Сводные. Любовь на грани - Ева Риччи

МАТВЕЙ

Выхожу после интенсивной тренировки по футболу, смотрю на наручные часы, прикидывая, сколько у меня времени чтоб заехать домой переодеться. Сегодня у отца важный вечер. Как вспомню, аж зубы скрипят, а вместо улыбки оскал. Да, я не пай-мальчик и меня бесит сложившаяся ситуация. Стою и пытаюсь успокоиться, вспоминая утренний разговор с отцом:

— Матвей сегодня я хочу познакомить тебя с моей Ирочкой, — заявил отец утром за завтраком.

Сказать, что офигел — ничего не сказать! У него периодически были бабы, знаю, не маленький, но вот чтобы с ними знакомить — это прям неожиданно.

— Пап, всё так серьёзно? — решил отшутиться, чувствуя, что опять наш совместный завтрак закончится скандалом.

— Матвей, советую прекратить строить из себя клоуна, закрыть рот и послушать внимательно. С Ирой у нас всё серьёзно, планирую сделать ей предложение, в кругу близких людей!

— Сергей Владимирович, вы наверно запамятовали, но я не вхожу в круг близких людей твоей Инночки, — запомнил, как зовут его любовницу, но отказать себе в удовольствии позлить его не могу.

— Закрой свой рот! Это во-первых, — начинает закипать, а я ухмыляюсь. Да, взрыву быть, не зря же сижу в первом ряду концертного зала, главное не аплодировать в конце. — А во-вторых, её зовут Ирина Алексеевна, советую запомнить, ты вроде на память у нас не жаловался. В-третьих, ты не единственный, кто приглашён!

А вот это уже интересно, я аж весь подобрался, взглядом попросив отца продолжать. Неужели его сука решила и всех родственников на халяву в ресторане накормить? Представил и чуть не заржал, отца бы точно нешуточно понесло от злости. Сергей Владимирович у меня слишком строгий и серьёзный, а ещё приверженец старых устоев — весь в деда. А дед у меня был председателем Верховного Суда Советского Союза, ну а уж потом — Российской Федерации, доктор юридических наук и далее по списку… Отец тоже пошёл по стопам деда, не последний человек на поприще Фемиды. Конечно, не такого масштаба, но тоже влиятелен. Да и какие его годы, ему всего сорок семь лет, а он уже председатель Мосгорсуда. Это, между прочим, ответственность огромная, руководство и главенство над тридцатью шестью столичными судами. Он у меня ещё в отличной форме. Высокий и поджарый, не грамма лишнего жира, только мышцы, занимается спортом в свободное от работы время. Морщин практически нет, только седины немного на висках и бороде. Короче, генофонд у меня что надо, не мудрено, нашлась таки та сука, которая рискнула затащить отца в загс.

— А вот сейчас заинтриговал. Продолжение рассказа будет? — поднял одну бровь заинтересованно.

— Никакой интриги нет, — вздохнул и устало посмотрел на меня. Да, батя, знаю, устал от моих выходок, но по-другому жить не будем, сам виноват, и навряд ли когда-нибудь придём с тобой к миру. — У Ирины Алексеевны есть дочь Арина, вчерашняя школьница, — зачем то уточнил сей факт, — сегодня она тоже будет на семейном ужине.

— Это что прикол? — от поднимающего в душе бешенства, хотелось всё громить. Пытаюсь успокоиться, в ушах шум, сердце тарабанит на износ, я просто в ярости. Успокоиться получается плохо, понимаю, что уже не остановлюсь. — Будущая Царёва не одна, а с приплодом? — выплёвываю вопрос. — Отец, да ты стареешь! Сентиментальным стал, бездомных в дом тащишь, — меня от злости потряхивает, мамы, ещё и года не прошло, как не стало, а он уже ш@лаву в дом притащить собрался. — Пап, может, ну их? Начнём с питомников, кошку для начала возьмём… хотя, если сильно хочется, то можно кошку с котёнком! — понимал, что меня несёт, но остановиться уже просто не мог. Ненавижу его, если бы не он, мама была бы жива.

— Закрой рот! — заорал он и шарахнул по столу кулаком так, что в ушах звон появился.

Наш душевный разговор закончился скандалом. Он вообще, сколько помню, был вспыльчивым, относительно всего, что касалось семьи. Я не отрицаю, после смерти мамы часто его бешу, потому что до сих пор помню тот жуткий скандал. Никогда не забуду поведение отца, и чем всё закончилось. Вот и сейчас была очередная вспышка бешенства у него. Отличный был завтрак, особенно блинчики с чёрной икрой. В это утро жаль только блины и домработницу бабу Нюру, которой придётся убирать всё, что в порыве бешенства смахнул на пол отец. Вспомнил её, и на душе спокойно стало. Это единственное звено, которое тянет меня приезжать на все выходные в дом отца. Баба Нюра связывает меня с воспоминаниями о маме, больше по её линии никого и не осталось. Дедушка и бабушка ушли рано, я ещё в школе не учился. Вот и ценю старушку, она с моего рождения в семье, считайте родственница.

Сзади прилетает ощутимый удар по плечу. Мне даже оборачиваться не надо: знаю, что это друг. Нарушать моё пространство позволено только близким людям, а их немного: Денис и Тимофей. Дэн самый весёлый из нас троих, с ним хорошо тусить, снимать телок и попадать в передряги. Вообще удивляюсь, как его предки терпят все его выходки. Хотя чему удивляюсь? Судя по рассказам Дэна, у его предков чёткий девиз по жизни: “если проблему можно решить деньгами, то это не проблема”. Он создал себе образ прожигателя жизни, чем бесит свою семью. Только мы с Тимом знаем, что живёт специально так, ведь цель у него выводить своих родителей. Серьёзным спортом не увлекается, в качалку ходит, чтоб форму держать и телкам нравиться. Зато хобби есть: ночные гонки по Москве. Мы пытаемся его вразумить, но жажда адреналина сильнее разума. Приезжал он, кстати, к тренеру. Крёстный его — самый лучший тренер Москвы, а вот в мир футбола так и не смог затянуть крестника.

А Тимофей вообще противоположность, не только друг, но и ещё в футбольной среде мы вместе, вратарь нашего футбольного клуба “Легион”. Он, как говориться, из правильной аристократической семьи. Мама его когда-то вышла замуж за английского лорда и эмигрировала в Англию. Через время они вернулись в Россию, а отец ушёл из семьи. Татьяна Петровна смогла поделить имущество, отняв у лондонского лорда заводы и пароходы. Теперь вот живут в Москве и являются инвесторами в лесную и золото перерабатывающую отрасли, бизнес у них не только в России, но и в Китае. Ну и, соответственно, Тим весь в родителей: серьёзный и деловой.