Трактат о первоначале - Иоанн Дунс Скот
Эти аргументы могут быть разъяснены. Первый: поскольку всякое сущее, пребывающее в первом акте, обретает предельное совершенство во втором акте[108], благодаря которому оно соединяется с тем, что есть [для него] лучшее[109], особенно если оно активно, а не только действующее[110], — всякое же мыслящее активно, а Первая Природа — мыслящая, — из первой [части предшествующего заключения], — следовательно, Ее предельное совершенство имеет место во втором акте. Итак, если это [т.е. мышление] не есть Его [т.е. Первоначала] субстанция, субстанция не является для Него лучшей, поскольку Его лучшее — нечто другое. Второй: потенция, только лишь рецептивная[111], есть [потенция] противоречия. Следовательно, [и т.д.]
Однако и этот второй [аргумент] не является, согласно Аристотелю, доказательством, но лишь вероятностное умозаключение. Отсюда он говорит вначале: "Разумно", и т.д.
Подругому показывается посредством тождества между собой способности и объекта; следовательно, акт есть одно и то же с ними[112]. Вывод не имеет силы. Пример: ангел мыслит себя, любит себя; однако [его] акт [мышления себя и любви к самому себе] не есть то же, что и [его] субстанция.
Это заключение плодоносно в королларии. Ибо в первую очередь следует, что воля есть то же, что и Первая Природа, поскольку воление не есть [от чего-то иного], кроме воли; итак, эта {воля, воление которой непричинимо, также} непричинима; следовательно, и т.д. Равным образом: воление мыслится как как бы последующее, и, однако, воление есть то же, что и эта Природа; следовательно, еще более — воля. Во вторую очередь следует, что мышление себя есть одно и то же с этой Природой, поскольку ничто не любимо, если не познано; следовательно, {если любовь к себе есть само по себе необходимое бытие, следует, что и} мышление есть от себя необходимое бытие; равным образом оно как бы ближе этой Природе чем воление. В третьих, следует, что интеллект есть одно и то же с этой Природой, как прежде аргументировалось относительно воли из воления. Следует, [в четвертых], что основание мышления себя[113] есть то же самое, что и само [Первоначало], поскольку оно есть от себя необходимое бытие и как бы полагается до разумения [себя].
Седьмое заключение. Никакой акт мышления не может быть акциденцией Первой Природы.
Доказывается: поскольку показано, что эта Первая Природа есть сама по себе Первое Производящее; следовательно, Она от себя имеет то, благодаря чему может причинять любое причинимое, при устранении всего остального, по крайней мере, как первая причина этого причинимого; но при устранении Ее познания, Она не имеет [того], благодаря чему может причинять это; следовательно, познание чего угодно не отлично от Ее природы.
Доказывается последнее принятое: ничто не может причинять кроме как из любви к цели, желая этого, поскольку в противном случае оно не может быть действующим per se, ибо [действует] не ради цели. Но прежде самого воления чего-либо ради цели предполагается мышление этого; следовательно, прежде первого момента[114], в котором познается причиняющее или волящее, необходимо познается мыслящее А, и, таким образом, без этого оно не может per se производить А, и так обо всем прочем.
Также: все разумения одного и того же интеллекта имеют сходное отношение к интеллекту, сообразно сущностной или акцидентальной тождественности. Ясно в отношении любого тварного интеллекта; это показывается: они представляются совершенствами одного рода; следовательно, если некоторые относятся к рецептивному [интеллекту], то и все — к тому же самому: и, таким образом, если некоторые из них [т.е. разумений] — акциденции, то и любые; некоторые[115] не могут быть акциденциями в Первом — из предшествующего; следовательно, никакие.
Также: акт мышления, если он может быть акциденцией, будет восприниматься в интеллекте как в субъекте; следовательно, и акт мышления, который есть одно и то же с интеллектом, и, таким образом, более совершенный акт мышления, будет в[116] рецептивной потенции по отношению к менее совершенному[117].
Также: один акт мышления может иметь место по отношению ко многим упорядоченным объектам; следовательно, чем он совершеннее, тем — по отношению к большему числу; следовательно, наисовершеннейший акт мышления, совершеннее которого быть не может, будет одним и тем же по отношению ко всему интеллигибельному. Акт мышления Первого есть наисовершеннейший таким образом — из второго [заключения] этой [главы]; следовательно, он один и тот же по отношению ко всему интеллигибельному. И этот Его [акт мышления] есть то же, что и Оно само — из ближайшего предшествующего [заключения]; следовательно, и т.д. Помысли это же заключение относительно воления.
Аргументируется также следующим образом: этот интеллект есть ничто иное, как некий акт мышления; этот интеллект есть один и тот же по отношению ко всему, так что не может быть разным по отношению к разным объектам[118]; следовательно, не могут различаться и акты мышления, или, следовательно, один и тот же акт мышления есть [акт мышления] всего. Отвечаю: ошибка акциденции[119] — из безусловного тождества чего-либо между собой выводить тождество в отношении третьего, которому эти сторонни. Пример: [Божественный] акт мышления есть одно и то же с волением; следовательно, если акт мышления есть акт мышления чего-нибудь, воление есть воление этого же. Не следует; но [следует], что имеет место воление, которое есть при этом нечто по отношению к тому же, поскольку оно мыслится, так что [о воле и мышлении] можно заключать раздельно, не совместно, вследствие [их] акцидентального [отношения к объекту].
Аргументируется также: Интеллект Первого обладает одним актом, равным и совечным себе, поскольку Его акт мышления себя есть то же, что и Оно; следовательно, не может иметь иного. Вывод не имеет силы. Пример о блаженном, одновременно лицезреющем Бога и нечто еще: даже если он лицезреет Бога сообразно пределу своей способности, как полагается в отношении души Христа, он все же может видеть и нечто другое.
Аргументируется также: Этот интеллект обладает в себе через тождество высшим совершенством мышления; следовательно, и всяким