знает, – ответил он, пожав плечами.

Улыбка сползла с моего лица.

Я и сама не заметила, как снова постучала в дверь кабинета Эндрю. В ушах всё ещё звучала ужасная лифтовая мелодия. Он открыл дверь – на этот раз без улыбки.

– Что ещё, Сибил? Не у всех, знаешь ли, есть время болтать.

Я пропустила его слова мимо ушей и показала ему снимок на телефоне.

– Ты знаешь, кто это? – спросила я, ткнув пальцем в женщину на фотографии.

На миг он нахмурился, всматриваясь в снимок, а потом лицо у него потемнело.

– Откуда, чёрт возьми, мне знать? И зачем ты —

Не дав ему договорить, я закрыла дверь у него перед носом и направилась обратно к лифту, с трудом справляясь с клеткой и спортивной сумкой. Кто же эта женщина и почему кажется мне такой знакомой?

Сама не зная почему, я понимала: это важно. Кем бы эта женщина ни была, когда-то у неё был доступ к здешним химикатам, в том числе к цианиду. И ещё я точно знала: я видела её в Литл-Таттерфорде.