Зависимость и созависимость. Диалог на пути к свободе - Татьяна Владимировна Осина

Все права защищены.

Ни одна часть данного издания не может быть воспроизведена или использована в какой-либо форме, включая электронную, фотокопирование, магнитную запись или какие-либо иные способы хранения и воспроизведения информации, без предварительного письменного разрешения правообладателя.

Данная книга не является учебником по психологии. Мнение автора может не совпадать с мнением издательства и редакции.

© Т. Осина, текст, 2026

© ООО «Издательство АСТ», оформление, 2026

* * *

Меня зовут Татьяна Владимировна Осина, уже двадцать один год я являюсь членом «Ал-Анон»[1]. У меня весь набор зависимостей: я и дочка алкоголика, и жена алкоголика, и мать наркомана. Как я люблю говорить: в моей семье все бросили употреблять. Папа и муж умерли в шестьдесят один год, сын – шестнадцать лет в программе, я – двадцать один год. Мы выздоравливаем. Абсолютно все жили и живем в чистоте и, надеюсь, в трезвости. Почему говорю, что надеюсь? Потому что выздоровление от зависимости и созависимости – это совсем не простой путь, не прямая дорожка, а витиеватая, петляющая. Раз – и обратно возвращаешься, потом опять двигаешься, но главное, что это всегда движение вперед.

В программу «12 шагов» можно войти один раз, а потом она начинает работать в тебе, стараясь научить идти быстрее, потому что выздоравливать годами не хочется. И когда говорят «шаг в год», меня это раздражает, потому что в таком случае выздоравливать придется двенадцать лет. А жить когда? Понятно, что я, имея опыт более чем двадцати лет выздоровления, могу сказать, что именно хорошо срабатывает. Но у меня двадцать один год, а у сына – шестнадцать. Почему такая разница? Почему он не вместе со мной пошел выздоравливать? Потому что пять лет я работала над собой, и это было непросто.

После вступления в программу сначала я училась у А. Л. Лихтарникова, потом получила образование психолога. Теперь я семейный психолог, расстановщик по Хеллингеру, мотиватор и специалист по зависимостям. Я ни в коем случае не утверждаю, что заменяю сообщество, потому что ни один психолог не заменит работу в бесплатных группах. Никогда не думайте, что поход к психологу или к психотерапевту поможет вам выздороветь. Кодировка, подшивка, химзащита – тоже не лечение. Это прерывание употребления. Когда человек прервал употребление, он живет, стиснув зубы, то есть в ситуации напряжения. А напряжение не имеет ничего общего с выздоровлением.

Программа «12 шагов» знакома многим. Все шаги желательно выучить наизусть. Нельзя просто прочитать, нужно обязательно вникнуть в их суть. По двенадцатишаговой программе люди выздоравливают почти сто лет.

«Шаги» были изобретены в 1935 году, и все сообщества и реабилитационные центры мира продолжают их использовать. В неклассических шаговых центрах все равно есть заповеди, которые относятся к шагам.

Шаг – это обязательно действие. Это не посидеть, подумать, почитать, это шагнуть.

Шаг 1: принять бессилие

Каким будет ваш первый шаг?

Принять бессилие.

Это значит перестать делать то, что вы делали раньше, потому что все, что вы делали, привело к нулю. Надо признаться себе: «У меня не получается, я не знаю, что делать, поэтому останавливаюсь». Это непросто, потому что вас всегда учили: «Кто, если не ты?» Если вы жена или мама, то на вас накладывают сверхответственность, которая толкает к действиям, а по факту вы просто суетитесь. Не забывайте девиз «Ал-Анона» и «Нар-Анона»[2]: «Не суетись».

Итак, первый шаг – перестать что-то делать и признать, что у вас с этим проблемы. У вас проблема, а не у вашего близкого человека. Он алкоголик, наркоман, игроман, токсикоман, а проблема у вас. Какая? Что-то с вами не то. Это не обвинение себя в том, что вы плохой или больной. Я не люблю называть созависимость болезнью, хотя она есть в международном классификаторе болезней, потому что имеет признаки и от нее можно выздороветь. С моей точки зрения, созависимость – это сильная психологическая защита, которая позволяет выжить там, где выжить невозможно. Вы стали созависимыми, когда выбрали этого мужа или воспитали такого ребенка, а не когда близкий человек начал употреблять.

Как зависимая, так и созависимая личность рождается, когда складывается характер. Даже по ребенку в возрасте до года можно определить, насколько он созависим, находится ли в группе риска, будет в его жизни все гладко или ему потребуется помощь. Вообще, в детских садах грамотные педагоги. Все они говорят: «Любому ребенку в наше время нужна помощь». Почему? Потому что много стресса и мало любви. Всем некогда, и в то же время дети имеют массу возможностей попасть в неприятную ситуацию.

Признать проблему – значит сказать «да» проблеме и двинуться ко второму шагу, потому что нельзя зависать на беспомощности. В первом шаге много понятий, которые описывает грамотная литература. Там говорится и про треугольник Карпмана (потакатель, провокатор, жертва), и про отделение, и про отрицание, бессилие, беспомощность, контроль над собой и другими людьми, прекращение контроля, неуправляемость.

Шаг 2: попросить о помощи

Что надо сделать во втором шаге? Поверить, что есть кто-то сильнее вас, кто сможет помочь. По крайней мере, попробовать попросить о помощи, ведь основные признаки созависимости – уход в себя и отказ от этой самой помощи. Созависимый закрывается от того, кто говорит: «С тобой что-то не так, может быть, тебе что-то нужно?» И отвечает: «Нет, все нормально, все хорошо». Это похоже на пограничное состояние. Но это не психиатрия, это созависимость хочет защитить человека от боли, которую он боится. Ведь когда кто-то догадывается о его проблеме и говорит о ней, созависимый испытывает внутреннюю боль.

Во втором шаге важно попросить помощи. Конечно, просить ее нужно там, где безопасно. Нет смысла рассказывать всем подряд, что у вас в семье кто-то пьет или употребляет наркотики, потому что обычные люди ничем не помогут. Можно рассказать об этом в сообществе таким же, как вы, либо близким людям, которые прошли такой же путь, либо закадычной подруге, которая действительно примет все. У меня таких подруг немного. Те, с которыми я выросла, вообще не знают о ситуации, которая произошла в моей семье. Только две подруги были в курсе, одна из них – бывшая коллега. Я до