Былины. Исторические песни. Баллады - Ковпик Василий Александрович

Не ты ли ходил-гулял по синю морю,

Не ты ли разбивал бусы-корабли

Тизичьи, мужичьи, мои государевы?»

Ермак говорит, как в трубу вструбит:

«Батюшка-надежда, свет великий государь!

Не вели казнить, вели речь говорить.

Мы не воры были, не разбойники,

А мы были морские охотники,

Ходили-гуляли по синю морю

Не много, не мало – ровно тридцать лет.

Разбивали мы бусы-корабли

Тизичьи, мужичьи, государевы,

Которые были не орленые,

Признавали мы их за фальшивые;

Коли б они были государевы,

На них бы были орлы двуглавые,

А то они не гербованные!»

Государь возговорит, как в трубу вструбит:

«Хорошо Ермак на суду стоял,

Хорошо перед государем ответ держал.

Но ой ты, удалый добрый молодец,

Ермак сын Тимофеевич!

Достань ты мне славный Казань-город,

Возьми у меня силы, сколько надобно!»

Ермак возговорит, как в трубу вструбит:

«Батюшка-надежда, свет великий государь!

Не надо мне твоей силы многа множества,

Прикажи идти с донскими казаками-охотниками,

А ты подойди со своею армиею

Под славный под Казань-город,

А я на белой заре двери растворю

И армию в город пущу!»

«Ой, мой удалый добрый молодец,

Ермак сын Тимофеевич!

Как знать войтить в Казань-город?»

Ермак возговорит, как в трубу вструбит:

«Батюшка-надежда, свет великий государь!

Если рыть подкопы глубокие под Казань-город,

Закатить боченки зелья лютого,

Поставлю тебе две свечи воску ярого

И поставлю часового своего надежного,

Донского казака, есаулушку любимого, -

Ты узнаешь, как в Казань-город войтить,

Как догорят две свечи воску ярого!»

Скликает Ермак Тимофеевич донских казаков-

«Ой вы, донские казаки-охотники,

Вы донские, гребенские, сы яицкими!

Садитесь вы в лодочки-коломенки,

Гряньте-погряньте вверх по Волге-реке

В тот славный Казань-город

К тому повелителю казанскому!»

Приезжает Ермак в Казань-город,

Встречают его жители казанские,

Берут Ермака под белы руки,

Ведут к повелителю казанскому

Во те палаты белокаменные;

Видит повелитель, радуется,

Ермаку Тимофеевичу низко кланяется,

Берет Ермака за праву руку,

Ведет в палаты белокаменные,

Сажает за столы дубовые,

За скатерти шелковые,

Ставит яство сахарное,

Пойло ставит разнопьяное.

Тут Ермака повелитель начал просить:

«Ой ты, Ермак сын Тимофеевич,

Помоги отстоять Казань-город!»

Ермак возговорит, как в трубу вструбит:

«Могу отстоять, когда послушаешь.

Я займу места притинные,

Поставлю свои караулы крепкие

Над пушками долгомерными

И буду стрелять от царя белого.

Ой вы, мои донские казаки,

Занимайте места притинные,

Становите свои караулы крепкие

Над теми воротами уездными,

Переворачивайте пушечки долгомерные

Во славной во Казань-город,

Отбивайте со вратах засовы железные,

Поставьте знамечко царя белого!»

На белой заре на утренней

Воску ярого свечи догорают,

Глубокие подкопы разрываются,

Стены каменные разваливают;

Царя белого армеюшка во врата убирается,

Наш белый царь радуется,

Входит в славный во Казань-город,

Вперед Ермака государь здравствует:

«Поздравляю тебя, Ермак Тимофеевич, с радостью!» —

«А тебя, государь, поздравляю с победою!»

Берет государь Ермака за праву руку,

Ведет по славному городу Казанскому,

Выходит государь во чисто поле,

Расставляет шатры полотняные,

Призывает Ермака Тимофеевича.

Государь сговорит, как в трубу вструбит:

«Ой ты, удалой мой добрый молодец,

Ермак сын Тимофеевич!

Чем ты хочешь, тем буду жаловать:

Селами, или подселками,

Или великими городами, поместьями?»

Ермак возговорит, как в трубу вструбит.

«Батюшка-надежда, свет великий государь!

Не жалуй ты меня городами, подселками

И большими поместьями -

Пожалуй ты нам батюшку тихий Дон

Со вершины до низу, со всеми реками, потоками.

Со всеми лугами зелеными

И с теми лесами темными!»

Как на славных на степях было Саратовских,

Что пониже было города Саратова,

А повыше было города Камышина,

Собирались казаки-други, люди вольные,

Собирались они, братцы, во единый круг,

Как донские, гребенские и яицкие.

Атаман у них Ермак сын Тимофеевич,

Есаул у них Асташка сын Лаврентьевич.

Они думали думушку все единую:

«Уж как лето проходит, лето теплое,

А зима настает, братцы, холодная,

Как и где-то нам, братцы, зимовать будет?

На Яик нам идтить – да переход велик,

Да на Волге ходить нам – все ворами слыть,

Под Казань-град идтить – да там царь стоит,

Как Грозной-то царь Иван Васильевич;

У него там силы много множество.

Да тебе, Ермаку, быть там повешену,

А нам, казакам, быть переловленным

Да по крепким по тюрьмам порассоженным».

Как не золотая трубушка вострубила,

Не серебряная речь громко возговорит -

Речь возговорит Ермак сын Тимофеевич:

«Гей вы, думайте, братцы, вы подумайте,

И меня, Ермака, братцы, послушайте!

Зазимуем мы, братцы, все в Астрахани,

А зимою мы, братцы, поисправимся;

А как вскроется весна красная,

Мы тогда-то, други-братцы, во поход пойдем,

Мы заслужим пред Грозным царем вину свою:

Как гуляли мы, братцы, по синю морю,

Да по синему морю по Хвалынскому,

Разбивали мы, братцы, бусы-корабли,

Как и те-то корабли, братцы, не орленые,

Мы убили посланничка все царского,

Как того-то ведь посланничка Персидского».

Как во славном было городе во Астрахане,

На широкой на ровной было площади,

Собирались казаки-други во единый круг,

Они думали думу крепкую,

Да и крепкую думушку единую:

«Как зима-то проходит все холодная,

Как и лето настанет, братцы, лето теплое,

Да пора уж нам, братцы, в поход идтить».

Речь возговорит Ермак Тимофеевич:

«Ой вы гой еси, братцы, атаманы-молодцы!

Эй вы делайте лодочки-коломенки,

Забивайте вы кочета еловые,

Накладайте бабаички сосновые,

Мы поедемте, братцы, с Божьей помочью,

Мы пригрянемте, братцы, вверх по Волге по реке,

Перейдемте мы, братцы, горы крутые,

Доберемся мы до царства бусорманского,

Завоюем мы царство Сибирское,

Покорим его мы, братцы, царю белому,

А царя-то Кучума во полон возьмем.

И за то-то государь-царь нас пожалует.

Я тогда-то пойду сам ко белу царю,

Я надену тогда шубу соболиную,

Я возьму кунью шапочку под мышечку,

Принесу я царю белому повинную.

«Ой ты гой еси, надежа православный царь!

Не вели меня казнить, да вели речь говорить.

Как и я-то, Ермак сын Тимофеевич,

Как и я-то, воровской донской атаманушка,

Как и я-то гулял ведь по синю морю,

Что по синю морю по Хвалынскому,

Как и я-то разбивал ведь бусы-корабли,

Как и те-то корабли все не орленые.

А теперича, надежа православный царь,

Приношу тебе буйную головушку

И с буйной головой царство Сибирское!»

Речь возговорит надежа православный царь,

Как и Грозной-то царь Иван Васильевич.

«Ой ты гой еси, Ермак сын Тимофеевич,

Ой ты гой еси, войсковой донской атаманушка,

Я прощаю тебя да и со войском твоим,

Я прощаю тебя да за твою службу,

За твою-то ли службу мне за верную,

И я жалую тебе, Ермак, славной тихой Дон!»

Как у нас было на тихом Дону, да на том на

Ивановиче,

Живут ли, слывут люди вольные, они все казаки

донские

Как поставили казаки они крепостцу,