Кровавый Монарх. Том 1 - Дмитрий Веребов

В пачке осталось всего пару сигарет, на обуви — капли крови. Докурив очередную сигарету на неизвестном мне небоскрёбе, я сделал шаг вниз…

830 метров строго вниз — не самая большая высота, с которой я падал, но всё равно каждый раз захватывает дух. Ветер ударил в лицо сразу, будто кто-то толкнул меня в грудь ладонью. Затем пришёл свист, ровный и глухой, и город начал расти навстречу с каждой секундой.

Экзоскелет автоматически превратился в костюм, в котором можно полететь хоть в космос. Пластины поползли по телу, смыкаясь, и падение превратилось в полёт. Благодаря высоким технологиям, находясь в экзоскелете, я могу быть невидим для всех этих примитивных датчиков землян и уж тем более для их глаз.

Полёт до дома составил бы минут пятнадцать-двадцать, но тратить на это время уже не хотелось. В воздухе вспыхнула вспышка света, и я оказался дома.

Как только я переступил порог, стены квартиры покрылись слоем ангельского железа и высокотехнологичными щитами. Металл нарастал изнутри, прямо поверх обоев, и комната в одну секунду стала камерой. Едва помещение было достаточно укреплено, включился второй режим защиты. Древняя магия автоматически накрыла комнату барьерами.

Воздух стал гуще. Я чувствовал, как в нём что-то сжимается, будто над головой закрыли невидимую крышку.

Я стоял посреди комнаты и слушал, как работает защита. Она всегда звучала одинаково: ровный низкий гул, от которого начинали звенеть зубы. Раньше этот звук означал безопасность. Теперь он означал, что я заперт.

— Элли, открой доступ к секретному воспоминанию, — выполняя, грозно и чётко крикнул я, глядя на возведённую защиту.

— Выполняю, сэр. Прошу разрешения запустить отслеживание жизненных показателей.

Голос прозвучал ровно, но в нём было что-то, чего не было вчера. Она знала, что я увижу. И всё равно ждала разрешения.

— Отставить.

Тон изменился, став именно тем, который ожидается от генерала армии и Кровавого Монарха.

— Отставить!

Резкий поток информации выстрелил мне в голову. Дыхание затруднилось, а в глазах потемнело. Я рухнул на колени… На глазах проступили слёзы. Я не помнил, когда они появлялись в последний раз, и был уверен, что их больше не будет.

Колени ударились о пол, но я даже не почувствовал боли. В голове один за другим раскрывались образы: целые комнаты, лица, голоса. Запах пирога с кухни. Чей-то смех в коридоре. Чьё-то имя, произнесённое за столом.

Я вспомнил, как выглядит наша дверь. Не железная, обычная, обитая дерматином. Помнил, где стоит обувь. Помнил, как скрипит вторая ступенька на лестнице. Всё это лежало во мне и ждало, и я годами проходил мимо, не зная, что оно есть.

Я выяснил… Я дома.

Меня и вправду зовут Алексей. Когда я пропал, мне было всего 18 лет, и исчез я всего два дня назад. Сегодня было 17 августа того же года, а согласно воспоминанию, пропал я 15-го числа — в тот самый день, когда вернулся обратно.

Два дня. Я прожил где-то целую жизнь, а здесь прошло всего два дня.

Я попытался уложить это в голове и не смог. Внутри существовало две правды одновременно: та, где я отсутствовал два дня, и та, где я отсутствовал двадцать лет. Обе были моими, и обе не сходились друг с другом.

Я вспомнил всех… Родителей, братьев, сестёр и друзей, для которых меня не было всего пару дней.

Я сидел на полу и стирал с лица влагу, а она всё появлялась снова. Пальцы дрожали. Я не привык к этому ощущению и не знал, что с ним делать.

— Сэр, вы должны это знать, — тихо и неуверенно произнёс искусственный интеллект.

— Что?..

Я поднял голову. Элли говорила редко. Когда она начинала так — это всегда было плохо.

— Анализ квартиры, сэр…

Мои ладони сжались в кулаки, и в голову хлынул адреналин.

— Отвечай же, почему ты так долго не отдавалась отчёту?!

— Сэр, в пределах квартиры было найдено большое количество вашего ДНК — вы здесь жили, но родственной связи ни с одним другим жильцом квартиры не установлено.

Комната качнулась. Я смотрел на стену и не мог произнести ни слова. Одно дело, когда тебе не рады. Другое — когда тебя здесь никогда не было.

Я попытался вспомнить хоть одну фотографию, где я стою рядом с ними. В памяти была комната, был стол, были люди. Моего места в этой комнате не оказалось.

Мои глаза наполнились кровью, и по телу прошла волна дикой ярости.

— Я их сын, я помню это… Ты ошиблась, проверь ещё раз!

— Ошибки быть не мо…

— Сука, я же сказал, что ты ошиблась! Я всё это помню! Я прожил с ними всю свою жизнь… Жизнь, слышишь? У меня было детство и была своя семья!

Я слышал собственный голос со стороны, понимал, что кричу, и не мог остановиться.

— Завершить протокол! Я должен выйти отсюда!

— В отмене протокола отказано до тех пор, пока все существа, находящиеся внутри купола, не перестанут нести опасность общест…

В этот момент мои глаза стали чистейшего белого цвета, зрачки пропали, и комнату озарил истерический смех. Белый свет залил пространство. Я перестал видеть границы стен, а смех продолжал вырываться наружу, и это был мой безумный смех.

Элли не успела договорить, как я нанёс удар по стене квартиры.

Кулак вошёл в ангельское железо и оставил вмятину. Металл загудел.

Защита отреагировала мгновенно: по стене пробежал свет, и вмятина начала медленно выправляться. Я ударил снова.

— Сэр, перестаньте, это бесполе…

После очередного удара моя рука потянулась к шлему, и диким усилием через боль я начал ломать несокрушимую броню.

— Сэр! ВАШ ЭКЗОСКЕЛЕТ! — прокричала Элли.

Я отшвырнул шлем в сторону. Он ударился о стену и со звоном покатился по полу. Внутри что-то щёлкнуло и окончательно погасло, а по броне поползла тонкая трещина.

— Элли, команда «сон», как поняла?

— Так точно, сэр… Оставляю вас одного.

Не дожидаясь конца фразы, я нанёс ещё один удар по стене, после чего моё тело пронзила жуткая боль.

Регенерацию я не включал… промелькнуло в голове. Блокировке поддавалось оружие, силы которого хватило бы на уничтожение квартала крупного города. Но моя собственная физическая сила превышала этот показатель. Силы моего удара хватало для уничтожения целой армии.

Значит,