Игра не для всех.1941 - Даниил Сергеевич Калинин

Здравствуйте! Вас приветствует игровая реальность проекта «Великая Отечественная». Вы готовы пройти погружение и принять участие в самой грандиозной войне двадцатого века⁈ С ростом уровней вам будут доступны новые игровые роли, а достоверность отражения виртуальной реальности позволит вам испытать весь спектр ощущений пребывания в прошлом!

Вы готовы?

— Блин, ну наконец-то! ДА!!!

Вы желаете играть под собственным именем или выберете персонажа из числа реальных участников боевых действий?

Некоторое время мучительно думаю: с одной стороны, хочется остаться собой, с другой — добиться максимальной достоверности.

Вы желаете играть под собственным именем…

— Да!

Повторяю вопрос: вы желаете играть под собственным…

— Под собственным!

Ну вот опять из-за этой тупой железяки выбираю не то… Ну ладно, под собственным именем тоже норм.

Предупреждаю: вы выбрали случайное определение игровых ролей. Если вы желаете вернуться к определению роли, вам необходимо остановить процесс погружения выходом из игровой реальности и перезапустить капсулу погружения. Вы желаете сменить случайное определение игровых ролей в пользовательских настройках?

— Нет!

Вот ведь зараза тормознутая — а еще говорили: отлично работает, отлично работает! Да где же там это отлично⁈ Пока регистрировался, аж вспотел от напряжения, интерфейс с голосовыми командами оказался жутко замороченным. Вот и выбрал вместо наводчика танка рандомное определение персонажа.

Предупреждаю: вы выбрали случайное определение игровых ролей…

— Не желаю! Не хочу менять!!!

Прошу немного подождать, идет подбор игровой роли.

Время ожидания составляет…

Одну минуту.

Фу-у-х, ну наконец-то. Пофиг уже, какую роль подберет ИИ, сейчас потестю первого персонажа, там поглядим — сменить всегда успею. Говорят, некоторые игроки по неделе играли в первый день войны тупо для того, чтобы попробовать на себе все возможные роли. Так что рандом — это может быть даже и хорошо.

Время ожидания составляет…

Тридцать секунд.

А голосок то у нее все-таки приятный… Интересно как выглядит та чикуля, что озвучивала программу? Хотя, наверняка на деле все сгенерировано с учетом тембров, интонация и прочей шляпы. Ладно, теперь уже можно расслабиться и поудобнее лечь в капсуле, благо, что лежак в ней эргономичный, с автоподстроем под габариты игрока. Поудобнее блин, чем моя родная кровать с «умным» матрацем!

Поздравляю! Ваш персонаж определен — красноармеец Роман Самсонов, стрелок третьей заставы 17-го Краснознаменного Брестского пограничного отряда. Место дислокации — деревня Величковичи. Дата: 22 июня 1941 года. Декретное время: 4 часа 10 минут.

Во! Отличный вариант! Не такой уж и неудачный у ИИ выбор…

До запуска погружения остается:

10,9,8,7…

Легкий укол в шею — и в тело вводится строго выверенная порция снотворного. А ведь сколько блин было перед покупкой заморочек со сдачей медицинских тестов⁈ Елы-палы, как в поговорке: прошел огонь и медные трубы. Но ничего, сейчас я уже поиграю!

Поиграю…

Глаза слипаются сами собой. Как здесь уютно…

Какой-то потусторонний, незнакомый звук заставляет меня их открыть. В первые мгновения я не понимаю даже, где нахожусь: взгляд уткнулся в бревенчатый потолок, а под спиной что-то тихо скрипнуло.

И тут меня буквально подбросило на кровати от мощного толчка! А секундой спустя в помещение раздался противный звон разбивающегося стекла и грохот близкого взрыва. Настолько близкого, что первым желанием было спрятаться — неважно где, хоть под кроватью!

— Застава! К бо-о-ою!!!

Казарма — теперь до меня доходит, что игра уже началась (ура-а-а-а!), и я нахожусь в казарме пограничников — наполнилась испуганными криками и отборной руганью. Но чаще всего я слышу два слова: «напали» и «немцы».

— Самса, ты чего уснул⁈ Одевайся!

Рослый крепкий парень, рекордно быстро успевший накинуть на себя светло-зеленого (защитного!) цвета гимнастерку и галифе, а также шустро намотать портянки и обуть сапоги, ожег меня злым взглядом. На петлицах воротника его гимнастерки я разглядел один треугольник — и тут же в голове будто щелкнуло: младший сержант. Младший сержант Артем Зиборов, прозвище «зебра», призван из-под Смоленска. Командир моего отделения.

А вот это круто: никаких бегающих перед глазами интерфейсов или меню! Вся нужная информация и знания поступают сразу в память игрока!

— Бегом!!!

Сейчас Зиборов орет уже всему отделению. Практически все бойцы кроме меня одеты и вслед за младшим сержантом бросаются к оружейной комнате — о-о-о, теперь и я знаю, что это такое! Впрочем, думаю, что вскоре перестану удивляться «обновлениям» информации в своей голове.

Противный, частый свист отчетливо раздается сквозь выбитые окна — и прямо на моих глазах во дворе перед казармами встает цепочка разрывов, еще не так заметных в отступающих сумерках. Как завороженный, сквозь пустую раму я смотрю на плотные облачка дыма, пыли и поднятой в воздух земли, пока что-то горячее не чиркнуло по щеке. На автомате приложив к ней руку, я почувствовал под пальцами что-то влажное. Преподнеся ладонь к лицу, вижу кровь.

А секундой спустя приходит какая-то резкая боль.

— Твою же ж…!

В описании игры говорилось, что ВСЕ ощущения будут соответствовать реальным на 100%, но я не думал, что первым наиболее ярким из них станет боль. Но в тоже время она помогла мне прийти в себя: вскочив с кровати, я начал торопливо и неловко одеваться. Впрочем, в голову тут же «постучалась» очередная мысль: гимнастерку стоит одевать через голову, как свитер, тут же натягивать галифе, портянки… С ними приходится повозиться, и с первого раза не получается. Здорово нервируют истеричные крики погранцов, столпившихся у оружейки и то, что, я теряю время.

Очередной мощный взрыв (в сознании вновь щелкает: цепочка маленьких разрывов во дворе оставили легкие минометные снаряды, а вот сейчас по нам долбануло что-то прям ну ОЧЕНЬ тяжелое) прогремел, словно в соседнем помещении. Упав с табурета, на котором пытался намотать портянки, я с ужасом уставился на бревенчатую стену казарм: ее явственно повело, и сейчас она буквально трещит от частых ударов по ней толи осколков, толи комьев земли. Впрочем, вскоре становится понятно, что рвануло не так близко — иначе бы казарму нафиг разнесло — но тут в толпе пограничников раздается заполошный крик:

— Вилка!!!

И все с бойцы с отчаянными криками ломанулись наружу. Тут до меня «доходит», что «вилка» — это когда во время артобстрела один «чемодан» ложится с недолетом, другой с перелетом, а третий уже точно накроет цель. Забыв о портянках, я голыми ногами залезаю в сапоги и, схватив ремень, бросаюсь к выходу.

Очередной