"Зарубежные детектив 2026-27". Компиляция. Книги 1-11 - Салла Симукка
В машине никого не было. Я начала выбивать тревожный ритм по тротуару, но все же справилась с природным инстинктом спасаться бегством. Только что продемонстрированное недоверие добавило мне решительности, и я осмелилась перейти через дорогу. Надо выяснить отношения с Крисом, спросить, что ему, черт возьми, надо. Я оперлась о капот и постаралась вести себя естественнее, чем ощущала себя: начала дышать через нос, разжала кулаки. Дверь аптеки распахнулась, и на пороге появилась длинноволосая шатенка.
– Извините, – нахмурившись, сказала она, – не могли бы вы не облокачиваться о мою машину?
Я пробормотала извинения и ретировалась.
Разум и тело у меня словно были отделены друг от друга, голова плыла. А моя ли это вообще была голова? Мотор желтого автомобиля, который, как я была уверена, принадлежал Крису, загудел. Я злилась, была испугана, сбита с толку. Я чувствовала что угодно, кроме ощущения порядка в собственных мыслях. Я понимала, что дальше так продолжаться не может, и, прислонившись к шероховатой кирпичной стене, набрала номер.
– Пожалуйста, помогите мне.
Глава 28
Ванесса сказала, что рада меня видеть, и пригласила сесть. Она не спросила, почему я умоляла ее секретаршу Беверли назначить мне встречу с ней. Швырнув сумку на пол, я опустилась на диван, и Ванесса пододвинула ко мне коробку с бумажными носовыми платками, словно чувствовала, что наступил день, когда она способна меня переломить. Я не могла унять дрожь в коленях и попыталась придать хоть какую-нибудь логику тому, что так отчаянно хотела ей рассказать. Ванесса налила из графина воду в два стакана, и я, сделав глоток, порадовалась ее прохладе. Всю дорогу от полицейского участка я бежала, и вот теперь сидела вспотевшая и дрожала всем телом. Голова болела, и каждый раз, когда я вдыхала лаванду из ароматизатора, обруч на лбу сжимался сильнее.
– Спасибо, что согласились принять меня в обед. Я вам в самом деле очень благодарна. – Мой голос звучал невыразительно, и я замолчала.
– Как ты себя чувствуешь, Дженна? – спросила Ванесса.
Я открыла рот, чтобы что-то сказать, но рыдания не позволили мне выговорить ни слова. Ванесса молчала, и я взяла платок – вот уж не думала, что он мне может понадобиться. Я вытерла глаза, высморкалась, но как только попыталась что-то произнести, дыхание перехватило, и слова застряли в горле.
– Не спеши, – сказала Ванесса.
Я кивнула, смутившись, что не способна взять себя в руки.
Наконец мои плечи перестали вздрагивать. Ванесса подвинула мне через стол коричневую плетеную мусорницу, и я положила в нее скомканный бумажный платок.
– Не знаю, что вам сказать. – Не желая встречаться с ней взглядом, я смотрела в окно на клубящиеся облака на небе.
Ванесса не стала задавать вопросов, и я поняла, что это такая уловка: если пауза будет длиться долго, мне придется заполнять пространство между нами словами, но я никак не могла сообразить, с чего начать. Ванесса считала, что я схожу с ума, и я сама начала сомневаться: а может, так и есть?
– Мне кажется, с Калли что-то случилось. – Я повернулась к Ванессе, но ее лицо ничего не выражало. – Но не знаю, что можно предпринять.
– Что, по-твоему, случилось с Калли? – спросила Ванесса.
Я вытянула из коробки новый бумажный платок и скрутила его пальцами.
– По-моему, она кого-то боялась. Кто-то хотел причинить ей зло. Я ходила в полицию, но меня не приняли всерьез. А я считаю, ее могли… – Я запнулась, боясь произнести слово вслух. – …Считаю, что ее могли убить, – договорила я шепотом и сжалась в ожидании реакции Ванессы.
Но та не ахнула, даже не выразила никакого удивления, а ровным голосом спросила:
– Почему тебе пришло в голову, что кто-то хотел навредить Калли?
Я растерялась – ожидала совсем другого отклика.
– Я пыталась выяснить, что произошло тем вечером. Понимаете, ради Тома и Аманды. Чтобы они перестали день и ночь гадать, почему их дочь тогда убежала со свадьбы, и могли просто горевать о ней. – Мне показалось, что, когда я произнесла слово «гадать», брови Аманды слегка изогнулись, но я могла и ошибиться. Я продолжала: – Все оказалось сложнее, чем я думала. Сначала я решила, что Натан ее ударил. Мне стало очень страшно, и я заключила, что это ее страх. Во снах мне постоянно являлся мужчина, но я никогда не видела его лица. Тем не менее я не сомневалась, что это Натан.
– Мужчина в твоих снах избивал Калли?
– Нет, – призналась я. – Сами видения радостные, но оставляют осадок, когда я просыпаюсь. Это каким-то образом связано с памятью Калли. Когда я познакомилась с Крисом, у меня возникло очень странное ощущение…
– Кто такой Крис?
– Начальник Калли в стоматологической клинике.
На этот раз Ванесса поджала губы, но я уже не могла остановиться и рассказала все по порядку. О том, что хотела помочь Тому и Аманде, выяснив, где именно в Испании находится их дочь Софи, чтобы они могли с ней связаться. О своем визите в паб «Принц Уэльский». Пока я говорила, я чувствовала, что мне становится легче. Когда же закончила, почти не сомневалась, что Ванесса вскочит и будет настаивать, чтобы мы немедленно позвонили в полицию. Но вместо этого она, сдвинув очки на переносицу, стала делать записи в моей истории болезни. Я ждала, когда она допишет, и, не дождавшись, заговорила опять:
– Я еще покопалась в материалах о клеточной памяти. Известен случай, когда восьмилетней девочке пересадили сердце десятилетней убитой, и у нее начались ночные кошмары, в которых она видела убийцу донора. Сны были настолько пугающими и подробными, что психиатр с матерью ребенка заявили в полицию. В результате убийца был найден, и