Сияние вечного пламени - Пенн Коул

Королевства Эмариона

Люмнос, Королевство Света и Тени

Фортос, Королевство Силы и Доблести

Фаунос, Королевство Зверей и Чудовищ

Арборос, Королевство Корней и Шипов

Игниос, Королевство Песка и Пламени

Умброс, Королевство Желаний и Секретов

Мерос, Королевство Моря и Неба

Софос, Королевство Искры и Мысли

Монтиос, Королевство Льда и Камня

Галлюцинация.

Это явно была галлюцинация.

Проклятие то было или благо – об этом много спорят и сейчас. Других объяснений не существовало. Видения, которых я старательно избегала целое десятилетие, вернулись, и винить тут следовало только меня саму.

Годами я принимала редкое снадобье, известное как огнекорень, чтобы избавиться от диких, невозможных иллюзий, которые появились у меня в детстве, – иллюзий того, что я способна чувствовать и делать вещи, которые смертные вроде меня чувствовать и делать не должны.

До бесследного исчезновения почти семь месяцев назад моя мать, лучшая целительница Люмноса, Королевства Света и Тени, одного из девяти в Эмарионе, как одержимая следила, чтобы я принимала ежедневную дозу. Она предупреждала, что видения вернутся, стоит мне пропустить хоть день.

Ну я точно пропустила больше, чем день.

Несколько недель назад я бросила весь свой запас порошка характерного красного цвета в море по причине, которую даже сейчас могла бы объяснить с трудом.

Возможно, потому, что огнекорень притуплял эмоции, оставляя в душе пустоту и холод; или же из-за таинственной черноглазой старухи, которая подкараулила меня в темном проулке и убедила отказаться от огнекорня, раскрыв секреты моей семьи, которые ей вообще знать не полагалось.

В то время огнекорень олицетворял все, что я ненавидела в жизни, – каждую потерю, каждую тайну, каждый невидимый поводок, державший меня в непримечательной, безопасной жизни. Выбросив его, я почувствовала свободу, какой никогда прежде не знала.

Но сейчас, стоя на карачках в кругу тлеющей, почерневшей травы возле родительского дома, свободной я точно себя не чувствовала. Теллер, мой единокровный братишка, оторопело смотрел на что-то у меня над головой. А огнекорень, единственное спасение от безумия, которое я так опрометчиво на себя навлекла, теперь покоился на дне Святого моря.

Паника схватила меня за горло, потому что из головы не шли слова Теллера: «Дием… на тебе корона. Магия выбрала тебя. Ты – новая королева Люмноса».

– Я схожу с ума, – прохрипела я. – Я потеряла рассудок и ничего не могу поделать.

– Ты с ума не сходишь, – возразил Теллер, хотя лицо его дышало сомнением. – Я сам вижу корону, она парит в воздухе прямо над тобой.

Я потянулась, чтобы сорвать ее, пальцы сомкнулись, но я почувствовала только холодную пустоту.

Лицо Теллера просматривалось все лучше и лучше, по мере того как он приближался ко мне, озаренный таинственным светом. Я развернулась к темному лесу, чтобы найти источник этого света, а потом поняла, что источник – пространство у меня над головой и серебристое сияние, исходящее от моей кожи.

Очередная иллюзия.

С губ сорвался беспомощный всхлип.

– Я приведу отца, – сказал Теллер. – Если и он увидит корону, то…

– Нет! – выкрикнула я.

Наш отец, Андрей, и так на меня злился. После нашей ссоры… боги, какие ужасные вещи я ему наговорила…

«Ты мне не отец!»

«Где наша мама? Почему ты перестал искать ее? Почему ты не горевал по ней?»

«Наверное, ты не ищешь ее, потому что тебе все равно. Наверное, это из-за тебя она исчезла».

Я сожалела о каждом слове.

Кровным отцом Андрей мне не был, но роль родителя играл с горячей самоотверженностью. Его любовь к нам с мамой не вызывала сомнений, и, хотя на деле я ни секунды не верила, что он причастен к ее исчезновению, досада на бесконечные секреты нашей семьи привели меня в бешенство.

Андрей мог не простить мне такую жестокость. Если узнает, что я врала ему и об огнекорне…

– Пока не говори ему! – взмолилась я. – Пожалуйста, Теллер!

– Кому-то сказать нужно. Если это впрямь Корона Люмноса, значит, король умер и тебе придется… – Теллер покачал головой, не в силах произнести слова.

«Нет!»

Все это было частью галлюцинации. Да, да, как же иначе?

Может, Теллер и не стоял рядом со мной. Может, я, в плену безумия, разговаривала сама с собой.

Мой взгляд упал на болотистый берег, тянувшийся перед нашим участком, – там я выбрасывала пузырьки с огнекорнем в море. Течение здесь сильное, но вдруг…

Я поднялась и заковыляла к воде, неловко скинув сапоги и ножевой ремень. Я по-прежнему была в тунике принца Лютера и в форменных брюках Королевской Гвардии с пластинами брони на бедрах. В эти вещи меня одела кузина принца после того, как моя одежда сгорела на оружейном складе. Ткань, словно губка, впитала ледяную воду, приклеилась к моей коже и потянула меня к илистому дну.

– Пламя пламенное, Дием, что ты делаешь?! – запротестовал Теллер. – Вернись, там холодно, как в ледниках ада!

Слишком сосредоточившись на поисках, я не ответила. Нырнула и попыталась разглядеть